Тяжелая дверь не скрипела, а так хотелось услышать зловещий стон петель. Брошенная аллея, бурая жухлая трава, лавочки, костлявые деревья и колючие кустики. Ветер волок по обочине помятый самолетик из белой бумаги со следом подошвы на ней. Тень замечала мелочи. Выцарапанное на гладком стволе слово «Тина», заключенное в сердечко. Коротенький обрывок алой ленты, привязанный к ветке. Сдувшийся шарик-зайчик с поникшими ушками под лавкой.
«И в психушке обитает любовь», — отметила Эмьюз про себя. Дикая мысль получилась неожиданно счастливой и светлой.
По аллее к визитерам, цокая каблуками, как подкованная лошадь, рысью бежала женщина, рослая и крепкая, не хуже иных мужчин.
— Леди Варлоу? — почему-то у Росарио спросила та.
— Не я. Она, — тетка указала на девочку.
— Как же так? — опешила громадина.
— Взгляните на документы, — спокойно предложила мадам Тэсори.
Вроде ничего не значащий диалог, но напряжение, висевшее в воздухе, можно было есть ложкой. С невозмутимым видом Тень протянула паспорт. Работница клиники внимательно изучила его и вернула. Она выпрямилась и приняла оборонительную стойку.
— Неприемлемо, — объявила громадина тоном, не терпящим возражений.
— Разве? — изображая наивность, улыбнулась Росарио.
Тетка извлекла из внутреннего кармана черный лист: приказ с подписью и печатью.
— Вы станете оспаривать распоряжение Мастера Тени? — все тем же манером продолжила Росарио. — В письменном виде, пожалуйста, на бланке клиники и в трех экземплярах, чтобы его можно было подшить к заявлению. Я подожду, сколько потребуется. Спасибо.
Громадная женщина мелко затряслась, как от озноба. Наконец она нацепила на перекошенную физиономию дежурную улыбку и жестом предложила следовать.
— Не вы, — холодно осадила громадина крошечную Росарио. — Только Леди Варлоу. У вас нет разрешения.
— Вполне резонно, — согласилась мадам Тэсори.
Тетка села на лавочку, достала из сумки книгу и принялась беззаботно читать. Идея прогуляться вместе с неприятной дамой-скалой совершенно не нравилась Эмьюз. Но видимо, на такой исход Росарио и рассчитывала.
В самом здании дверь скрипела так, словно ее не смазывали веками. Черно-белый кафельный пол, странный запах и растения в кадках. Тусклый свет, словно все затянуто невидимой паутиной.
— Для чего вам посещать нашу самую опасную пациентку? — без вступления спросила громадина.
Она, очевидно, собиралась сломить маленькую девочку. Напугать ее, чтобы та сама отказалась от затеи, — но жестоко ошиблась. Дама-скала сверкала мутными глазищами и нависала над хрупкой фигуркой Тени.
— Это вас не касается, — бесстрастно и сухо отрезала Эмьюз. — Выполняйте распоряжение.
Громадина отпрянула, как от пощечины. Тень спокойно смотрела в ее красное, что кусок мяса, лицо.
— Выполняйте распоряжение. Живо, — повторила Эмьюз тем тоном, каким это сделала бы Лют.
Неприятная женщина повела Тень длинным коридором вглубь здания. Потом дорога пошла под уклон, а отовсюду полился едкий свет. Сделалось холодно, но спуск продолжался. Когда Эмьюз начала думать, что дама-скала пройдет землю насквозь, в конце замаячила последняя дверь.
— Выверните карманы, — приказала громадина. — Оставьте все: еду, сигареты, ключи, мелкие вещи… надежду.
Она ядовито ухмыльнулась.
— У меня ничего нет, — ответила Тень.
— Тем лучше, — фыркнула та. — У вас будет пятнадцать минут до того, как я войду и попробую отобрать у Фолии ваши останки. Вы упрямы и невоспитанны. Но я все же попробую вразумить вас. Откажитесь от самоубийственной затеи.
— Выполняйте распоряжение, — в третий раз повторила Эмьюз.
— Хорошо, — сквозь зубы процедила дама-скала. — Ни под каким видом не входите во тьму. Иначе вас никто не спасет. Не суйте в нее руки. Не поддавайтесь на провокации. Не пытайтесь звать на помощь. Вас никто не услышит. Комната звуконепроницаема. Жмите на большую кнопку.
— Это все? — уточнила девочка.
— Это все.
Мерзкая громадина достала ключи и отперла тяжелую дверь. Эмьюз перешагнула порог, и замок хищно лязгнул за ее спиной.
Большое белое кресло из дерева в центре освещенной части комнаты не отбрасывало тени. Сначала девочке показалось, что кроме нее здесь никого нет. Ровная гладкая чернота выглядела четвертой стеной.
— У Мэри был барашек, — пропел странно знакомый голос, под аккомпанемент скрежета когтей по полу. — С шерсткой белой, как снежок. И куда б ни шла она…
Нелепая песенка оборвалась. Исполненная в током месте и таким голосом, она приводила в ужас.
— Леди Фолия? — неуверенно позвала Эмьюз.
— Ты пришла! Наконец-то. Я уже почти перестала верить, что этот день настанет когда-нибудь, — колыхнулась темнота. — Отсюда вижу, что ты та самая! Та самая Варлоу. У нас мало времени.
— Знаю. — Бедняжка никак не могла заставить ноги двинуться дальше. — Мы знакомы?
— Конечно, нет. — Фолия закашлялась.
— Вы душевнобольная? — не успев прикусить язык, спросила Эмьюз.
— Не больше, чем ты, — сообщила та. — Поверь, не так сложно прикидываться сумасшедшей как банановый торт-людоед. Не пытайся всматриваться в эту тьму. Здесь она подчиняется только мне. Смелее. Иди ко мне, потому что я при всем желании подойти не сумею. Роси обещала подготовить тебя. Опять говорила загадками и напустила тумана?
— Кажется, да, — согласилась Тень.
— В ее стиле.
Девочка слышала, как шлепают по полу босые ступни.
— Я… иду, — больше для храбрости сказала она.
Эмьюз стиснула Орин под рубашкой. Камень гудел и словно рвался вперед. Девочка, задержав дыхание, нырнула в черноту.
Первые несколько мгновений она будто очутилась вне пространства. Ни света за спиной, ни стен, ни пола, ни потолка, как над пропастью.
— Не бойся. — Голос звучал почти рядом. — Ты — самое дорогое сокровище, которое есть у нас. Вынимай Орин и подними его повыше.
— Орин? А откуда вы?..
Кристалл пронзительно вспыхнул сквозь одежду, и Эмьюз остолбенела. Свет выточил до боли неожиданный образ.
— Хочешь сказать, что не в курсе? — нахмурилась женщина, носящая чужое лицо. — Тогда я, пожалуй, представлюсь.
Она коротко поклонилась и, выпрямившись, произнесла:
— Фолия Франческа Тэсори.
Смысл сказанного обрушился камнепадом.
— Вы так похожи, — промямлила Тень.
— С близнецами это сплошь и рядом. — Фолия и гримасничала, как Росарио.
Только эта женщина выглядела жалко: тощие, как высохшие травинки, костлявые руки, выпирающие ребра, живот, прилипший к позвоночнику и… страшные раны, пропитавшие кровью ветхое рваное рубище.
— На мне без врачей ничего не заживает, — заметив пристальное внимание Эмьюз, пояснила она. — Но боли я все равно не чувствую.
— Почему вы здесь? — еще один тревожащий вопрос.
— Чтобы дождаться тебя. — Фолия ловко схватила Орин всей пятерней. — Жжется!
Столько счастья девочка еще не встречала. Глаза поддельной умалишенной блестели вполне себе сумасшедшим блеском.
— Здравствуй, Сириус! Ты там? — Фолия прищурилась и постучала в кристалл. — Подними камень повыше и помалкивай, принцесса.
Леди Тэсори встала на одно колено.
— Что вы делаете? — изумилась Эмьюз.
— Спасаю свою честь. Молчи, — невыносимо грустно вздохнула она.
Женщина смиренно опустила голову.
— Я, Фолия Франческа Тэсори, клянусь бессмертной своей душой перед Богом и всякой разумной тварью, присягая истинной госпоже своей — старшей дочери благородного дома Варлоу, Эмьюз. Отныне и впредь пойду я туда, куда укажет мне рука ее, и не убоюсь ни врагов, ни лишений, смету любые препятствия и отведу угрозы. Не подведу, не предам, не отступлюсь, не ослушаюсь, словом и делом помогу, не зная ни жалости, ни устали, до тех пор, пока не дарует мне госпожа вечный покой. Если же нарушу присягу, не будет у меня больше ни души, ни чести, ни покоя.
Оглушительная тишина хлынула в горло так, что захотелось кричать.
— А у нас есть души? — хрипло спросила Эмьюз.
— Ну, с теологическими вопросами тебе лучше к Петруше, он в таких вещах дока. — Фолия расправила плечи. — Всему свое время, которого сейчас почти не осталось. Теперь ты знаешь, где меня искать. Ради своего блага не выдавай тайну и положись на Роси. Еще одно. Окажи мне пустяковую услугу.
На открытую ладонь женщины выкатились глазки-шпионы.
— Вынеси их и отпусти, — попросила Фолия. — На территории клиники и за ее пределами.
— А не заметят? — Эмьюз поежилась.
— Нет, — подмигнула Леди Тэсори.
Крошки-шарики юркнули девочке под волосы.
— Я… нашла вашу плашку, — призналась маленькая Тень. — И перепрятала.
— Возьми ее из тайника и швырни в ров. Иди и не забывай меня.
