твари, которые живут на том месте, где у меня стоит поместье.
Пришлось все принимать в себя, и это, скажу я вам, совсем неприятно. После этих всех манипуляций у меня дрожали руки, а вот мой друг лежал без сознания, и я представляю, как ему сейчас хреново. Ведь он только что познал один из ритуалов моего Ордена. Пусть давно подзабытый, но это секрет, за который могут и будут убивать.
Есть ли шанс, что он встретит Охотника без меня? В этой Вселенной всё возможно. А потому… Ставим на бессознательное тело Волчары мою личную метку Охотника. Теперь любой брат Ордена Охотников поймет, что он свой человек. Такие метки давались за очень важные достижения перед Орденом. Её нельзя купить или украсть. Это как орден или медаль, одна из многих, но далеко не последняя, которую можно было получить при жизни.
А ведь когда я понял, что творится с Волком в последнее время, то сразу нашел выход. Что примечательно, даже не задумывался. Ведь он был достоин, и заслужил эту силу, которую я помог ему обрести. Силу, которую можно назвать проклятием. И он даже не понимает, на что она по настоящему способна. Волк хотел иметь иммунитет к холоду, чтобы не быть балластом в Арктике. Я так и сделал. И заодно передал ему потенциал, сравнимый с ядерной бомбой.
Сможет ли он раскрыть его, я не знаю. Но полагаю, что сильно удивится, когда и другие стихии начнут в нем пробуждаться. Пока такие мысли бегали в моей голове, я сидел рядом с телом друга и следил за его состоянием. Этот ритуал не просто так считался очень сложным. Не мог его провести слабый Охотник. И не мог его пережить слабый человек.
Мне прекрасно было видно, сколько там духов стихий было, и сколько энергий они вкладывали в свои испытания. И, пожалуй, только одному Волку ведомо, с чем он там столкнулся.
Я ещё раз взглянул на печать на его запястье. Красивая… Моя…
Зная Волка, у меня есть опасения, что он снова начнет думать, что не достоин такого Дара. И попытается оправдать возложенные на него надежды. Будет рвать жилы и работать больше, чем я. А ведь это не так.
Он хороший друг, отличный гвардеец, и человек, который знает, что такое долг и честь. И не стоит забывать про его путь. Тот путь, который он выбрал, и идет по нему. Путь сражений и побед! А ведь он даже чем-то похож на Охотника, только без Дара Душелова.
— Эх… — вздохнул я, сидя рядом с ним. — А ведь этот подарок с двойным дном. Как бы потом в будущем, если мы попадем в другой мир, тебе эта метка не вышла боком. А с другой стороны, — я слабо улыбнулся, — теперь и за тобой будет следить Кодекс.
На моих глазах моя метка вдруг вспыхнула синим цветом в подтверждения этих слов.
— Мой выбор сделан сердцем, — прошептал я нужные слова.
И метка вспыхнула еще раз, но свечение быстро исчезло. Кодекс обратил свое внимание… и ушел.
Так было я подумал. Вот только… Я не поверил своим глазам, когда увидел, что случилось. В мою метку была вплетена маленькая волчья голова, которой там раньше точно не было.
Ну, охренеть! Его признал Кодекс! Как полноправного члена Ордена Охотников! Прав был Старый Мак, когда рассказывал мне… гхм… ладно. Я поднял голову к небу.
— Спасибо, старый друг! С меня пиво…
Андрей Потапов по прозвищу «Волк»
Волк последнее время был сильно не в духе. Кто-то мог бы сказать, что у ветерана сейчас сильнейшая депрессия, но это было точно не так. Депрессия выбивает людей из жизни, делает их неспособными жить и действовать. А с этим у Волка всегда всё было в порядке.
Нет, скорее всего, это чувство можно было описать, как крайняя степень расстройства и разочарования. Причем, разочарование самим собой.
Он видел, что происходит вокруг. Он видел, какие люди сейчас окружают его господина и, уже, друга Александра Галактионова. Бухой Дед, Бурбулис, да даже Один был Абсолютом! Нет, Волк не стремился стать Абсолютом, у него была работа и должность, и она его полностью устраивала. Командир гвардии Рода — это ответственно и очень почетно, и вполне в духе самого Волка.
И, надо сказать, он прекрасно справлялся с этой работой. Гвардия Рода Галактионовых была сейчас, возможно, сильнейшим частным подразделением в мире. Но тут есть «но». Одно горькое «но».
Гвардейцы достигли своей силы благодаря Печатям Александра, Колодцам Душ, и своим личным сильным изначальным Дарам. Волк был один из первых, кому Александр поставили Печати, это значительно усилило его, как бойца, но снова это долбанное «но»!
Волку нельзя было установить Колодец Душ и заполнить его Душами, что значительно усилят его боевой потенциал. Его личный Дар «физика» был неплох, но не экстраординарен. В его подчинении были бойцы с Даром посильнее.
Да, с помощью своих гвардейцев, в команде, он мог творить великие дела. Как, к примеру, недавно в Арктике, но он понял одну очевидную вещь.
Как отдельная боевая единица он был полностью бесполезен для своего господина. Недавнее покушение на сына господина было последней каплей. Чёртов нянька Иннокентий был сильнее его самого, не говоря об Бурбулисе, которые и уничтожили Джиннов. А если бы их не было рядом? А если бы самому Волку пришлось бы драться с убийцами? Победил ли он один-на-один? Сомнительно…
Ну, и логичным было то, что Александр перестал его брать с собой в сражения, как компаньона и соратника, только как командира с группой гвардейцев. Это было… горько.
Собравшись с духом, Волк подготовился к серьезному разговору с Александром, в котором он хотел сложить с себя обязанности Командира Гвардии. У него даже были кандидаты на примете, для его замены. Тот же Ратник, которому еще далеко до формирования полноценного Легиона, вполне может руководить Гвардией Рода, ведь он достоин. Да любой из новоявленных Паладинов сильнее его, Волка!
Какое же было его изумление, когда Александр сам вызвал его на разговор. Интуиция у господина, конечно, потрясающая.
И точно не такая, как у самого Волка, потому что он не угадал с темой разговора. Александр не собирался его понижать, увольнять или прогонять.
Он предложил ему Силу. Силу с большой буквы! Такой, которой не имеет ни один знакомый Волку человек в этом Мире. Силу, подобную самому ему. Александру Галактионову.
Александр кратко и сжато рассказал про Кодекс и Орден
