Солнце уже начало скрываться за горку, на которой находились путники, и поэтому они вытащили свои фотокамеры и приступили к работе. Не сговариваясь, друзья сняли несколько вариантов широких панорам. Когда дело было сделано, Андрей закрепил свой фотоаппарат на штативе и предложил сфотографироваться на фоне величественного пейзажа. Это была первая совместная фотография за весь поход, и друзья на ней счастливо улыбались, глядя в объектив аппарата. Кадр стал как бы подведением итогов их долгой и трудной экспедиции.
Когда Андрей поставил на камеру длиннофокусный объектив и направил на соседний склон, то заметил там отчётливо выделяющиеся своим красноватым оттенком застывшие лавовые потоки, стекающие из вулкана Сыня. Самого кратера, к сожалению, видно не было, его перекрывала высокая гора на переднем плане. Но всё же друзья были искренне рады, что хотя бы в объектив фотоаппарата сумели рассмотреть подножие вулкана, до которого им уже не суждено было в этом сезоне добраться!
Побродив с фотоаппаратами ещё с полчасика, друзья решили перекусить халвой, а затем, немного отдохнув, отправиться в обратный путь.
После сладкой халвы на обоих навалилась приятная усталость, и путники прилегли на тёплые прогретые камушки, покрытые чёрным накипным лишайником. От прикосновения лишайник ломался, превращаясь в мелкую пыль. Андрей впервые видел такое, создавалось впечатление, что кто-то специально опалил его огнём.
Как только Виктор закрыл глаза, розовые зайчики запрыгали перед ним, подобно белкам, что кружились у лиственниц. На душе стало так спокойно и радостно, что никуда уже не хотелось идти. Вот так лежать бы вечно на солнышке и думать о чём-то добром и приятном!
«Как бы то ни было – мы увидели Удокан, увидели район вулканов и травертиновых источников! – рассуждал Виктор. – И пускай мы до них совсем чуть-чуть не дошли, в конце концов, это не самое важное. Главное – мы прикоснулись к этой удивительной земле, осуществили свою давнюю мечту! А то, что не сумели добраться до конечной цели – не беда! Может быть, мы ещё раз приедем сюда, только уже большой группой, и сможем завершить маршрут, и Андрей снимет на новую камеру фильм, и всё-всё будет хорошо…»
И Виктор на какое-то время погрузился в спокойный и безмятежный сон.
Очнулся он оттого, что солнце, раньше светившее ему прямо в глаза, куда-то скрылось. Он приподнялся и понял, что проспал не меньше часа. Склон поглотила глубокая чёрная тень. Вместе с солнцем закончилось и тепло, зато появилась ненавистная мошка, пока ещё вялая и разморенная дневным зноем, но уже набирающая силу и готовящаяся к разнузданной вечерней трапезе.
Андрей тоже очнулся, огляделся вокруг и удивлённо воскликнул:
– Мы с тобой что-то совсем расслабились!
И друзья, собрав свои вещи, начали спускаться вниз.
Пройдя метров двести, они оказались перед густыми зарослями кустов ольхи вперемешку с кедровым стлаником. Похоже, что они немного сбились с пути, и Андрей предложил:
– А давай выйдем к ручью и уже вдоль него попробуем спуститься к подножию. Так ведь быстрее!
Виктор согласился. Заодно ему хотелось посмотреть, откуда течёт этот самый ручей. Весь снег на склоне давно растаял, и он предполагал, что где-то среди скал имеется источник, дающий начало ручью.
Спуск был довольно крутым, но более коротким. Путники, помогая друг другу и стараясь аккуратно ступать на всю ступню, продвигались вперёд.
Ноги у Андрея стали ватными и еле слушались – всё-таки зря они позволили себе так расслабиться, теперь путь домой покажется тяжёлым и длинным.
Справа послышалось журчание воды, и друзья направились на этот звук, мечтая увидеть источник. Но когда они с трудом преодолели последние на пути заросли, то оказались на пологой и гладкой каменной плите, по которой бежал ручей. Исток находился где-то выше, и его не было видно. Андрей осторожно ступил на камень, и сердце его вдруг усиленно забилось.
– Чёрт, здесь можно сломать себе шею! – обратился он к Виктору.
Андрей достал фотоаппарат и сделал несколько снимков ручья. Близко к мокрому камню подойти он побоялся, так как тот был покрыт скользкой зелёной слизью. Поэтому он даже встал на четвереньки и, придерживаясь одной рукой за плиту, попятился обратно.
Виктор же немного поднялся по склону.
– Представляешь, какая тут замечательная горка зимой! – крикнул он Андрею, который к тому моменту уже покинул опасный участок и сел на камень рядом с зарослями ольшаника.
– Ага, только потом костей не соберёшь, – ответил Андрей, которого никак не покидал неожиданно возникший испуг. – Я тебя прошу, Вить, аккуратней!
– Да ты не переживай, у меня ботинки хорошо держат, это вот ты в сапогах лучше сюда не ходи. Я сейчас, пять минут – и будем спускаться!
– Темнеет уже, к ночи придём, – недовольно отозвался Андрей, закуривая сигарету.
Виктор решил подняться выше и сфотографировать небольшой водопад, шум которого раздавался из-за широкого камня, напоминающего своей формой голову медведя. Он, в отличие от Андрея, не боялся поскользнуться, поскольку был уверен в протекторе своих ботинок, да и поверхность здесь имела совсем маленький уклон.
От камня до водопада оказалось ещё метров двадцать, и Виктор пошёл дальше, внимательно поглядывая на воду, растёкшуюся по каменной плите блестящей плёнкой.
«Главное – не попасть в неё ногой!» – подумал он мимоходом.
Хотя солнце уже давно покинуло это место, мокрый камень переливался множеством оттенков, создавая ощущение небывалой насыщенности цвета. Виктору хотелось подойти как можно ближе, поскольку на фотоаппарате стоял широкоугольный объектив. Глядя в глазок камеры, он подыскивал удобный ракурс и постепенно смещался к ручью. Ещё немного надо было сдвинуться, хотя бы полметра!..
И тут Виктор ступил на зелёную слизь. Только секунду назад он специально смотрел вниз, но, видимо, не заметил её!
Нога выскользнула вперёд, он сильно ударился спиной о каменную плиту и начал съезжать.
В первые секунды он даже не понял, что именно произошло, и надеялся, что сейчас ухватится за что-то и сможет встать. Но руки беспомощно скребли по поверхности и не находили ни одного выступающего камня, ни единого кустика или травинки. От неудачных попыток схватиться за что-либо на пальцах с хрустом ломались ногти, шероховатая, как наждачная бумага, каменная плита сдирала кожу на оголившейся спине. И тут Виктор осознал, что уже ничего не сможет сделать, что ему не остановить это стремительное движение вниз!
Скорость увеличивалась с каждой секундой. Его бешено трясло на неровностях плиты, от вибрации разум стал отключаться, всё вытеснила невыносимая физическая боль. Он только успел подумать о том, что сейчас его разгонит, подбросит на очередном водопадном уступе и швырнёт на камни. Мысль эта была простой, понятной и не вызывала никаких эмоций, кроме какой-то детской обиды на собственную беспомощность. И ещё он помнил, что где-то рядом находится Андрюшка…
