— Вовсе нет. И не пугайтесь вы так! Я думал, что вам все равно придется звонить родителям, и потому хотел помочь… — Джейсон улыбнулся. — Вы измучены. Ложитесь в постель, а через несколько минут я приду пожелать вам спокойной ночи.
Несмотря на таблетки, Кейти никак не могла заснуть. Ее сердце пылало гневом на мир, который устроен так, что женщины беспомощнее мужчин.
Когда Джейсон на цыпочках пробрался к ней в комнату, обнял и принялся убаюкивать как маленького ребенка, она немного всплакнула и затем крепко уснула у него на плече.
«Пан, — думала засыпая Кейти. — Пусть весь мир такой безумный и отвратительный, но ему я могу доверять. Всегда…»
Пока он не давал ей повода в этом усомниться.
Глава 17
Франческе очень понравилось ехать через горы из Атланты в Гетлинберг. Сидя в принадлежащем Питеру стального цвета «порше», она весело махала рукой водителям грузовиков, сигналивших, когда они проезжали мимо. По радио передавали Шопена, машина плавно неслась вперед, на обочине дороги мелькнули пасущиеся олени. Никогда еще Франческа не была в таком согласии с миром и с собой.
— Питер, все так красиво. — Франческа сидела так, что скульптор видел ее восхитительный профиль. — Спасибо, что вы меня пригласили и позволили сесть за руль. Надеюсь, что за время каникул я не слишком надоем вашей семье.
Питер плотнее запахнул на груди шерстяной шарф. У скульптора был хронический бронхит, а «порш», как и большинство европейских машин, не мог похвастаться хорошим обогревателем.
— Надоедите? Милая девочка, да они только обрадуются тому, что я вас привез. Удивятся и обрадуются. Особенно старик.
— Почему вы говорите «удивятся»? — Франческа лихо обошла «фольксваген».
Питер усмехнулся:
— Потому что вы женщина. Последние пять лет я приезжал на Рождество один или с любовником. Мое семейство считает меня законченным гомосексуалистом. Если на этот раз я привезу с собой девушку, они будут ошарашены.
— Питер, какой вы коварный! — Франческа надула губы. — Значит, вы меня используете?
— Самую малость. За тем коттеджем поворот…
Они повернули и двинулись по боковой дороге, поднимающейся в гору.
— Понятно. Значит, чтобы ваша семья была довольна, я должна изображать из себя вашу девушку?
Питер скривился:
— О Боже, нет! Если вы это сделаете, следующие пять лет меня будут спрашивать, почему я все еще не женился и не завел детей. Вот он, Чесс, — каменный дом с серой крышей.
Франческа вздохнула:
— Как красиво! Вам повезло, Питер, вы из богатой семьи. Для вас и для Кейти такие вещи, как дом в горах и шикарная машина, — нечто само собой разумеющееся. Меня от этого тошнит.
— Только, пожалуйста, не здесь! — Питер обошел спереди машину и открыл перед Франческой дверцу. — Я отдал бы свои глазные зубы за такое беспечное детство, как у вас. Никаких тебе любящих родителей, никаких деликатесов, никакой великосветской морали. Мне понравилось быть голодающим художником, который рассчитывает только на свой талант. Бедность порождает сильный характер.
«Бедность порождает жадность», — цинично подумала Франческа, глядя с крыльца на укутанные снегом горы, на живописно раскинувшийся внизу Гетлинберг.
— Пойдемте, Чесс. Я уже слышу, как моя мать щебечет за дверью. И кроме того, здесь холодно.
Франческа поспешила за Питером:
— Вы точно не хотите, чтобы я вела себя так, будто мы влюблены?
Вместо ответа Питер нахмурился и выразительно погрозил пальцем.
Проведя два дня в семье Питера, Франческа стала понимать, почему он выбрал для себя совсем другую жизнь. Миссис Рэмси была очень мила, но чересчур заботлива и настолько экспансивна, что рядом с нею девушка начинала чувствовать себя неуютно. А отец Питера настолько разочаровался в своем сыне, что Франческе хотелось плакать всякий раз, когда Рэмси-старший говорил о Питере.
Отправившись однажды утром на прогулку, Франческа почувствовала, что как никогда рада своему одиночеству. Питер отказался ее сопровождать, за что Франческа была ему благодарна. Она относилась к Питеру как к брату, но даже его общество временами было для нее излишним. Возможно, как однажды заметил Джейсон, она и вправду родилась, чтобы быть сиротой.
Выйдя из дома, Франческа остановилась на крыльце, чтобы полюбоваться на открывающуюся панораму. Когда-нибудь у нее будет свой красивый домик в горах. Только ее дом будет не такой, как у Рэмси, а такой, как тот, что вверху. Она прикрыла ладонью глаза от солнца и посмотрела на огромный коттедж в швейцарском стиле, прилепившийся к склону горы. Кто-то наверху наблюдал за ней. Франческа заметила, как в лучах солнца что-то блеснуло.
Бинокль? За ней наблюдают в бинокль?
Стоявший на балконе темноволосый мужчина находился слишком далеко, чтобы можно было его рассмотреть, но Франческа все равно заволновалась. Пусть это и безумие, но даже с такого расстояния что-то в чертах его лица показалось ей знакомым.
Нет, это просто паранойя! Не может быть, чтобы это был тот же самый мужчина. Тогда получается, что человек, следивший за ней в Атланте, знает все о ее передвижениях. Но разве такое возможно?! Франческа подняла руку, дружески приветствуя незнакомца, и начала спускаться по заснеженной дороге.
Дэйн Вандерхоф отложил бинокль в сторону. «Быть может, пойти за ней?» — подумал он, но тут же решил, что этого делать не стоит. Сэвилл непременно поймает Дэйна «за руку». Нет! Видеть Франческу, знать, где она находится, и быть хотя бы на расстоянии рядом с ней — все это слишком для него дорого, чтобы рисковать.
Терпение — самое ценное качество коллекционера. Когда-нибудь она узнает о нем и о том, что он для нее сделал. Он подождет. А пока даже тот факт, что она находится поблизости, возбуждал Дэйна.
Франческа спешила уйти подальше. Из-за того что за ней наблюдают, она чувствовала себя неуютно. В результате на повороте она едва не столкнулась с полной темноволосой женщиной, трусцой бежавшей по дороге.
— О, прошу прощения! — воскликнула Франческа. — Я вдруг задумалась и даже не посмотрела, куда иду.
Женщина остановилась и холодно посмотрела на Франческу.
— Какая вы симпатичная! С такой фигурой вам, должно быть, не нужны никакие упражнения.
Не привыкшая к подобной реакции со стороны представительниц женского пола, Франческа слегка опешила. Ее собеседница рассмеялась.
— Дорогая, не смотрите на меня так! Я специалист по женским телам. Ох, нет! Это не совсем точно. Я хочу сказать, что руковожу агентством фотомоделей в Атланте. — Она вытащила из кармана сигарету и закурила. — Боюсь, что это сводит на нет все мои упражнения. — Она с интересом посмотрела на Франческу. — Хм, какие скулы! Урсула Андресс[16] лопнет от зависти. Вы когда-нибудь позировали?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
