Опять же и завести разговор, не будучи представленным, считалось недопустимым при других обстоятельствах, но когда речь шла об оказании помощи, правила этикета становились более гибкими.
— Да вот, с самого утра сплошное невезение! — пожаловалась я. — То одно, то другое. Я как будто чувствовала: с самого начала не хотела переезжать. Сначала моя любимая ваза разбилась, потом помялась листонийская шляпка, а теперь вот, видите, колесо!
Граф Мурильо сочувственно покачал абсолютно лысой головой.
— С этими переездами сплошная морока, — заметил он.
— О, как вы правы, как вы правы! — воскликнула я. — И, как на грех, даже горничной со мной нет: я отправила её в новый дом, чтобы она проследила за остальными слугами. Знаете, как это бывает? Новый дом — новый штат, и никогда не знаешь заранее, что натворят эти неопытные люди.
— За новыми слугами непременно нужен глаз да глаз, — продолжил сыпать неоригинальными истинами граф.
— О да! — снова поддержала его я. — Вот, кучер отправился за помощником, а я осталась тут одна посреди улицы…
— Я как раз спустился, чтобы пригласить вас в дом, — сообщил Мурильо. — И правда негоже молодой леди в одиночестве ожидать на улице, пока починят карету. Посидите, попьёте чаю. А как только всё будет готово, продолжите путь.
— Благодарю вас, милорд, я вам, в самом деле, очень признательна. — В знак собственной искренности я прижала руку к сердцу, заодно заставив платье поплотнее облегать грудь. — Но я никак не могу принять ваше предложение. Все эти вещи… Я просто не могу оставить их без присмотра. В карете масса ценностей, а люди по городу ходят разные… Вы ведь понимаете, — доверительно добавила я, понизив голос.
— Можете об этом не тревожиться, — заверил Мурильо, не без труда отрывая взгляд от моего декольте. — Я сейчас же позову своих слуг, они побудут здесь и проследят за тем, чтобы с вашей каретой ничего не случилось. Это проверенные люди. Можете не сомневаться, вернувшись, вы найдёте всё в целости и сохранности.
— Я право не знаю… — пробормотала я, потихоньку сдавая позиции. — Это неудобно… Мы ведь даже незнакомы.
— Простите мне мою неотёсанность! — воскликнул хозяин дома, хлопнув себя рукой по лысине. Получилось весьма звонко. — Разрешите представиться: граф Бартоломью Мурильо. А вы?..
— Леди Бибиэна Амадо.
Я улыбнулась и протянула руку для поцелуя.
— Очень рад. Ну так как же, вы принимаете моё приглашение?
Я в последний раз поджала губы, изображая сомнение.
— Благодарю вас. С радостью воспользуюсь вашим гостеприимством.
Мурильо отдал как раз вышедшим слугам соответствующие распоряжения.
— Одну минуту! — Не дойдя пары шагов до двери, я поспешила обратно к карете. Распахнула дверцу и нырнула внутрь. — Я не могу оставить её здесь!
Через полминуты я вынырнула обратно, держа в руке крупную клетку с полукруглой крышкой, к которой, для удобства переноски, сверху крепилось прочное кольцо. В клетке, свернувшись калачиком, мирно спала необыкновенной красоты кошка. Довольно крупная, с роскошной, пушистой шерстью и идеально белая, без единого пятнышка.
— Что это за чудо? — воскликнул Мурильо.
Кошка явно впечатлила его ещё сильнее, чем моё декольте.
Вместе мы вошли в дом. Лакей показывал дорогу, граф галантно пропускал меня вперёд. Я продолжала нести клетку.
— Подарок, — грустно сообщила я. — Прислала моя тётушка из Эркландии, ко дню рождения.
— Никогда не видел ничего подобного! — восхищённо произнёс Мурильо. — Что это за порода?
— Насколько я поняла, этот вид совсем недавно вывели эркландские учёные, — совершенно не разделяя его энтузиазма, откликнулась я. — Он так и называется: белая эркландская.
Мы прошли в гостиную. Я села в кресло и поставила по — прежнему спящий подарок перед собой, предоставляя графу возможность и дальше его рассматривать.
— Прошу вас, при случае передайте мои комплименты вашей тётушке, — сказал он, усаживаясь напротив. — Поистине прекрасный подарок!
— Вот и тётушка решила так же, — с тоской в голосе протянула я. — Но, честно говоря, такие подарки не для меня. Я не слишком сильно жалую кошек. — Я вздохнула, наблюдая за тем, как служанка разливает по чашкам крепкий чай малинового оттенка. Видимо, в него были добавлены сушёные ягоды или даже свежий ягодный сок. — Кошка — животное капризное и своевольное, и не каждому человеку подходит такое соседство. Лично я больше жалую собак. Раньше по моему дому свободно разгуливали две борзые, а после того, как тётя прислала мне Мурку, — я мрачно взглянула на клетку, — пришлось определить их на псарню. А уж чего мне стоило загнать её в клетку, чтобы перевезти в новый дом! — Я округлила глаза и устало покачала головой. — Вы себе не представляете. Даже не знаю, почему я до сих пор цела.
— Ещё как представляю, — рассмеялся Мурильо. Мой рассказ не заставил его содрогнуться, а, напротив, умилил. — Кошки очень не любят, когда кто‑либо посягает на их свободу.
'Так же, как и девушки, — подумала я. — Уж коли вы так хорошо разбираетесь в кошках, вам не мешало бы перенести некоторые свои познания и на людей'.
— Не любят, — подтвердила я. — И попробуй объясни им, что это делается для их же блага!
Белая эркландская продолжала мирно спать, словно демонстрируя тем самым идеальный характер. 'Не знаю, зачем на меня наговаривает хозяйка. На самом деле я белая и пушистая'.
— О, а я смотрю, вы как раз любитель кошек! — воскликнула я, увидев, как две представительницы данного семейства неспешно вошли в гостиную.
Одна кошка была серой, другая — бело — рыжего окраса. Первая отнеслась к гостям крайне подозрительно, недовольно выгнула спину, и почти сразу ретировалась обратно за дверь. А вот вторая оказалась более дружелюбной. Отреагировала на меня с большим интересом, потёрлась о ногу, предварительно тщательно её обнюхав, а потом переключила своё внимание на дальнюю родственницу, спящую в клетке.
— О да, — радостно сообщил Мурильо. — У меня их шесть.
Шесть! Стало быть, дело обстоит ещё серьёзнее, чем предполагает бедняжка Иветта.
— Невероятно! — с вымученной улыбкой покачала головой я. — Воистину все люди разные. Мне бы вот с одной справиться.
Я вздохнула и сделала несколько глотков предложенного чая.
— Очень вкусно!
— Попробуйте абрикосовый мармелад, — порекомендовал хозяин дома. — А заодно вот эти медовые конфеты. У меня собственный кондитер, отличные мастер своего дела!
— Благодарю вас.
Я послушно взяла мармеладку. Хм, кондитер и правда хорош. Кое‑что Иветта всё‑таки теряет.
