Читаем без скачивания Город и псы - Марио Льоса

– Глупый, – сказала она.

– Пройдемся немного? Богач придет только через полчаса.

– Что ж, – сказала она. – Пошли. – Она приставила палец к виску. «О чем она думает?» – Родители спят. Вчера они ходили на званый вечер в Анкон. Вернулись очень поздно. А я, дурочка, ушла из парка раньше девяти.

Когда они немного отошли от дома, Альберто взял ее за руку.

– Ты видишь, какое солнце? – сказал он. – Как раз для купания.

– Я хочу кое-что сказать тебе, – начала Марсела.

Альберто посмотрел на нее: он увидел маленький, вызывающе вздернутый носик и очаровательную озорную улыбку. «Красавица», – подумал он.

– Что именно?

– Вчера вечером я видела твою девицу.

Что это – шутка? Он еще не совсем тут освоился. Иногда кто-нибудь из приятелей говорил намеками, которые все понимали, а он чувствовал себя растерянным, словно слепым. И отыграться невозможно: не хамить же, как там, в казарме.

Перед ним промелькнула чудовищная, постыдная картина: Холуй привязан к топчану, а Ягуар с Питоном плюют на него.

– Какую девицу? – робко спросил он.

– Тересу, – сказала Марсела. – Эту, из Линсе. Жара, про которую он было забыл, вдруг обрушилась на него, придавила.

– Тересу? Марсела засмеялась:

– А зачем, думаешь, я спросила тебя, где она живет?

Она говорила тоном победителя и явно была довольна своей проделкой.

– Богач отвез меня туда прямо из парка на своей машине.

– К ней домой? – запинаясь проговорил Альберто.

– Да, – ответила Марсела. Ее черные глаза сверкали. – Хочешь знать, как это было? Я постучала в дверь, и вышла она сама. Я спросила, там ли живет сеньора Грельо – так мою соседку зовут. – Она помолчала. – Я успела ее хорошо рассмотреть.

Он принужденно улыбнулся. Пробормотал: «Ты сумасшедшая», но настроение у него испортилось. Самолюбие его было ущемлено.

– Скажи, – продолжала Марсела коварно-ласковым голоском, – ты сильно ее любил?

– Нет, – сказал Альберто. – Конечно нет. Так, баловство одно.

– Она некрасивая, – вскипела вдруг Марсела. – Вульгарная и некрасивая.

Несмотря на смущение, Альберто обрадовался. «Она меня безумно любит, – подумал он. – Сгорает от ревности». И сказал:

– Ты же знаешь, я люблю только тебя. Я никогда никого не любил так, как тебя.

Марсела сжала его руку, и он остановился. Он хотел взять ее за плечо и привлечь к себе, но она завертела головой, боязливо оглядываясь. Никого не было. Альберто слегка коснулся губами ее губ. Они пошли дальше.

– Что она сказала? – спросил Альберто.

– Она? – Марсела холодно улыбнулась. – Ничего особенного. Сказала, что там живет какая-то сеньора. Назвала очень странное имя, я даже не запомнила. Богач повеселился всласть. Он кричал ей что-то из машины, и она закрыла дверь. Вот и все. Ты больше ее не видел?

– Нет, – сказал Альберто. – Конечно нет.

– Скажи, а ты гулял с ней в парке Салазар?

– Не успел. Мы виделись всего несколько раз, у нее дома или в Линсе. В Мирафлоресе я с ней не был.

– Почему вы поссорились? – спросила Марсела. Вопрос застал Альберто врасплох; он открыл было

рот, но ничего не сказал. Как объяснить Марселе, если он сам еще не понял? Тереса была одним из персонажей его трехлетней эпопеи, которую он ни за что не желал воскрешать.

– Да так, – сказал он. – Когда окончил училище, я понял, что она мне больше не нравится. С тех пор я ее не видел.

Они дошли до трамвайной линии и направились вниз по Редутной. Он обнял Марселу за плечи осторожно, как бы боясь повредить нежную, теплую кожу, пульсирующую под его рукой. Зачем он рассказал ей о Тересе? Все любили говорить о своих прошлых романах, сама Марсела рассказывала ему о каком-то парне со Св. Исидора, и ему тоже не хотелось показаться лопухом. Он окончил военное училище, и это давало ему известное преимущество перед остальными – все смотрели на него как на блудного сына, вернувшегося в отчий дом после долгих скитаний. А что было бы, если бы он не встретился в тот вечер с ребятами на углу Диего Ферре"?

– Смотрите, привидение, – сказал Богач, – Не иначе как привидение!

Малышка держал его за плечи, Элена улыбалась ему, Мексиканец представлял его незнакомым ребятам. Молли говорила: «Целых три года не показывался, совсем позабыл нас», Эмилио называл его бессовестным, дружески похлопывая по спине.

– Это же привидение, – повторил Богач. – И вам не страшно?

Он дома, в гражданской одежде, военная форма лежит на стуле, кепи валяется на полу. Мать куда-то вышла, пустой дом раздражал его, ему хотелось закурить – всего два часа, как он на свободе, – перед ним бесчисленные возможности, и он совсем растерялся. «Пойду куплю сигарет, – подумал он, – а потом поеду к Тересе». Но, выйдя на улицу и купив сигарет, он не сел в автобус, а пошел бродить по улицам Мирафлореса, точно турист или случайно забредший туда бродяга. Проспект Ларко, Волнолом, Диагональ, парк Салазар и совсем неожиданно – Малышка, Богач, Элена, улыбающиеся лица – все приветствуют его.

– Ты явился кстати, – сказала Молли. – У нас не хватает одного кавалера, чтобы пойти в Чосику. Теперь будет точно восемь пар.

Они проболтали до темноты и договорились на следующий день пойти всем вместе на пляж. Простившись с ними, он медленно побрел домой, поглощенный только что возникшими заботами. Марсела (а как ее фамилия? Он не встречал ее раньше, она жила на Весенней улице и в Мирафлорес стала ходить недавно) сказала ему: «Ты обязательно придешь, да?» Пляжный халат у него изрядно поношен, надо уговорить мать, пусть купит новый завтра же, пораньше – он обновит его на Подкове.

– Красота! – воскликнул Богач. – Привидение, которое можно потрогать!

– Так, – сказал лейтенант Уарина. – Сейчас вам надо немедленно явиться к капитану.

«Теперь ничего не сделает, – подумал Альберто. – Нам уже вручили аттестаты. Я скажу ему в лицо, кто он такой». Но он не сказал, стал навытяжку и почтительно поздоровался. А капитан улыбнулся, скользнув взглядом по его парадной форме. «Последний раз надеваю», – подумал Альберто. И все же он не испытывал особого восторга от мысли, что сейчас навсегда покинет это училище.

– Хорошо, – сказал капитан. – Вычистите ботинки – они пыльные. И зайдите в кабинет полковника перед уходом.

Он поднялся по лестнице, предчувствуя какую-то каверзу. Человек в штатском спросил его имя и поспешил открыть дверь. Полковник сидел за письменным столом. И опять, как тогда, его поразил блеск пола, стен, всех предметов; даже лицо и волосы полковника казались начищенными до блеска.

– Проходите, проходите, кадет, – сказал полковник. Беспокойство все еще не покидало Альберт Что

могло скрываться за этим дружелюбным тоном и ласковым взглядом? Полковник поздравил его с успешной сдачей экзаменов.

– Вот видите? – сказал он. – Нужно только приложить небольшое усилие, и можно многое наверстать. У вас блестящие отметки. – Альберто неподвижно и настороженно слушал – и ничего не говорил.

– В армии, – разглагольствовал полковник, – рано или поздно всегда восстанавливается справедливость. Это неотъемлемое качество всякой военной организации, и вы, я думаю, успели убедиться в этом на собственном опыте. Вот сами посудите, кадет Фернандес: вы хотели замарать славный род, славные семейные традиции. Но армия дала вам последнюю возможность исправиться. И теперь мне не приходится жалеть об этом. Дайте вашу руку, кадет.

Альберто подержал в руке комок мягкого, пухлого мяса.

– Вы загладили свою вину, – продолжал полковник. – Да, загладили. Поэтому я позвал вас к себе. Скажите, какие у вас планы на будущее?

Альберто сказал, что хочет стать инженером.

– Хорошо, – сказал полковник. – Очень хорошо. Родине нужны технические кадры. Вы выбрали хорошую, полезную профессию. Желаю вам больших успехов.

Тогда Альберто робко улыбнулся и сказал:

– Не знаю, как мне благодарить вас, сеньор полковник. Спасибо, большое спасибо.

– Теперь можете идти, – сказал полковник. – Да, и не забудьте записаться в Ассоциацию бывших кадетов. Необходимо, чтобы наши питомцы не теряли связь с училищем. Ведь все мы составляем как бы одну большую семью. – Полковник встал, проводил его до двери и только тогда о чем-то вспомнил. – Да, вот что, – сказал он, описав рукой дугу в воздухе. – Я позабыл об одной детали. Альберто стал навытяжку.

– Помните о тех листках? Вы знаете, о чем я говорю, некрасивая была история…

Альберто опустил голову…

– Да, сеньор полковник, – пробормотал он.

– Я сдержал свое обещание, – сказал полковник. – Я человек слова. Ничто не омрачит ваше будущее. Я уничтожил эти документы.

Альберто искренне поблагодарил его и вышел, непрестанно кланяясь; полковник улыбался ему с порога кабинета.

– Привидение, – все повторял Богач. – Живое привидение!

– Хватит тебе, – сказал Малышка. – Все мы рады, что он вернулся. Дай нам поговорить.