покрываемое саваном дымы и дождя, вышли Стражи Шпиля. Магистр обхватил свой молот как ружьё и дал залп, пробив грудь могучему существу. Ещё трое оставались стоять в неким ошеломлении на месте и смотреть за тем, как падает их товарищ. Но затем ими овладела самая настоящая ярость, и они сорвались со своих мест.
Данте молотом парировал их удары и произвёл свою серию выпадов, но противник их с лёгкостью отбил. Две глефы против одного молота. На стороне Магистра была скорость и ловкость. Он тяжёлым оружием махает как пёрышком, уклоняясь от атак и тяжёлых выпадов «Стражей».
Магистр отпрыгнул, чтобы не быть задетым лезвием и тут же отскочил, чтобы не попасть под второе. Он выполнил кувырок вперёд и, разгруппировываясь, ударил металлом прямо в шлем «Стража», выбив ему глаз. Затем развернулся и только ушёл, чтобы не быть приконченным алебардой.
Тем временем «Ангел Правосудия» вроде танцует с могучим воителем. Широкая боевая коса и длинный прямой меч, серебро и золото схватились в безумной схватке, оказываясь всё ближе к двум «Стражам», которые вели бой с Данте.
Внезапно Валерон перехватил выпад глефы противника и со всей силы рванул его, направив удар прямо в шлем тому, с кем бился Хранитель Стамбула. Мощи такого гнусного выпада хватило, чтобы оружие врага пробило шейное покрытие и вышла окровавленная, с другой стороны.
Данте отступился, позволив вынуть врагу своё оружие, и дальше продолжил безумный бой. Чёрная броня Магистра, залитая идущим проливным дождём, потоками крови и сажи, постепенно теряла автономный заряд, и вес экзо-брони становился всё тяжелее. Белый же табард превратился в решечённый и опалённый кусок ткани, слабо закрывающий чёрно-грязное покрытие доспеха.
Магистр занёс молот и взмахнул, но его удар был остановлен гудящей глефой. После чего Данте рванул свой молот вниз, опустив по инерции вражье лезвие, и обухом стукнул по шлему, доводя движение.
Пока «Страж» приходил в себя, Валерон засунул предпоследний патрон и произвёл залп. Мощный выстрел пробил место выше ключицы, брызнув кровью, противнику и тот, выронив своё оружие, стал лихорадочно и бесполезно цепляться за шею, в тщетных попытках остановить кровотечение. Данте был милосерден. Он одним ударом переломил врагу шейные позвонки и раскроил череп, опустив со всей силы молот.
Хранитель Стамбула в своей ярости был подобен бури. Он обрушил град тяжёлых и молниеносных ударов на Стража Шпиля, но так и не смог пробить его блоки и обойти парирование. Тогда золотой воитель перехватил в полёте глефу, откинув щит в сторону, сжав её у лезвия трещащими перчатками, и одним движением направил клинок вперёд. Свист, удар, расколота броня. «Ангел Правосудия» кувыркнулся назад, уходя от выпада врага, и выйдя из кувырка, одним ударом проломил шлем колющим выпадом, снайперски угодив лезвием в визор шлема и разорвав мозг «Стража».
– Неплохой выпад, – сухо отвесил благодарность Данте, – но обстановка не изменилась. – И указав рукой в сторону побережья, Магистр безрадостно заключил. – Их ещё несколько тысяч и они отступать явно не собираются. Создав огневой рубеж, превратив его в крепость, они могут его держать до момента, пока не подойдут ещё подкрепления.
– У вас есть конкретные предложения? – разведя руками, задал вопрос воитель Султаната.
– Надо отрубить голову змее. Без своего штурм-командира их командование хоть и не рассыплется, но заметно пошатнётся. Они вынуждены будут отступить.
– Что вам для этого нужно?
– Сила трёх орденов. Их пиршество на горе противника.
Хранитель столицы смутился и исказил лицо в гримасе изумления:
– Я вас не понял.
– Нам просто нужно нанести удар по площадке перед Великой Цитаделью и отбить её у противника. Там есть остатки противокорабельной ракетной системы. Ею мы проложим себе путь к флагману противника.
Рация снова воззвала к Данте, и он к ней обратился.
– Я вас слушаю.
– Господин Магистр, говорит генерал разведки Аврелиан Мириор. Оставшиеся в рабочем состоянии авгуры сообщают, что противник высылает с Балканских портов ещё части, численностью в пять тысяч человек. При таком марше они будут примерно через сутки.
Валерон обратился к своему напарнику:
– Теперь понимаете, нам нужно восстановить контроль над берегом и уничтожить их командира. Это залог того, что мы сможем пережить и завтрашний день.
Ангел Правосудия поднял клинок, сжав его сильнее, и выдал реплику, в которой чувствовалась верность и готовность к действию, наравне с суровостью:
– Скажите куда направляться, и мы выбьем оттуда противника.
Данте указал на наручный компьютер золотого воителя и указал:
– Приготовьтесь отметить точку наступления на дисплее. – И обратившись к рации, Валерон обратился к своим бойцам. – Рота «Инферно», рота «Молния» и рота «Кармий», начинайте наступление на условную точку «Иллира». Рота «Приор» и рота «Салют», прикройте наступающих, образовав симметричный огневой рубеж.
– «Иллира»? – Вопросил златой воин.
Данте поднял руку напарника и, найдя на дисплее нужный раздел и интерфейс, пометил её для Чёрных Серафимов.
Элитные подразделения Турецкого Султаната поняли задачу без вопросов. Если есть точка – значит, её нужно занять любой ценой или оказать поддержку наступающим частям союзников.
Тем временем Данте связался с другим орденом и продиктовал уже им необходимые задачи:
– Тит Флоренций, говорит Магистр ордена Лампады Данте Валерон. Вы хотите победить?
– Что нужно сделать? – через стрекотание пуль прозвучал вопрос.
– Направьте свои ударные группы для подавления сопротивления противника в условной точке «Иллира».
– Хорошо.
Связь прервалась. Данте лишь кивнул и вознёс молот. Золотой воитель понял его без слов, и они оба ринулись в бой.
Битва постепенно принимала самые жестокие обороты. Три ордена начали выбивать врага с его позиций. Бесконечные траншеи, мешки с песком, пулемётные гнёзда, полевые укрепления, миномётные и артиллерийские позиции усеяли этот пяточек перед «Цитаделью», став внешним двором этой крепости.
Солдаты Рейха держались изо всех сил за эту землю, словно вросли в неё. Никто не думал их окружать, дабы они смогли отступать, если поступит приказ, а не сражаться насмерть. И сил трёх орденов не хватало, чтобы выбить бойцов Автократорства с занятых позиций.
Данте снова шёл на острие атаки. Своим могучим молотом он сокрушал кости и плоть, а мудрым словом направлял своих солдат. Магистр принимал грудью залпы сотен орудий, и по его броне стрекотали пули, не в силах пробить её. Позиция за позицией он освобождал свой остров и вот перед ним открылся вид командного центра противника, возведённого наспех.
Магистр не рванул вперёд, оставив свои войска. Валерон начал расчищать площадку, расширяя дыру в бреши противника. И через несколько минут, где был перспективный участок обороны, образовалось обагрённая площадка, ставшая плацдармом для контрнаступления, через которую, вовнутрь, с востока хлынули истинные хозяева острова.
Рядом с ним, обагряя тяжёлый клинок, шёл
