— Лали Занхан, — представился спрут, — командир Заставы. Приказываю немедленно сложить оружие и покинуть корабль. В противном случае вы будете уничтожены!
— Ваше требование незаконно, — ответил Астархан. — Мы подверглись нападению неизвестного корабля и защищались в полном соответствии с Галактическим Кодексом! Я протестую!
— Вы находитесь в пространстве Когаленской Империи, — сообщил спрут. — Вы окружены и заблокированы в занимаемом вами пространстве. У вас нет ни единого шанса. Сдавайтесь, и я гарантирую справедливое разбирательство вашего дела!
— Это грабеж! — завопил Астархан. — Это мой корабль, и никто не вправе отбирать его иначе как по решению галактического суда! У вас есть решение суда?!
Спрут щелкнул клювом и рявкнул:
— Даю вам тридцать секунд! Переговоры закончены!
Серый прямоугольник исчез с экрана. Пак Тун-Чен взмахнул руками, настраивая приемники «Рифея» на новую цель. Шестиугольная станция когаленцев скатилась с потолка и замерла в центре экрана. Прямо как предыдущий танкер, подумал Макаров. Но это все-таки боевая станция, а не какой-то там средневооруженный рейдер!
— Может быть, полетим дальше? — спросил Ансельм, посмотрев на Астархана.
— А разве мы не блокированы? — удивился Карацупа.
— Ну-у, — протянул Ансельм, — есть способы…
— Отставить способы! — приказал Астархан. — Принимаем бой!
Макаров почесал в затылке. Бой?! Со станцией класса «солар»?! По земным меркам, это все равно что плавучий танк против линкора!
— Кевин, — весело сказал Астархан, — сделай-ка нам связь!
— Пожалуйста, — ответил Кевин, и на экране снова появился спрут по имени Занхан.
— Уважаемый Лали Занхан, — вкрадчиво произнес Астархан. — У меня есть к вам деловое предложение. Вы снимаете пространственную блокаду, а я оставляю вас в живых. Договорились?
Спрут загудел, как высоковольтный трансформатор, и тут же пропал с экрана.
— Они открыли огонь, — бесстрастно сообщил Пак.
— Роберт? — спросил Астархан.
— В пределах нормы, — доложил Роберт.
Макаров увидел четыре коричневых облака, с разных сторон приближающихся к «Рифею». А кроме того, от станции отделился маленький черный шарик, тоже взявший курс на «Рифей».
— Что это? — отрывисто спросил Астархан.
— Сейчас посмотрим, — пробормотал Пак. Он соорудил себе персональный экран и принялся рассматривать шарик во всех деталях. — Нет, не понимаю. Это что-то новенькое, капитан!
— Очень хорошо, — кивнул Астархан. — Если сработает, всем премия!
Бред какой-то, подумал Макаров. Эта черная штука собирается нас уничтожить, а нам только того и надо. Неужели опять не получится?!
Первое коричневое облако достигло «Рифея», вызвав минутное затемнение в рубке и приступ головокружения у Макарова. Когда экран снова засветился, черный шарик уже не казался маленьким. Не меньше сотни километров, оценил Макаров, сопоставив его размеры с координатной сеткой.
— Если сработает, понятно, — сказал Ахмед. — А если не сработает? Чем отвечать будем?
— Тем же самым, — улыбнулся Астархан. — Слабо?
Ахмед наклонил голову и вопросительно посмотрел на Карацупу.
— Попробуем, — ответил тот, пожимая плечами. — Пока что я вижу самый обыкновенный астероид…
Второе и третье облако рассеялись, не долетев до «Рифея» нескольких тысяч километров. Роберт удовлетворенно потер руки, поймал четвертое в перекрестье прицела и пристрелил серией зеленых концентрических колец.
— Значит, — подумал вслух Астархан, — этот черный шарик — единственное, что у них осталось?
— Можно еще десант высадить, — усмехнулся Кевин. — По Сети.
Ахмед молча обнажил крупные белые зубы. Астархан только рукой махнул.
— Сейчас, — сказал Пак. — Сейчас он нас атакует.
— Кевин, — пробормотал Роберт. — На всякий случай… ладно?
— Всегда готов, — улыбнулся Кевин. — Да только я не думаю…
Закончить фразу ему уже не удалось. Рубку затопил ярчайший белый свет, а потом наступила полная темнота. Макаров попробовал было пошевелиться, но тут же понял, что шевелиться ему нечем. Ну вот, подумал он. Испытания закончены, Ах Таг сдержал свое обещание. Теперь надо будет заняться повышением шпионской квалификации.
— Что это было? — услышал Макаров слабый, но вполне отчетливый голос Астархана.
— Сверхсветовой газовый выброс, — ответил Роберт. — Сейчас мы в режиме декомпозиции.
— Это я заметил, — сказал Астархан. — А дальше что? Каждый раз на элементарные частицы разваливаться?
— Можно упреждающий удар попробовать, — предложил Роберт. — А так — никакая защита не выдержит. Шутка ли — газовое облако массой с Плутон!
— Хорошо, — сказал Астархан. — Попробуем упреждающий удар. Кевин, почему мы так долго?
— Помехи, — ответил Кевин. — Сейчас стабилизирую.
Почувствовав под собой стул, Макаров облегченно вздохнул. Все-таки находиться в собственном теле было куда приятнее, чем болтаться в пустоте в виде бесплотного духа. Качнув головой — надо же, опять цел! — Макаров уселся поудобнее и огляделся по сторонам.
Шестиугольная станция когаленцев все еще болталась в центре экрана. Окружавшую ее черноту по-прежнему пронизывали тонкие координатные линии — даже применив супермощную бомбу, когаленцы не спешили снимать блокировку пространства. А вот справа и слева, к немалому удивлению Макарова, появились еще два космических корабля — похожие друг на друга, как близнецы, они висели над головой, образовав вместе с «Рифеем» равносторонний треугольник.
— А это кто? — спросил Макаров.
— Черт, — вырвалось у Кевина. — Вроде бы все рассчитал!
— Пак, — сказал Астархан. — Это тоже мы?
— Так точно, — кивнул Пак. — Рифей-два и Рифей-три, как я их пока что назвал.
— Предполагаемое время жизни? — спросил Астархан.
— От шести до двадцати минут, — ответил Кевин. — Может быть, больше. Проклятые помехи!
Декомпозиция, догадался Макаров. Разбирали один «Рифей», а собрали обратно три. Вот только при чем здесь время жизни?!
— Петр, — негромко сказал Макаров, наклоняясь к Карацупе. — Время жизни — это у кого?
Карацупа повернулся к Макарову и растерянно пожал плечами:
— У виртуальных копий, конечно. Обычно их время жизни не превышает резонансного, десять минус в десятой… Чтобы несколько минут — это действительно должны быть очень сильные помехи!
— А как узнать, — спросил Макаров, — какая копия виртуальная, а какая — нет?
— Очень просто, — ответил Карацупа. — Та, которая останется, — настоящая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
