- Что читаем? – уселся напротив него и отобрал кружку, сделав большой глоток божественного напитка.
- Очень увлекательное чтение, финансовый отчёт называется, слышал о таком? – я только кивнул и сделал ещё глоток, Женька засмеялся. – А самому сварить слабо? Обязательно у меня отбирать?
- Солнышко, кофе, сваренный твоими руками, вкуснее, - я взял его руку и принялся целовать тонкие гибкие пальцы.
- Лёнь, - Женька высвободил свою руку и положил её мне на лоб, - ты часом не заболел? Ты что со мной флиртуешь?
- Нет, - я улыбнулся, - я всего лишь к тебе подлизываюсь. Сваришь на мою долю? – молитвенно сложил руки. – Пожалуйста.
- И почему я тебе никогда не могу отказать? – Женька тяжело вздохнул и встал, направившись к плите.
- Просто ты меня любишь, бельчонок, - философски заметил я, Женька напрягся, затем медленно повернулся ко мне.
- А ты меня? Ты меня любишь? - в зелёных глазах проскочила боль, но тут же ушла, как будто её усилием загнали на задворки.
Я соскользнул со стула и встал перед ним на колени, крепко обхватив за талию и уткнувшись в его живот.
- Женька, я страшный эгоист. Но до вчерашнего дня сам не понимал, насколько. Прости меня за всё, что я сделал и за то, что ещё сделаю. Мне ни с кем не было так хорошо, как с тобой. Ты как будто часть меня самого. Причём лучшая. Люблю ли я тебя? Нет, мои чувства гораздо больше и глубже, чем просто любовь, и этому пока не придумали название. Я эгоист, - снова повторил я, - и не собираюсь меняться. Прости меня за это. Я работаю и думаю о том, как приду вечером домой, поужинаю, плюхнусь на диван. Ты устроишься у меня под боком, свернувшись клубочком, как котёнок, положив голову мне на плечо, и я буду тебе рассказывать, как прошёл день. Рассказывать, и вдыхать запах твоих волос, и целовать тебя в макушку. Ты будешь внимательно слушать и улыбаться. А я - млеть от счастья, что ты рядом, такой нежный, ласковый, абсолютно домашний. И радоваться от того, что такой ты только для меня. Прости, но я не собираюсь расставаться с этим своим эгоизмом. Он нужен мне, как воздух. Но кое о чём я забыл и за это прошу прощения. Забыл, что нельзя только брать. Нужно что-то и отдавать взамен. Больше я такой ошибки не допущу. Екатерина была права, я научусь не только говорить, но и слушать. Не только принимать любовь и заботу, но и отдавать. Простишь? – поднял на Женьку глаза и задохнулся.
По его щекам катились слёзы, и он не пытался остановить их. Его глаза, омытые этими слезами, сверкали, как драгоценные камни, невиданной чистоты и красоты.
- Блин, не могу поверить, оказывается, я могу быть сентиментальным идиотом, - Женька всхлипнул, - но всё, что ты сказал, так мило. Лёнька, тащи носовой платок, а то сейчас всю кухню слезами затоплю, придётся бассейн открывать.
- А может обойдёмся без носового платка? – я лукаво улыбнулся. – Просто я произведу отвлекающий манёвр.
- Это какой? – я почувствовал, как Женька насторожился.
- Не бойся, - я, продолжая коварно улыбаться, снова посмотрел ему в глаза, - тебе понравится, - моя рука нащупала молнию на его джинсах и потянула собачку вниз. – Думаю, очень понравится.
- Даже и не знаю, - задумчиво протянул Женька, - и что ты такого можешь сделать, чтобы мне понравилось?
- Например, это, - я приспустил его джинсы и мешающий мне предмет нижнего белья и осторожно провел пальцами по его пока ещё невозбуждённой плоти. Женькин член от моих ласк заинтересованно дёрнулся.
- Или это, - я покрыл поцелуями его живот, обвёл языком впадинку пупка и услышал над своей головой лёгкий стон. – А может это… - продолжая ласкать его языком и губами, спустился ниже, вбирая в себя бурно отреагировавшую на ласки плоть. Обвёл языком уздечку и сорвал с Женькиных губ новый пьянящий стон.
- Тебе нравится, бельчонок? – он только кивнул, но мне этого было мало, я хотел слышать его срывающийся от страсти голос. – Скажи мне это, скажи.
- Нравится, всегда нравилось.
- Расскажи, что именно тебе нравится. Я всё сделаю, так как ты захочешь. Так что? – я чуть отстранился и подул на уже отвердевшую Женькину плоть.
- Ты садист, - простонал он, - сделай же что-нибудь, а то я взорвусь.
- Что мне сделать, солнышко? Озвучь, я хочу это услышать.
- Поцелуй, - тихо прошептал он.
- Так? – я прошёлся лёгкими невесомыми поцелуями от головки к основанию и назад.
- Да, - простонал Женька, - а теперь поласкай меня языком. Нежно и ласково.
Я улыбнулся и, притянув его ближе, проскользил языком по вздувшимся венкам. Мучительно медленно, пресекая все его попытки двинуться мне навстречу. Я ласкал его нарочито неспешно, получая кайф от его стонов и причитаний. Мне нравилось, что в данный момент я имею безграничную власть над его телом, и в моих силах заставить его плавится от желания и страсти. Заставить умолять о большем. Нравилось, но так же я знал, что сегодня не воспользуюсь этой властью. Сегодня нет. Я вобрал его плоть в свой рот. Почти до основания и предоставил ему свободу движения. Женька, запрокинув голову, вцепился в мои волосы и толкнулся в жаркую глубину моего рта. Ещё и ещё раз, а я принимал его, сжимая губы вокруг его плоти, лаская языком, помогая руками. Вбирал в себя раз за разом, так глубоко, как только мог. В груди бурлило что-то нежное и ласковое.
- Лёнечка, Лёнечка, - мелодичный, чуть хриплый голос, безостановочно произносящий моё имя, сводил с ума.
Оказалось, это так здорово, отдавать всего себя, чтобы принести удовольствие любимому человеку. Всего себя без остатка и в ответ слышать своё имя, которое произносят с нежностью и страстью.
Женька содрогнулся всем телом и излившись в меня, попытался отстраниться, но я не позволил, выпив всё до капли. Осушив его полностью. Колени у моего бельчонка подогнулись, и он сполз по стене, на которую опирался. Я сел рядом с ним.
- Ты превзошёл сам себя, - Женька подарил мне благодарную и вместе с тем дразнящую улыбку и, наклонившись, поцеловал. Его мягкие, пахнущее корицей губы завладели моими, слегка покусывая и посасывая, собирая с них остатки своей собственной спермы.
