как алфавит, который, ха-ха, не знают девяносто процентов населения нашей Империи. Крестьяне не используют рот во время сексуальных утех. Потому что он грязный и неприятный. Аналогично не промышляют и оральными ласками, так как внизу у них тоже не ландышами пахнет.
Хорес, дай мне сил! Научи народ мыться!
— Давай, как тогда, — хихикнул он. — Ты же ветер учил?
— Затрагивал, не более, — пожал я плечами. — Могу наколдовать порыв, вряд ли больше… Может просто потренируемся?
— А это что, не тренировка? — парень выгнул бровь. — Смотри, сейчас будет!
Кто-то из новичков, обучающихся порядка недели, сосредоточенно «выдувал» огненный шар, стоя в десяти метрах от нас. Стандартные чары огня. И «выдувал» не ртом, само собой, просто это заклинание требует некоторой «накачки» или «нагнетания магии», как говорили наставники.
В момент его максимальной сосредоточенности на чарах, Ресмон незаметно поднял руки и резко скрестил их в запястьях. Жест, который почти не играет роли, но помогает сосредоточиться и, что называется, «переключить эмоции». Насколько я успел изучить своего… другом не назову, но приятелем — пожалуй. Так вот, насколько я успел его изучить, таким жестом Ресмон проводил воздушный вихрь. Однако, сейчас здоровяк явно задумал нечто иное.
Шар огня резко расширился чуть ли не в два раза, обжигая лицо и брови паренька-новичка. Он громко закричал, прерывая чары, но видимо не прекращая нагнетание магии. Скорее всего просто растерялся и… Оу, похоже не только не прекратил, хоть теперь с эмоциями испуга и страха (вместо гнева), а даже, от неожиданности или чего другого, увеличил объём канала!
Сильный хлопок буквально взорвал его руки, а потом отбросил в сторону, более чем на пять метров. Потоки огня полетели по полигону, но я сумел поставить барьер. Обычный! Сука, да! Хорес, благодарю тебя!
У меня уже вошло в привычку входить в состояние покоя, когда начиналась схватка, но ранее я всегда настраивался на подобное, а тут — настоящая опасность и у меня всё получилось! Уф-ф, шикарно! Надеюсь, дальше будет получаться точно также! Впрочем, главное — тренировки…
Не сдержал широкой улыбки, наблюдая, как поток огня, пусть и на излёте, зацепил мой барьер, ничего не сумев ему противопоставить. Аха-ха-ха!
Остальные просто отбежали назад, чего им хватило, чтобы пламя развеялось в полёте.
Между тем, брызги крови раненого новичка мгновенно иссыхали прямо в воздухе, в котором всё ещё стоял распадающийся, нестабильный огненный шар. Куски обугленного мяса и костей разлетелись по округе, словно осенние листья. Площадку для тренировок огласил безумный, громогласный крик.
Тут же, не теряя времени, отменил барьер и использовал воду, которой начал тушить оставшийся поток огня. Причём использовал продвинутый приём, окружая висевший в воздухе огненный шар — периодически «выплёвывающий» струи пламени, — водой сразу со всех сторон, потому что знал: резкое соприкосновение горячего и холодного может породить новый взрыв.
Ресмон, тем временем, тупил, стоя с широко открытыми глазами, в немалой степени удивляясь произошедшему событию. Я не поленился, покрыв его мысленной бранью, хоть и продолжал контролировать воду. Это было просто, я и правда испытывал гнев на этого кретина.
Тц… магия на начальном этапе, таком, как у того парня-новичка, сильно зависит от контроля и опыта. Если бы он проучился хотя бы с месяц, то скорее всего справился с этой вот проблемой даже не заметив её. А сейчас… «шутка» завершилась трагедией.
Из-за происшествия мгновенно поднялась паника и к верещащему парню, размахивающему окровавленными культями рук, подбежал наставник Тумий, профессиональным взглядом оценивая повреждения. К счастью, он не был свидетелем самого происшествия, иначе Ресмону точно было бы несдобровать. У Гореса хватило бы опыта, чтобы понять истинную причину произошедшего. А уж если бы рассмотрел, как Ресмон махнул руками… Хех, наставник ведь отлично знал все подобные движения, сам помогал их ставить!
Мой «друг», кстати, уже пришёл в себя и изображал полнейшее отсутствие интереса — едва ли не насвистывал, поглядывая в горизонт. Даже толкнул его локтем, чтобы кретин хоть чуть-чуть изобразил заинтересованность!
— Притворись, что удивлён, как и все, — шепнул ему, убирая воду, которая полностью справилась с огненным шаром. — Иначе даже распоследний идиот догадается о твоей причастности.
— Точно, — Ресмон шлёпнул себя ладонью по лбу, а потом вытаращился на пострадавшего, с видом, будто словил приступ дикого поноса и изо всех сил сдерживал напор.
Вздохнул, но не стал ничего ему говорить, напротив, пока кто-то из новеньких побежал за целителями и слугами (или стражниками) с носилками, подошёл ближе.
— Могу попробовать исцелить, — коротко произнёс Тумию, на что наставник рявкнул на паникёров, затыкая всем рты.
— Пробуй, Анс-Моргрим, — пробормотал он, — хуже не будет. В тебе я, — мужчина коротко хмыкнул, — хотя бы уверен.
Это было лестно, учитывая, что целительство я не стал брать. Оно, конечно, получалось у меня, но где-то на уровне третьей стихии: весьма дерьмово. Впрочем, время от времени я получал «частные уроки» от одной девицы…
И всё же, худо бедно я затянул раны этого неудачника и даже, в процессе лечения, решив чуть-чуть поэкспериментировать, отрастил немного плоти, заместо оторванной. Правда у меня сложилось впечатление, что профессиональные целители ещё «поблагодарят» меня за подобную помощь, но… нет худа без добра! О хотя бы кровью истекать перестал и то хорошо.
— Молодец, — наставник хлопнул меня по плечу. — Все бы маги так старались. Смотрите и берите пример! — последние слова были сказаны в сторону новичков. — Кирин не специализируется на исцелении, но он — настоящий волшебник, который действительно заинтересован в магии, поэтому разобрался даже в основах лечения! А вы, сукины дети, не можете понять даже такую элементарщину, как долбаные стихии!
Поблагодарив Гореса, отошёл в сторону, не мешая ему выплёскивать гнев на собравшихся новичков.
Играть роль доброжелательного и отзывчивого мне, признаться честно, порядком надоело. И ладно ещё для Кинисы или лазарета, куда я до сих пор бывало попадал, ибо драки, хоть и сильно сократились, продолжали, время от времени, случаться. Иногда даже не со мной, но каким-то образом я попадал под «горячую руку», оказываясь втянутым в массовое побоище.
Например однажды
