— Я не корявый корень и не сгнившая роза, чертов олух! Я роза в полном цвету! И у меня прекрасный нос! Что ты знаешь, проклятый болтливый призрак! Тебя даже здесь нет! Только твой голос и, позволь сказать, ужасные рифмы!
Впрочем, капитан Джаред оказался достаточно умен, чтобы промолчать.
— Ты никогда не любил меня! Никогда не ценил! Не я виновата, что эта глупая стерва умерла! Она была слабачкой, бременем для твоего сына. Помехой! Я не убивала ее. Твой сын не убивал ее! Она просто умерла от распиравшей ее злобы. Твой сын полюбил меня, женился, я подарила ему трех наследников. Да, мои дети подождут, пока не сдохнет твой жалкий Николас. Ты всегда задирал нос, когда я приезжала сюда. Задирал — неизвестно почему. Ненавижу тебя, слышишь?
Из угла послышался ритмичный стук. Словно чей-то сапог притопывал по полу.
Николас взял Розалинду за руку, и они вышли, оставив призрака наедине с разъяренной Мирандой.
— Я не корявый корень! — продолжала вопить она. — В отличие от тебя! Это ты всю жизнь притворялся чародеем! Объясни, что здесь происходит, старый грешник. Объясни, иначе я никогда не уйду!
Молчание. Тяжкий вздох. И унылый голос проговорил-пропел:
Она уйдет, скажи я слово,И засидится, если промолчу,И уж тогда не будет мне покоя,От толстоносой, злой коровы.Придется быть ее умнее,Придется мне ее перехитрить!
— Умнее меня, болван ты этакий?! Иметь такого свекра — сущая пытка! Не знаю, как я это вынесла! Корова? Я корова? Следовало бы отблагодарить меня за то, что прислала тебе это маленькое отродье, насылавшее на меня проклятия взглядами своих черных глаз! Я говорила его отцу, как он изливал свою ненависть, как хвастался, что убьет меня и всех нас! Я опасалась за жизнь своего сына! Николас всегда был ублюдком дьявола, в его жилах текла кровь сатаны! И его отец поверил мне. Муж должен верить своей жене, черт бы тебя побрал. Хорошо, что ты уже в могиле, хотя и ухитрился пробраться сюда! Думаю, тебя следует вырыть и сжечь твой полусгнивший скелет! Тогда ты уберешься навсегда, верно?
Николас и Розалинда припали к двери, боясь пропустить ответ призрака. Капитан Джаред тихо запел. Древний голос эхом отдавался в стенах библиотеки:
Нож был поднят высоко —Значит, смерть недалеко.Жди той минуты краха,Когда умрешь от страха.Принц должен победить,А вам, мадам, не жить.Нож опустился низко,И знай: конец уж близко.
Принц победит? Конец близок? Миранда взвизгнула и швырнула в кресло диванную подушку.
— Как, по-твоему, он скрывается в дымоходе? — прошептал Николас жене.
Розалинда вздрогнула:
— Будь она в здравом уме, поняла бы, что это не старый граф, а кто-то другой. И все, что она наговорила твоему отцу… сколько же зла она причинила, Николас, как клеветала на тебя!
Николас пожал плечами:
— Знаешь, несмотря ни на что, я счастлив, что был вынужден покинуть Англию. Останься я здесь, наверняка рос бы избалованным графским сыночком, и скорее всего стал бы таким, как Ричард, или, чего хуже, Ланселот!
— Ты стал бы точно таким же, как сейчас, разве что не говорил бы на китайском.
Николас рассмеялся, поцеловал ее и прошептал:
— Старик удивительно ловко вывел мачеху из себя. Не находишь?
День, казалось, тянулся бесконечно. Когда же, наконец, зайдет солнце?
Николас и Розалинда действительно навестили арендаторов, которые были счастливы приветствовать новую графиню и хозяина.
Они поговорили с тремя женщинами, готовыми подпевать призраку и работать в Уайверли-Чейз. Высидели больше часа за ужином в компании с родственничками Николаса.
— Скажи, Ричард, видение являлось тебе только однажды? — спросил Николас за бокалом чудесного бордо.
— Совершенно верно. Очень яркое и вполне реальное. Но вижу, она по-прежнему с тобой. Ты глупец, Николас, безмозглый глупец. Впрочем, какое мне дело? Как только она зашвырнет твое сердце в кусты, я стану следующим графом Маунтджоем.
Миранда зашипела как змея, которой наступили на хвост.
— Почему вам не понравилась эта милая картинка, матушка? — обратился к ней Ричард.
Миранда презрительно отмахнулась вилкой:
— Подобные видения просто не должны являться такому красивому и умному молодому человеку, как ты, сын мой. Они более всего привычны старому безумцу вроде твоего деда, который наговорил — вернее, напел — мне всяких гадостей.
— А мне его песни нравятся, — объявил Обри с полным ртом. — Интересно, позволит ли он спеть с ним дуэтом.
Миранда снова зашипела.
— Все вы просто спятили, — объявил Ланселот, швырнув кусок хлеба через всю комнату. — Я хочу уехать. Нет никаких причин оставаться в одном доме с убийцей. А Николас насмехается над нами. Он, несомненно, задумал прикончить нас или подговорил жену сделать это.
Розалинда подумала, что избавиться от них вовсе не такая уж плохая идея.
— Не волнуйся, его драгоценная женушка сначала зарежет мужа, — ухмыльнулся Обри. — Женщина с такими яростно-рыжими волосами должна иметь весьма свирепый нрав. Не так ли, Николас?
— Он не посмел бы ударить ее, — промямлил Ланселот с полным ртом, — особенно теперь, зная, что она вырежет ему сердце. Что же касается его слуги-язычника, клянусь, он проклинает меня при каждой встрече. Мне он не нравится.
— Ты прав, Ланселот, — кивнул Николас. — Ли По знает множество самых страшных проклятий. А некоторые имеют силу скрутить узлом твои внутренности с такой силой, что ты задохнешься от боли. Лично я стараюсь держаться от него подальше. И знаете что?
Он оглядел собравшихся за столом.
— Возможно, Ланселот прав и вам стоит вернуться в Лондон. Прямо после обеда. Или на рассвете, после раннего завтрака. Спасибо, Ричард, за рассказ о своем видении.
— Нет! — завопил Ричард, вскакивая.
— Нет? — удивился Николас, вскидывая брови. — Но почему?
— Н-не могу, — выдавил Ричард, сжимая край столешницы с такой силой, что побелели костяшки. Почему у него такой отчаянный вид? Что с ним такое?!
Глава 45
Ричард так ничего и не объяснил. Николас и Розалинда, наконец, оставили семейку пить чай и играть в вист. Ланселот был в самом гнусном настроении и швырял карты в лица родным. Обри дразнил его, утверждая, что брат смазлив как девушка. Впрочем, Николас втайне посчитал это вполне правдивым описанием. Похоже, Обри обладал весьма жизнерадостным характером.
