— Поначалу я не отнеслась к его появлению серьезно. А потом уже стало казаться, будто я тебя обманываю. И что надо это скрывать. Я должна была бы осознать, что поступаю неправильно.
У Майкла был задумчивый взгляд.
— У нас обоих есть поводы сожалеть о том, что мы о чем-то решили умолчать.
— Тогда, в твоей комнате, когда мы поцеловались… — Я смолкла. — Ты сказал, что хотел бы поцеловать меня еще раз. Но ты знал, что уже не вернешься. Значит, это был прощальный поцелуй?
— А тебе как кажется?
Я понимала, что позже, наверное, буду очень злиться на себя за то, что позволила Майклу так легко отделаться, но мое горе уже сменилось опьяняющим чувством облегчения, быстро разлившимся по всему телу. Совершенно спонтанно и непроизвольно.
— Думаю, что прощальный. В таком случае теперь, наверное, полагается приветственный поцелуй. — Нервничая, я теребила узел на шарфе, то затягивая его, то ослабляя. — То есть я же тебя из лап смерти вырвала… В сущности-то…
Майкл пристально посмотрел на меня, потом сделал шаг вперед и обнял меня. Удар током на этот раз был настолько сильный, что я едва удержалась на ногах.
— Да, он был прощальный. Я думал, что больше тебя не увижу, и мне не хотелось умирать, не поцеловав тебя. — Майкл застонал. — Боже, все как в настоящей трагедии.
— А так оно и было. — Я вспомнила, как разрывалось мое сердце, когда я думала, что потеряла его навсегда. — Я чувствовала себя просто ужасно.
— Извини.
— Я тебя не простила. — У меня тряслись ноги, голос предательски дрожал — я была готова расплакаться. — Я не знаю, когда я это сделаю, если вообще смогу. Но я ужасно рада, что сейчас ты здесь.
— Эмерсон…
— Я не знаю, что все это значит, но, когда я думала, что тебя не стало, я буквально не могла дышать. Было такое ощущение, что от меня самой осталась только половина. — Из меня буквально лились слова, у меня не просто фильтр был сломан, у меня вообще кран прорвало. — Мне всего семнадцать. Кто так себя в семнадцать лет чувствует?
— Эм…
— И что касается Авы или Калеба… Я не хочу, чтобы кто-нибудь стоял между нами. Я…
— Эмерсон! — повторил Майкл с нетерпением.
— Что?
— Помолчи, пожалуйста. — Он наклонился ко мне, остановившись, когда его губы были уже совсем рядом с моими. — Я не могу тебя поцеловать, пока ты говоришь.
Радость, забурлившая у меня в крови, перечеркнула боль, испытанную в тот момент, когда Майкла не стало. На миг я вспомнила ту Эмерсон, которая тогда лежала на траве без сознания и которой предстояло очнуться и осознать свою утрату.
Но я отпустила эту мысль, целиком отдавшись ласкам Майкла, который вновь стоял передо мной целый и невредимый.
Мы опустились на колени, приоткрыв дверь так, чтобы можно было видеть, что происходит во дворе. Пламя уже почти погасло. Машины выезжали со двора, после них на траве оставались грязные следы. Их движением руководил начальник пожарной команды. Все его лицо было в саже, он отдавал команды водителям, из его рта валил пар.
— Нам надо добраться до кабинета Лайема, — сказала я. — Кэт ждет нас по другую сторону моста.
— Позволь мне пойти первым, — улыбнулся Майкл.
Я вскинула бровь.
— Я знаю, что ты можешь о себе позаботиться. И обо мне тоже.
Майкл выглянул наружу и посмотрел налево и направо, наблюдая за снующим прямо под самым носом Лендерсом:
— Надо принять меры предосторожности. Я хорошо знаю дом и людей, которые могут там оказаться. А ты нет.
— Ясно.
Я смотрела на его губы, совершенно не думая о мосте или о том, с чем нам придется столкнуться на другой его стороне. Все мои мысли были заняты Майклом, я радовалась, что он жив, хотела дотронуться до него. Хотела, чтобы он дотронулся до меня.
Он же продолжал наблюдать за тем, что творилось на улице.
— Эмерсон. Не смотри на меня так. Не сейчас.
— Откуда ты знаешь, как я на тебя смотрю?
— Чувствую. — Он улыбнулся. Я это не увидела, но поняла по голосу. Одной рукой он обнял меня за шею и осторожно прижал к себе. — Погоди. Ты мне всего одну плохую новость рассказала. Что там еще, помимо того, что Джонатан Лендерс за тобой следил?
— Рябь меняется. На открытии «Телеграфа» мы оба видели джаз-банд, но мне после этого еще много чего являлось. Самое худшее произошло прямо здесь перед тем, как я выбежала, чтобы спасти тебя. Вся комната преобразилась. Я выглянула из окна и увидела, как тут все было по меньшей мере сто пятьдесят лет назад.
— Что?
— Я не могу объяснить. У меня возникло такое ощущение, что я прилетела в прошлое.
— Скорее прошлое, прилетело к тебе. — Майкл задумчиво помолчал. — У меня рябь в последнее время отличается обилием деталей, но сюжеты попроще, чем у тебя. Ты Лайему говорила?
Я кивнула:
— Он обеспокоен.
— Значит, это всерьез. Объяснения у него какие-нибудь есть?
— Нет.
Майкл приоткрыл дверь еще на сантиметр:
— Похоже, все главные действующие лица разговаривают с начальником пожарной бригады.
— Рано еще выходить, — возразила я.
Может, народ и рассасывается, но все же нам еще вряд ли удалось бы пройти незамеченными.
— Мы не можем заставлять Кэт слишком долго ждать у открытой кротовой норы. Она сейчас на вражеской территории — в «Песочных часах» слишком много приспешников Лендерса.
— Подождем еще несколько минут.
— Но недолго.
Майкл встал и помог подняться мне.
— Пока мы ожидаем…
Я схватила воротник его куртки, встала на цыпочки и прижалась к нему губами. Поначалу его кожа была прохладной, но от моих прикосновений быстро накалилась. Я тоже моментально согрелась до самых кончиков пальцев рук и ног, и я была на сто процентов уверена, что волосы у меня наэлектризовались и излучали свет. Но открывать глаза, чтобы убедиться в этом, я не хотела.
Майкл притянул меня к себе, лаская губами мой подбородок, потом опустился к шее. Я еще крепче вцепилась в его куртку, прижимаясь к нему всем телом.
— Надо уходить отсюда, — шепнул он мне на ухо. — Отвести тебя куда-нибудь, где можно будет поцеловать тебя как следует.
— А это не как следует? — Я снова задрожала. И почему только он так на меня влияет? — Если нет, то выдержу ли я это как следует?
— Я постараюсь делать все так, чтобы выдержала. — Майкл покрыл поцелуями мою щеку, опускаясь к губам, и запустил руки мне под куртку; даже через майку я чувствовала, какие горячие у него были пальцы. Я не могла не думать о том, каково будет, когда он коснется моей кожи. — Или чтобы не выдержала. Как захочешь.
Я мечтала остаться с Майклом вдвоем. Только вдвоем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
