Пройдя дорогу и небольшой пустырь, остановились, оглядывая и оценивая обстановку. Возле входа в здание вповалку лежали посланные нами мужчины. Я подбежала к Константину Андреевичу и присела возле него, дрожащей рукой пытаясь нащупать пульс. Кронстан резко открыл глаза и стал хрипеть.
— Мы не смогли пройти, руны на здании не пускают нас, — с трудом выдавил он из повреждённого горла.
Я дёрнулась от страха и шлёпнулась на попу. Цербер помог мне подняться и провел пальцами по невидимой границе.
— Я проверю периметр, — сообщил он.
— Они там, я чувствую, — выпалила нервно, заламывая руки.
— Знаю, но мне туда не зайти, а одну я тебя не пущу, — строго сказал Ярослав.
— Хорошо, — я кивнула ему и подошла к лежащему Мише.
— Миша, Мишенька, ты тоже из этих, из Иных, что ли? — запричитала я, пытаясь нащупать его пульс.
Пульса не было, ну или я не могла его почувствовать. Нет, нет, только не это! Мишку я знала пять лет, три из которых он был моим телохранителем, подругой, водителем, курьером и просто незаменимым помощником.
Наконец еле-еле нащупала пульс и расслабилась, теперь нужно взять себя в руки и подойти к Аристарху Григорьевичу.
Я услышала подъезжающую к нам машину и напряжённо развернулась. Увидев знакомый автомобиль, выдохнула и расслабилась.
— Привет! — улыбнулась я, подходя ближе.
— Привет, подруга, пойдём быстрее, надо успеть спасти их, — Сабинка схватила меня под локоть и потащила буксиром внутрь дома.
— Сабина, подожди, там Цербер, он просил дождаться его, — сопротивлялась я, пытаясь затормозить наше совместное продвижение.
— Он все равно не сможет попасть внутрь, а ты должна их спасти, — Сабинка на секунду остановилась и сочувственно сжала мою руку, — счёт идёт на минуты, дорогая.
— Ладно, бежим, — кивнула я, и мы побежали в здание вместе.
Сабинка чуть отстала, я бежала быстрее. Залетев в огромный полутёмный холл, замерла на пороге. Трое моих любимых мужчин сидели в круге из пепла и соли, создавая треугольник, под их ногами были нарисованы какие-то непонятные для меня узоры. И большой узор внутри треугольника в центре холла.
— Кара, развей пепел, быстрее, — заорал Лёша, увидев меня. — Не верь Сабине, это она, она не Вестница!!
— Что? — непонимающе остановилась я, как вкопанная, пытаясь сообразить, о чём говорит Лёша.
Мужчины поднялись со своих мест, и сделали шаг к невидимому барьеру. Ко мне присоединилась Сабинка, шумно дыша.
— Только тронь её, — рычал Ивар.
— Сабина? — я отошла от неё, но меня отвлекла волна, что прошлась рябью по зданию.
Кто-то ударил по нему мощной силой, и дом затрясся, посыпалась штукатурка, затрещали деревянные полы. Я попыталась добежать до ближайшего выхода, но Сабина толкнула меня в центр импровизированного треугольника и рассыпала какой-то пепел под ноги.
— Ты знала, что ведьму невозможно запереть так, как Иных? Нет, нет, не двигайся, иначе я убью его, — ткнула она в Лёшу. — Он ведь у нас самый любимый, правильно? А вот феникса можно — и какая удача, что он сидит внутри тебя! Я добавила в пепел рябины ещё один секретный ингредиент, и вуаля! Ты теперь такая же затворница. А знаешь, что за ингредиент? Пепел последних фениксов. Да-да, Рагнар, — пропела Сабина, повернувшись к фениксу, — твоих сородичей убила я, а не её родители! — торжественно закончила она и звонко расхохоталась.
— Кто ты? — настороженно спросила я. До меня медленно доходило, что Сабина, моя милая, добрая, отзывчивая подруга, вовсе не та, за кого себя выдаёт.
— Зачем мы тебе нужны?
— Вы мне вовсе не нужны, нужна только твоя сила. Кто я такая, спрашиваете вы? — она снова рассмеялась и провела рукой по лицу.
Прямо на глазах красивая брюнетка превращалась в уродливую женщину. Одна половина лица была обожжена и обезображена страшнейшим ожогом, глаз на этой половине отсутствовал. Волосы так же росли неровно клочками, и только с одной стороны. Она стала выше и крупнее миниатюрной Сабины, единственный глаз сменил цвет и стал полностью чёрным.
— Сиренити, — прошептала я, делая шаг назад, — …но… ты же умерла! Я сама видела, Цербер сжёг тебя!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да, сжёг, но во мне уже была сила двенадцати ведьм, которая помогла спастись. Правда, восстановиться было довольно тяжело, очень тяжело! Спасибо Церберу. Двадцать лет я потратила, чтобы восстановить тело и разум. И дальше поставила себе задачу найти тебя и вытянуть то, что по праву принадлежит мне. Для этого пришлось убить пару Вестниц и забрать и их силы, впрочем, не жалко дурёх. От них я и узнала, что ты не так проста, — бывшая Богиня улыбнулась обожжённой частью лица, выглядело это страшно.
— Это ты устроила покушения на нас в Европе и Мексике? — раздался голос Рагнара сзади.
— О да, мой милый, — обернулась Сиренити к нему. — Я уже не так хороша, как раньше, правда? Мне нужно было задержать вас подальше от Карины, чтобы не дать ей овладеть силами. А в вашем присутствии они начинали пробуждаться слишком активно.
— Я не понимаю, в чём состоит твой план? — спросила у Богини, пытаясь потянуть время, и лихорадочно придумывая пути спасения себя и моих избранных.
— Ой, Кара, хитрая лисичка! — снова развернулась Сиренити ко мне и покачала узловатым пальцем с отросшим жёлтым ногтём. — Ты думаешь, что тебе удастся спасти твоих мужчин, расспрашивая меня? Не получится, я всё хорошо продумала! Впрочем, могу немного рассказать — ведь иначе кто оценит мой отточенный и безукоризненный план?
— Когда я нашла тебя, ты была женой Алистера, ничего не знала об Иных, к тому же демон окружил тебя слишком мощной защитой, оберегая от всего сверхъестественного. К твоей персоне было не подступиться, да ты и не поверила бы моим словам.
А вот после развода я не упустила свой шанс. Ты была такая жалкая, такая растерянная, нуждалась в подруге, как никто другой. Я так легко втёрлась к тебе в доверие, что даже смешно, как ты верила каждому моему слову.
— Я не понимаю, чего ты ждала? Ты входила в мой дом, я доверяла тебе на 100 %, почему именно сейчас?
— Ну как же, ты должна была пробудить в себе ведьминские силы. А они без присутствия истинных ни за что бы не открылись. Так что я подталкивала тебя и строила цепочку событий, чтобы всё шло так, как я задумала и распланировала.
— Ты не получишь мою силу, — твёрдо заявила я, сжимая кулаки и готовясь противостоять до последнего.
— О, конечно же получу, дорогая, ты сама её мне передашь. Ты же не хочешь, чтобы твои мужчины умерли? — елейным голосом, как маленькому ребёнку, промолвила Сабина, и сделала шаг ко мне.
Женщина медленно приблизилась практически вплотную и протянула свои страшные обожжённые руки раскрытыми ладонями вверх.
— Ну же, Кара, что ты выбираешь? — поторопила она меня.
Здание опять затряслось, видимо, Цербер пытался пробиться через руны. Мне нужно ему помочь, ещё немножко потянуть время… Думай, Кара, думай…
— У меня нет той силы, Цербер забрал неделю назад, чтобы я не выгорела, и обратно не передал, — уверенным тоном солгала я, отступая на шаг назад.
Богиня укоризненно поцыкала и помахала указательным пальцем:
— О, дорогая, ну зачем ты лжёшь лучшей подруге? Я знаю тебя, как облупленную, моя девочка, к тому же чувствую силу в тебе. Чувствую, как она бурлит по твоим венам, и предполагаю, что ты захочешь её использовать. Но увы, ведьмочка, я подстраховалась, и эти руны на полу служат защитным барьером для таких, как ты, — оскалилась бывшая Богиня и, схватив меня за руки, притянула к себе.
Костлявые пальцы мёртвой хваткой вцепились в предплечья и больно сжали, её вены засветились чёрным светом, нас окутал тёмный плотный туман.
— Кара, нет!! — кричали мужчины, и краем глаза я видела, как они пытаются пробиться ко мне.
Я отвернулась от страшного лица Сиренити и умоляла свою огненную птичку проснуться, сейчас она мне была нужна как никогда. — Прошу тебя, милая, проснись, только ты можешь спасти всех нас, я обещаю, больше никогда не буду усыплять тебя! Прошу, девочка моя, красавица, проснись! — шептала я, чувствуя, как из меня, словно воздух из воздушного шарика, выкачивают силу. От Сиренити ко мне протянулись чёрные нити, по которым сила утекала, словно кровь из вен. Я в отчаянии посмотрела на Рагнара:
