Американцы же в течение всего 2005 года осуществляли свой проект в Ираке. Общая численность убитых солдат составила к концу года 2185 человек. Примерно 16 000 человек были ранены. Многих удалось спасти. «Би-би-си» сообщало, что, по неофициальным данным, число погибших граждан в Ираке составило от 10 000 до 37 000 человек и выше.
Политическая картина до сих пор остается неблагоприятной. Невероятная жестокость проявляется повсеместно. С большим трудом временное правительство в Ираке наконец разработало конституцию, которая была одобрена в октябре после летней отсрочки и споров на переговорах между тремя главными фракциями: суннитами, шиитами и курдами.
Америка объясняет свое присутствие в Ираке идеей построить новое государство и в связи с этим необходимостью мощного военного гарнизона в месте, с географической точки зрения самом благоприятном для контроля поведения других проблемных стран Ближнего Востока: Ирана на северо-востоке, Саудовской Аравии на юго-западе и Сирии на западе. Но ситуация за три года совсем не изменилась. На самом деле истинная причина вторжения в Ирак заключалась в том, чтобы гарантировать доступ Америке к нефти Ближнего Востока, составляющей 2/3 оставшихся мировых запасов.
Проект по созданию нового государства в Ираке был отчасти красивой картинкой, а отчасти попыткой восстановить мир в регионе. Америка не могла просто назначить на пост правителя какого-то «парня», какого-нибудь нового, умного и сильного человека, «другого Саддама Хусейна». Мировая общественность этого бы не одобрила. И постоянные этнические и религиозные конфликты в стране явно создавали сложности. В связи с этим единственный выход из создавшегося положения виделся в реализации возможности для иракского народа самим выбирать своих лидеров и представителей. Я уверен, что это была некая тайная идеологическая мечта, трепещущая в груди американских стратегов-неоконсерваторов, на то, что удастся создать надежное демократическое правительство, которое будет действовать как огонек надежды для исламского мира, порабощенного тиранами и муллами. Но главным образом, для Америки было важно иметь своих представителей в правительстве. В этом случае она могла бы беспрепятственно оставаться на территории Ирака и осуществлять свои далеко идущие планы.
Безусловно, отчаянная тактика использовать Ирак в качестве базы по восстановлению мира на Ближнем Востоке предполагала, что Америка станет воздействовать на поведение других близлежащих стран. Но так ли это было на самом деле, оставалось непонятным. В соседней Саудовской Аравии перестали похищать и обезглавливать иностранных рабочих — возможно, потому что поняли, какую важную роль те играют для нефтяной промышленности Саудовской Аравии и что будет лучше, если их головы останутся на своем месте. Казалось, новый король Абдулла полностью находится под контролем, но ему было уже восемьдесят два, а внутренние распри среди многочисленных принцев, борющихся за власть за спиной короля, тщательно скрывались от средств массовой информации. Никто не извещал об активности, связанной с джихадом.
В то же время Махмуд Ахмадинежад, лидер «начинающих радикалов», похитивших служащих из американского посольства в 1979 году, был избран президентом Ирана. До конца года он нападал на другие страны, в частности на Израиль. В декабре, например, ему в голову пришла мысль переместить все население Израиля на Аляску. В течение всего 2005 года Иран не оставлял своего намерения продолжить заниматься ядерной программой, а Соединенные Штаты только высказывали свое неодобрение, но сделать ничего не могли. В конце 2005 года появились слухи, что США и Израиль планируют воздушные атаки на начало 2006 года.
Северная Корея была настолько далеко от всех мировых дел во второй половине 2005 года, что действия Ким Чен Ира казались такими же маловажными и далекими, как деяния великой династии Чосон. Возможно, за этот мир следует поблагодарить Китай. Тайваньский вопрос, так же как и Корея со своим ядерным оружием, магическим образом отошел на задний план. Китай делал все возможное, чтобы не раскачивать «мировой корабль» в 2005 году. Он старательно работал над расширением промышленных предприятий. Его экономический рост, по сообщению «Экономиста», составил 9,3 %. Китай заключал договоры о поставках нефти с Канадой и Венесуэлой, строил трубопровод через Казахстан, но его статус импортера энергии оставался довольно шатким. Кроме этого, Китай столкнулся с невероятными проблемами, связанными с ухудшением состояния окружающей среды.
Американцы, несмотря на ураганы, колебания на рынках нефти и газа и перипетии в Ираке, все еще верили в то, что они и дальше будут жить так, как привыкли — с бесконечными чизбургерами, магазинами, бульдозерами, уничтожающими луга, поля и леса, на месте которых вырастут миллионы новых «Макдоналдсов». И никто из политической элиты не встанет и не скажет, что у всего этого нет будущего, если закончится энергия.
Но зачем беспокоиться о нефти или газе? Ведь обязательно появится какое-нибудь новое топливо или технология, которые спасут нас. Почему они так слепы? Как-то я читал лекцию в офисе компании «Гугл» в сказочной Силиконовой Долине в Калифорнии. Этот визит произвел неоднозначное впечатление (на меня, чего не могу сказать про них). Здание компании «Гугл», расположенное в пригородном офис-парке, выглядит словно остров удовольствия в диснеевской версии сказки «Пиноккио». Лотки с закусками, всевозможные развлекательные средства: бильярдные столы, настольный футбол и хоккей, видеоигры и вибрирующие массажные кресла. В комнате, где мы беседовали о вопросах Глобальной Катастрофы, была очень миленькая обстановка. Половина слушателей — работников компании «Гугл» были одеты как крысы-скейтбордисты. Не было сомнения, что некоторые из них были миллионерами. После моего выступления начали задавать вопросы. Несколько возмущенных слушателей поднялись со своих мест: «Ну, ладно… А как насчет того, что у нас, вообще-то… как бы… есть… технологии!» Они не смогли понять, что затянувшийся энергетический кризис нанесет нам удар именно в тот момент, когда мы будем меньше всего ожидать. А они — такие успешные и богатые — уверены, что спасти положение может пара кликов мышкой. Я не смог убедить их, что на этот раз хэппи-энда не будет.
В 2006 году в своей речи президент Буш лишь вскользь упомянул о создавшемся в Америке затруднительном положении в области энергетики. Буш согласился, что «Америка зависима от нефти», и предложил ряд технологических средств, над которыми затем шутили в серьезных кругах. Например, биотопливо, требующее для своего производства намного больше энергии, чем дает само. Или автомобили на водородном топливе (забудьте об этом). А также использование этанола, о котором один остряк заметил: «Если нефть — это наш героин, то этанол — это наш метадон». Как многие лидеры в правительстве и бизнесе, отрицающие очевидное, Буш покривил душой, когда заявил, что американцы могут наслаждаться жизнью, к которой привыкли. Он мог воспользоваться моментом и предложить реформировать систему государственных железных дорог, которая пребывает в упадке, — это позволило бы тысячам людей получить отличную работу, — но он ничего не сказал об этом. Кстати, такое предложение не сделали и демократы в своем бессмысленном ответе на президентскую речь.
