Мияны. Ну и сама Мияна. Лала припорхнула к девушке, обняла её, лучась счастьем. Глазки Мияны счастливо светились тоже.
– Спасибо тебе, подруженька за всё, за гостеприимство ваше, – сердечно произнесла Лала.
– И вам за всё за всё спасибо, – с невыразимой теплотой ответствовала Мияна.
Лала отступила от неё. Остановилась, глядя приязненно. Словно сожалея, что надо расставаться. Рун подошёл к ней, встал рядом. Лала взяла его за руку.
– Хочешь с нами искупаться сегодня, Мияна? – предложила она по-доброму. – Мы немножко отдохнём, покушаем, а потом позовём тебя, если желаешь.
– Мне было бы приятно поплавать с вами, – призналась Мияна не без доли воодушевления.
– Значит решено, – порадовалась Лала. – Если захочешь, угостим тебя похлёбочкой заодно.
– Никогда ничего подобного не пробовала, – поведала русалка простодушно.
– Вот и попробуешь, – улыбнулась Лала.
– А что же ты, Рун, меня разве не обнимешь на прощанье? – шутливо посмотрела Мияна на него. – Тем более, что ты мой парень теперь.
– Нет, он мой, – с мягким нажимом и капелькой возмущения возразила Лала.
– Мне строгая невеста запрещает обнимать других девиц, – усмехнулся Рун. – Прости, никак.
– Мияна, а это как-то скажется на тебе, что Рун прилёг в твоё гнёздышко? – осведомилась Лала осторожно. – Остальные русалочки станут к тебе по-другому относиться?
– Нет, – поспешила заверить её русалка. – Все же понимают, что это было недоразумение. Если вас сие волнует, Рун может найти красивый камушек и подарить мне. Так он даст понять, что расстаётся со мной. Но мне бы этого не хотелось. Лучше считать всё недоразумением, чем чувствовать себя брошенной. В тот же день, как стали парой.
– Мы друзья. Я по-дружески в гости заходил в твоё гнездо, – нашёлся Рун. – Я вообще-то уже при даме кавалер. Не свободен. До встречи, Мияна.
– До встречи, – озарилась приветливой улыбкой озёрная принцесса.
Рун с Лалой развернулись, направившись к берегу. Несколько шагов, и их головы показались из воды. Яркий солнечный свет тут же заставил их прищуриться, в нос ударил аромат цветущих летних трав и леса, воздух зазвучал криками чаек и шелестом листвы. После подводного мира мир суши казался чем-то сюрреальным, странным, берег, лес, лужок, небо – всё было таким другим, наполненным другими красками и другой действительностью, как будто сказочной неправдоподобной. Но прошло буквально несколько секунд, и восприятие вернулось в норму. Перед ними вновь предстала их земная обитель, привычная и родная. Куда было приятно возвратиться после волнующего путешествия. Рун вздохнул от переизбытка чувств.
– Ну как ты, солнышко моё? – спросил он ласково.
– Устала, – отозвалась Лала приветливым расслабленным голоском. – И наскучалась очень. Было замечательно. Только наскучалась. Никак не обняться было надолго. Пойдем в шалашик, мой хороший. Будем отдыхать и обниматься.
– Пойдём, любимая.
Они забрались в шалаш, улеглись, прижавшись друг к дружке. Лала разулыбалась задумчиво:
– Надо же. Я такого приключения никак не ожидала, Рун, – проговорила она негромко. – Это поразительно. Волшебно. Вернусь домой, расскажу сестричкам, вот будут изумляться. Так и представляю, как у них глазки светятся от восторга, когда они слушают. Будут очень завидовать мне, по белому, по-доброму, мечтая, что и с ними произойдёт нечто столь же необыкновенное.
Она рассмеялась тихо.
– У вас что, там нет русалок? – полюбопытствовал Рун.
– Есть. Но у них свои дела, у нас свои. Фей много. Не станут же они приглашать каждую, – объяснила Лала с охотой. – И эта магия очень редкостная, какая у королевы Ринни. Очень-очень. А без неё на дно не попасть. Феи такие чары не умеют накладывать. Не слыхала, чтобы умели. Совсем другой мир, другая жизнь, другие порядки. Под водой. Ну и русалочки очень славные. С ними приятно быть, правда же?
– Да, – согласился он. – Сам диву даюсь. Уж насколько я нелюдимый. Но с ними хорошо. Когда ты рядом, особенно. Немного напрягает, что девицы их слишком уж меня замечают. Неловко от этого. Но всё равно в их компании легко как-то на душе.
– Ох уж эти мне девицы, – посетовала Лала беззлобно.
– А сама-то ты кто? – развеселился Рун.
– Я всё же так не заглядываюсь на кавалеров, – парировала Лала.
– Чего тебе заглядываться, когда у тебя такой раскрасавец в женихах, – проронил Рун.
Лала снова рассмеялась. Её личико сияло, исполненное счастливым умиротворением.
– Рун, а почему ты отказался от подарка королевы? – спросила она спокойно. – Я ведь правда не навсегда с тобой. Стал бы богат. Чем это плохо?
– Не хочу на тебе наживаться. Это гадко. И магию как бы не потерять. Из-за алчности, – честно признался он.
– Но ты же брал серебряные монетки за меня. Сказал «с деньгами надёжнее», – напомнила Лала. – Чем это отличается? Со златом ещё надёжнее, мне кажется.
– Это разное, милая, – возразил Рун. – Там было два десятка серебра, а тут сокровище бесценное. Ум помрачается, как прикасаешься. Я бы спать наверное не смог. Точно бы магия исчезла, не обижайся, Лала. Просто волновался бы очень, чтобы не ограбили, не обокрали, и мечтал бы, как жить буду богато теперь. Это бы всё сильно отвлекало от тебя, против моей воли. Человеку трудно совладать с собой. Я это отчётливо понял, как только взял кинжал в руки. Прямо буря внутри. А когда моя внутренняя буря не от тебя, магия уменьшается.
– Так переживаешь за меня, – растрогалась Лала. – Мой герой. Только может ты всё же зря от богатств отказываешься из-за этого? Ну, немножко бы магия ослабла на какое-то время, я бы с тобой понежнее стала, тут бы и вернулась поди.
– Дело не только в тебе. В данном случае, – молвил он доверительно. – Но и в русалках. Там я взял деньги за то, чего не должен был делать. Сделал одолжение, за это и взял. Тут получилось бы, взял просто так, причём у тех, кто не понимает ценности злата. Словно детей обманул. Украл бы фактически. Совсем другое. Подлецом не хочется становиться. И потом, пошёл бы я продавать этот кинжал. Или увидели бы его у меня. Стали бы допытываться, как он ко мне попал. А допытываться можно по-разному. Например, обвинить в воровстве и к палачу отправить. У нас умеют развязывать языки. Я же не дворянин, не заявишь, что это родовой предмет. Понятно, что взял откуда-то. А значит, там может быть и ещё. Вот и выходит, и словно обманул бы русалок, забрав у них сокровище. И подверг бы их опасности. А мне не хочется, они и правда хорошие. Это как с тобой. Отпустил же, когда поймал. Думаешь, я дурак, не понимаю ценности феи? Просто… ты девица, они девицы, не хочется невинным зло творить. Лучше расскажи мне про этот камень. Камень чар. Что
