Стражник от неожиданности отступил, забыв, что увлекает за собой неприятеля. Воспользовавшись его растерянностью, истекающий кровью Ниспровергатель ударил солдата кулаком в лицо. Голова того мотнулась, и в следующее мгновение меч врага раскроил солдату череп.
Прочие Ниспровергатели, охваченные неистовой яростью, внезапно перешли в наступление. Кровь лилась рекой, но они, казалось, не замечали ран. Клинки сражались со своей обычной отвагой. Однако они не привыкли иметь дело с врагами, чей воинственный пыл не остужали перерезанные глотки и вспоротые животы.
— Джейв, — дрожащим голосом позвала Ян Рей.
Она наконец осознала, что происходит. Богопротивное колдовство, в котором поднаторел Дэн Бэмор, пришло ему на выручку, избавляя его от верной смерти.
Джейв, оступившись, полетел на землю, и противник тут же вихрем налетел на него, нанося ему удары по рукам и лицу. Капитану удалось отбросить врага, встать и пронзить Ниспровергателя мечом. Он несколько раз вонзал меч в обмякшее тело, до тех пор пока у него не осталось сомнений, что перед ним труп. Оглянувшись, капитан выкрикнул приказ, который Ян Рей не расслышала, и махнул рукой в сторону кареты. «Он посылает солдат защищать меня», — догадалась она. Шестеро Клинков, охранявшие Бэмора, обогнув мертвых свиней, окружили карету.
— Нет! — закричала Ян Рей. Этого ни в коем случае нельзя было допустить. — Охраняйте Бэмора! Не дайте им отбить заключенного!
Но солдаты то ли не расслышали жрицу, то ли предпочли исполнить приказ капитана. Они не двинулись с места, оставив Бэмора под охраной всего лишь четырех Клинков.
Битва приносила все новые жертвы, все больше мертвых тел падало на мостовую. Ян Рей наблюдала за происходящим, оцепенев от ужаса. Все Клинки с проткнутыми животами и разрубленными головами были мертвы, в то время как Ниспровергателей смерть никак не брала. Даже те из них, кто лишился в схватке конечностей, пытались двигаться… некоторые ползли, волоча за собой выпущенные из животов внутренности… среди них даже был один обезглавленный, никак не желавший затихнуть.
Колдовство, с содроганием подумала Ян Рей. Город Эхо оказался во власти колдовских чар!
Она решительно распахнула дверцу кареты. Надо было срочно поговорить с Джейвом. Самой большой ценностью сейчас являлся арестант, а вовсе не жрица Ханхарана. Если для того, чтобы предотвратить похищение Бэмора, Ян Рей должна пожертвовать жизнью, она готова с этим смириться.
Один из солдат обернулся, увидел ее, и глаза его расширились от изумления.
Что-то ударило ее по плечу, что-то упало на нее сверху, заставив рухнуть на землю.
Она истекала кровью.
Ян Рей не терпелось оказаться наверху. Даже не смыв с рук кровь арестанта, она покинула подземный уровень, где располагалась тюрьма. Поднявшись по винтовой лестнице, которая насчитывала более сотни ступенек, она наконец оказалась в заросшем буйной зеленью внутреннем дворе на Ханхаранских высотах. Она прошла мимо кустов шиповника, отмахиваясь от ручных красных воробьев, которые веселой стайкой вились вокруг ее головы, в надежде что она принесла им угощение. Окружающий мир радовал глаз своей красотой. Мир этот был создан Ханхараном в начале времен и до сих пор не подвергался пагубному воздействию колдовства.
Страх, от которого изнывало сердце жрицы, был вызван отнюдь не словами Бэмора; ей не давала покоя мысль о том, сколь ужасными могут стать последствия его деятельности. В городе Эхо достаточно чудес, и чародей, способный при помощи своей магии изменить жизнь до неузнаваемости, будет настоящим бедствием.
К Ян Рей приблизился помощник, но она, избегая встречаться с ним глазами, сделала ему знак отойти прочь. Наверняка он догадался, что жрица Ханхарана удрученна и расстроена, пронеслось у нее в голове. Впрочем, это ничего не меняет. Она может отправиться в Совет и поделиться своими тревогами, но толку от этого будет мало — они начнут переливать из пустого в порожнее, делиться мнениями и обсуждать возможные варианты развития ситуации. И все это время колдун, заключенный в подземном бастионе, будет строить планы побега.
Существует один лишь шанс, решила Ян Рей. Один-единственный. Все зависит от того, знает ли он об этом шансе. Дэл Бэмор, конечно, обладает поразительными способностями, но по виду он совсем молод. Каким образом он приобрел свой колдовской талант, она не имеет понятия, зато точно знает: ей он никогда не откроет источник своей силы. Но она сумеет использовать против него его собственную гордыню. Он с готовностью принял заключение и пытки, ибо вынашивает планы побега и исцеления, которые заставят народ говорить о нем как о чудотворце. Ян Рей сделает все, чтобы эти планы не осуществились. Колдун умрет, пригвожденный к Стене.
Оказавшись в дальнем углу внутреннего двора, она при помощи ключа, висевшего у нее на шее, отперла тяжелую деревянную дверь. Такие ключи имелись у всех жрецов и жриц, но до сих пор ни у одного из них не было надобности его использовать. Сознание того, что она первая, заставило Ян Рей зардеться от гордости.
— В Ханхаране я обрету силу, — прошептала она, закрывая за собой дверь.
У стены стояло несколько масляных ламп; она зажгла одну из них, наблюдая, как бросились врассыпную сумрачные тени. Теперь она видела, как много здесь пауков и ящериц. Но она знала, они не причинят ей вреда, если она не будет выказывать страха. Ян Рей набрала в грудь побольше воздуху и двинулась вниз по лестнице.
— В тебе я обретаю истину, и тебе я обещаю отдать все лучшее, что есть у меня. В твоих словах я слышу историю города Эхо, — шептала она одними губами. — Я клянусь, что буду всегда внимать твоим словам и жизнь моя станет частью истории, которую ты творишь.
Она спускалась все ниже, минуя лестничные площадки, двери, соблазнявшие войти, и коридоры, тонувшие в непроглядной тьме. Наконец она оказалась на улице древнего города Эхо, построенного много столетий назад. Здесь, в подземных глубинах, он сохранялся, подобно фрагменту старинной живописи. Дома, которые она видела здесь, в точности походили на те, что стояли наверху, за исключением одного лишь обстоятельства: они были совершенно пусты. В них обитали только тени, метавшиеся по стенам, да едва слышные шорохи.
Ян Рей отчетливо произнесла вслух, куда идет, напоминая самой себе о цели своего путешествия. Сознание важности того, что она совершает, навалилось на нее такой тяжестью, словно она держала весь город на своих плечах. У нее не было ни малейшего желания поддаваться обманчивой игре призраков.
Несколько раз лампа, которую она держала в руке, почти гасла под дуновением внезапного ветра, налетавшего из темноты. Ян Рей старалась не обращать внимания на странные запахи, которые приносил этот ветер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
