Данило покачал головой и перестал целовать меня.
— Это не работает.
Я простонала.
— Я знаю.
Я легла на спину и уставилась в потолок, пытаясь понять, почему именно я зажималась. Отчасти из-за того, что боялась боли, но сомневалась, что это повторится снова. А другая часть? Мой мозг прокручивал тех блондинистых девушек, с которыми Данило проводил время в прошлом.
— Ты предпочитаешь блондинок?
— Что? — пробормотал Данило, приподнимаясь на локте и нависая надо мной.
Я пожала плечами.
— Все твои девушки были блондинками, а на вечеринке ты выбрал меня из-за парика.
— Это все из-за этого?
— Возможно. Я действительно не имею понятия.
Он вздохнул и провел рукой по волосам.
— Я никогда не питал слабости к блондинкам. Даже несколько лет назад.
Я предположила, что он имел в виду то время, когда был помолвлен с Финой.
— Я встречался с девушками с каштановыми, черными и светлыми волосами.
— Только не после, — сказала я, тоже избегая упоминания имени Фины.
Данило коснулся моего бедра, его большой палец скользнул под ночнушку лаская мою кожу.
— Я проводил время с этими девушками не потому, что меня больше привлекали блондинки. Я делал это из-за своих проблем с гневом. — он потянулся к моим волосам и провел пальцами по моим локонам. — Мне нравится цвет твоих волос, как каштаны.
— Хорошо, — пробормотала я, хотя проблемы с гневом казались странным объяснением для секса с блондинками, но каждый справлялся с травмой по-разному. Я перевернулась на другой бок, свернувшись в него.
— Я хочу продолжать попытки. В конце концов, мое тело сдастся.
Данило криво усмехнулся.
— Я сделаю столько попыток, сколько ты захочешь. Но, может, нам стоит продолжить утром.
Он обнял меня, и я прижалась к его груди.
С каждым днем мне становилось все комфортнее с Данило. Я все еще не понимала его, но, возможно, это нормально. Мужчины, особенно мужчины в нашем мире, были странным видом.
* * *
Я проснулась в объятиях Данило и повернулась, чтобы поцеловать его. Наши тела все еще были расслаблены после сна, но быстро разогрелись. Но, как и раньше, мой разум все испортил.
Данило дал мне время успокоиться и спустился вниз, чтобы приготовить завтрак.
Уставившись в потолок, я просунула руку между ног. Я была сухой, как пустыня сахара. Было странно, как быстро мое тело превратилось из полномасштабного возбуждения в пустынное состояние, как только оно сжималось. Я не трогала себя с той самой вечеринки. По какой-то причине эти события притупили мое либидо. Мои пальцы работали над клитором так, как мне обычно нравилось, но тело почти не реагировало. Расстроенная, я стала тереть сильнее.
Данило откашлялся.
Я отдернула руку и со стоном закрыла глаза. Кровать прогнулась, и я открыла глаза, когда он поставил поднос.
— Просто пыталась проверить, работает ли еще мое тело.
Данило наклонился и медленно поцеловал меня.
— У тебя был такой вид, будто тебе больно. Это не выглядело приятным.
— Так и есть.
— Как насчет того, чтобы позавтракать, а потом мы снова займемся этим вопросом?
— Займёмся этим вопросом? — повторила я, и мои брови полезли на лоб. Я положила клубнику в рот. — Это тоже не кажется приятным.
Мы уже доели вафли и обсуждали мои планы о моем поступлении весной в колледж, когда Данило спросил:
— Ты когда-нибудь позволишь мне прочитать что-нибудь из твоего творчества?
Мои щеки запылали от жара. По сей день все мои истории были глупыми и сексуальными любовными историями.
Данило поднял брови.
— Так плохо?
— Просто очень неловко.
— Хуже, чем то, как я смутился, не узнав свою невесту только потому, что она надела парик?
Я фыркнула.
— Возможно.
У Данило запищал телефон. Он застонал.
— Я должен позвонить Марко.
— Пойду приму душ.
Я вылезла из постели, благодарная за отсрочку от разговоров о моей писательской работе.
Приняв душ, я обернула халат вокруг талии и вернулась в спальню. Данило все еще говорил по телефону, откинувшись на спинку кровати и выставив напоказ свою мускулистую грудь.
Увидев мой оценивающий взгляд, Данило ухмыльнулся и пробормотал:
— Что такого сложного в гонках на машине?
Я подошла к кровати и села рядом с Данило. Халат распахнулся, обнажив мои бедра и намек на киску. Взгляд Данило метнулся между ног, задержавшись на вершине моих бедер. Откинувшись назад, я взяла с подноса клубничку и отправила ее в рот.
Данило молча положил трубку и, прищурившись, посмотрел на меня.
— Глядя на то, как ты ешь клубнику, выставив свою киску напоказ, я не могу перестать гадать, какова ты на вкус.
Я чуть не подавилась кусочком ягоды, но быстро скрыла свое потрясение.
— Наверное, не так, как клубника, — сказала я небрежно, хотя мои щеки пылали.
Он протянул еще одну клубнику.
— Готов поспорить.
Я взяла кусочек ягоды и поднесла к губам, но Данило покачал головой. Я нахмурилась в замешательстве. Он кивнул в сторону моей самой интимной зоны.
Мои глаза расширились, но потом я сказала: «К черту это всё». Щеки пылали, я поднесла клубнику к своим складкам и погрузила ее между ними. Глаза Данило проследили за этим движением, губы приоткрылись. Возможно, он думал, что я этого не сделаю.
Я достала ягоду обратно, и Данило схватил меня за запястье, направляя мою руку к своему рту. Он обхватил клубнику губами, мыча.
Возбуждение растеклось между моих ног, когда я смотрела, как он ест ягоду.
— Вкусно, как я и думал.
Я поймала его губы в поцелуе, но только почувствовала вкус клубники, а не себя. Данило наполовину затащил меня на себя. Наши поцелуи вскоре стали горячими, и он обхватил мою задницу, сжимая, кончиками пальцев слегка касаясь моих складок.
Мое тело сжалось, несмотря на желание, пылающее в моих венах. Данило отстранился от поцелуя, когда стало ясно, что я не расслаблюсь. Я наклонила голову вперед, пока мой лоб не уперся в его теплую грудь. Я ненавидела свое тело за то, что оно так со мной поступало.
Данило
Потребовалось все мое самообладание, чтобы не двинуться дальше, но тело Софии все еще было напряжено, когда я погладил ее по пояснице. Ее разум все еще цеплялся за болезненное прошлое. Если бы я подтолкнул ее и сделал то, что хотел, потрогал пальцами, пока она не кончила на мою руку, она, возможно, была бы слишком напряжена, чтобы наслаждаться этим, как следовало. Я не хотел добавлять еще один неприятный опыт в ее память. Если я хотел полноценной сексуальной жизни, мне нужно было убедиться, что у Софии отныне будут только положительные раунды, даже если это убьет мой
