Валера. Может, хватит?
Витька. Не, надо выпить.
Валера (вздохнув). Ладно, счас баян положу.
Витька. Не-не-не! С баяном, Валерик! Врежем на всю улицу!
На крыльцо выходят мужики, бабы.
Айда, а то не успеем.
Уходя, поют:
Пусть пропахли руки водой и бензином…
Райка. Куда вы? Валерк! Сидите тут!
Валера. Скоро придем!
Уходят.
Райка. А куда вы?
Борис. Смазки не хватило. (Вытаскивает колоду карт.) Кто в очко?
Павел. В «шисят шесть» если…
Борис. Идем?
Дядя Толя. Идем.
Мужики проходят к стайкам, садятся на угольник, начинают играть в карты. Бабы расположились на крыльце.
Баба Даша. Светка, ну-ка пойди набери в духовке семечек да принеси нам. В миску нагреби.
Светка убегает.
Опять капусту принесла… С ума с ей сойдешь.
Райка. Соли, баб Даш.
Баба Даша. Уж буду солить, ага. Маленькой ей брякнул кто-то, что дети в капусте водятся, а я всю жизнь мучайся.
Зина. Так-то она хорошая, послушная.
Баба Даша. Никому ни в чем не откажет, добрая, исполнительная.
Маша. Валера с Витькой помирились, да?
Райка. Умора. Пришел, на колени упал… Не встану, говорит, пока не простишь.
Маша. Так, так.
Баба Даша. Чисто дети. Исхлестались в кровь, теперь песни попевают…
Райка. С бутылкой пришел.
Возвращается Светка. Приносит в миске семечек.
Баба Даша. Угощайтесь, бабы.
Все начинают щелкать семечки.
Павел (подскочив от играющих). А мы че, рыжие? (Набирает семечек, возвращается к мужикам.)
Борис. Павел, сдавай.
Баба Даша. Зина, они там, Витька твой, поди, како приключение на свою задницу найдет. Или нет?
Зина. Пусть че хочет ищет.
Баба Даша. Дает же Бог таких боевитых. Они ведь долго не живут с такой горячкой.
Зина (тяжело вздохнув). И в детстве не сладкий был… Думала, в армии немножко выправится. Оно и ничего поначалу было. А после тюрьмы дурит и дурит.
Маша. Ее за что посадили, Зина?
Зина. Маша, ты смешная какая-то. За милиционера, ну.
Маша. Я почему знаешь?
Зина. Вся улица знает, одна ты не знаешь.
Маша (кивнув). Так-так.
Баба Даша. Хватило ума-разума с неведомо кем пить.
Зина. Какой разум? Они запах водочный учуют – мать родную, все на свете забудут. Вы думаете, их на войне просто так поили? Заложат за воротник, и хоть кто там, хоть какая холера – ниче не остановит.
Баба Даша. Однако, что и так головушки складывали.
Зина. Глаза-то залей-ка – море ж по колено. Конечно.
Борис. Мать вашу… Много вы понимаете!
Павел. Их бы туда.
Баба Даша. А как же? Ум когда не пьяный, и ты увертистей, осторожней. Знаешь, где пригнуться, где проскочить поспособней.
Борис. С вашим умом осторожным с окопчика не вылезешь.
Дядя Толя. Штыком под зад – вылезешь.
Борис. Во-во.
Зина. Ладно! Разволновались, будто счас в атаку побегут, а мы выпить не даем.
Борис. Доиграем и пойдем… в атаку.
Павел. С бабами. (Бросает карту.) Оденем костюмчик.
Райка. А без костюмчика никак не можешь? Павел!
Зина. Порох быстро кончается.
Райка. Без костюмчика! Ха-ха!..
Все смеются.
Павел. Я про карты, чумные!
На крыльцо выходит тетя Саша.
Зина. Вот и играйте в свои карты. Мы не лезем к вам, и вы не лезьте.
Борис. Умыли тебя, Паша?
Тетя Саша. Конвой!
Дядя Толя. О-ой!
Тетя Саша. Ты у меня «Беломор» взял?
Дядя Толя. Я!
Тетя Саша (подходит к мужикам). Сунулась, нету. Дай-ка. (Берет у мужа папиросу. Закуривает.) Пойду с бабами посижу.
Дядя Толя. Посиди. (Бросает карту.) Теперь вам костюмчик.
Тетя Саша. Татьяна в лапту ушла играть.
Дядя Толя. Гляди, чтоб недолго. Ночью за хлебом бежать.
Тетя Саша (вернувшись на крыльцо). Какой праздник у вас, Рая?
Райка. Никакого.
Тетя Саша. Слышу, баян запел.
Райка. Валерка с Витькой загуляли.
Выходит Нина.
Баба Даша. Повоевали, теперь братаются.
Нина. Рая, ты почему коридор не моешь?
Райка. Вымою, вымою. Мужик мой загулял.
Нина. У тебя мужик загулял, а мы в грязи сиди?
Райка. Че ты мне мораль читаешь? Выскочила и читает.
Нина. Правильно. На первом этаже у людей чистота, а у нас как Мамай прошел.
Райка. Твой же Санька с пацаньем и свинячит. Бегают туда-сюда.
Нина. Палец в рот не клади… (Бабам.) Молодая, а наглости ковшом черпай. Это че ж с тобой дальше будет?
Райка. Обо мне не заботься, не хуже тебя – не как-нибудь деланные.
Нина. А пошла ты к черту.
Баба Даша. Вы еще подеритесь. Как Валерка с Витькой.
Тетя Саша. Рая, говорят тебе правильно, не задирайся. А ты, Нина, сядь. Вымоет, никуда не денется.
Нина. Ну правда, теть Саша!
Тетя Саша. Все, все. Рая, у тебя червячок не завелся? Нет?
Райка. Какой червячок?
Тетя Саша. Такой… Ты у нас не с секретом?
Райка. Ниче не пойму.
Зина. Беременная, что ли?
Райка (озорно). Есть маленько.
Баба Даша. А я гляжу, че-то в ней переменилось. А она вона че!
Нина (хлопает себя по бедрам). Не шутишь, Райк?
Райка. С вами пошутишь – все увидите: и полы грязные, и беременность.
Нина. Сказала бы, я бы и смолчала.
Тетя Саша. Сейчас ей на пользу. Сильно не надрывайся, но шевелись. Родишь легче.
Райка. Тю-у. Рожу, как пукну. Мать троих родила, и всех дома. Я ж копия ее.
Баба Даша. За хлебом сама не бегай. Пусть Валерка покупает.
Маша. Почему?
Баба Даша. Задавят. Женщину вон задавили. Тоже беременная была. Не выжила. В больницу привезли, и не выжила.
Зина. С Кузнечной которая?
Баба Даша. Ну дак да. Ее когда сдавили в магазине, замутило ее когда… она все к окну пробиралась. Так вместе с окном на улицу и вынесли. Ка-ак даванули, оба окна и вышибли. Кулями народ из окна повалился, а она под самым низом оказалась. Месяцев семь уж было.
Маша (покачивая головой). Тц-тц-тц-тц… Беда получилась…
Баба Даша. Табельщицей на комбинате работала. Детей двое.
Нина. Сиротами остались…
Баба Даша. Муж – десятник на шахте.
Маша. Я женщина, мне тяжело одному. Мущине один больше тяжело. Обвал на шахте была, думал: как без мой Алима буду. Умру думал.
Райка. Живешь же, не помираешь…
Нина. Хороший мужик был.
Маша. Хороший мущина моя Алима была, хороший.
Вдруг из-за забора раздается душераздирающий женский вопль. Его подхватывают женские и мужские голоса. Мужики, бросив карты, соскакивают с угольника, бабы сбегают с крыльца.
Нина. Господи, что это?
Во двор вбегают пацаны и Татьяна.
Санька (дрожащим от волнения голосом). Там мужики на топорах рубятся!
Зина. Кто? Не Витька?
Наиль. Не! Юсупов с Петраковым!
Все кинулись со двора, за ними детвора.
Дядя Толя. А вы куда?! Сидите здесь!
Борис (грозно). Кому сказано?!
Пацаны остаются во дворе, но когда взрослые скрываются, Генка с Санькой взбираются на забор. Наиль с Галией на шее остается около Татьяны.
Татьяна. Мальчишки, не ходите туда!
Наиль. Он его рубанул… Куба, кровища, как из водокачки!
Крики и шум драки. Сильный удар в забор, и, мигом соскочив, Генка с Санькой оказываются на крыльце.
Татьяна (схватив Саньку за руку). Саня, я боюсь! Почему они дерутся?! Почему?!
Санька. Пьяные…
Пауза.
Генка. Во дают!
Слышится шум машины, потом выстрелы. Генка и Санька кидаются к забору.
Татьяна (кричит). Вы что?! Вы что?! Уйдите!
Генка (с забора). Милиция!
Санька. Забирают! Все!
Татьяна. Не убили?!
Санька. Живые! Оба!
Мальчишки спрыгивают с забора, подходят к крыльцу.
Генка. Падла, еще бы маленько…
Татьяна. Ну да. Из-за чего они?
Генка. Татарин первый, кажись, топор схватил.
Наиль. Ты знаешь, чего он его схватил?
Генка. Гулянка у Юсуповых, дурак! Татары вообще самые злые.
Санька. Наиль тоже татарин. А дядя Алим че, злой был?
Генка. А че, добрый?
Наиль (посадив сестру на крыльцо). Отец злой, да?! (Бросается на Генку.)
Санька. Наиль, врежь ему.
Наиль и Генка, упав на землю, дерутся.
Татьяна. Перестаньте! Саня, разними их!
Санька и Татьяна пытаются разнять дерущихся. Во двор возвращаются взрослые. Быстро растаскивают пацанов в стороны.
Борис. А вы чего не поделили?
Дядя Толя. Татьяна, марш домой!
Баба Даша. Светопреставление прямо. Целый день драки. Дуреют прямо… и дети туда же.
Зина. Ну-ка все по домам! Загоняйте ребятишек, вы что смотрите? Маша?!
Маша. Наиль, кит манай! Уйди! Дома порка получишь! Галия возьми!
Баба Даша. Светка, иди в избу.
Татьяна, Наиль с сестрой, Светка уходят в дом.
Райка. Зина, где наши-то? Забоялась я чего-то.
Зина. Давай, Рая, пойдем поищем.
