Мэтью вручил Софи бокал шампанского, а девочкам — по стакану апельсинового сока и произнес тост за Лео и ресторан. Они чокнулись. Софи окинула их взглядом. Вот уж действительно, типичная семья двадцать первого века: разведенные супруги, пасынок, сводные сестры, — не хватало только Ханны и Хелен для завершения картины. Но Ханна была далеко. Сейчас она увлекалась подводным плаванием. С тех пор как муж много лет назад бросил ее, она постоянно меняла увлечения. Да, и Хелен конечно же отказалась прийти.
Лео хотел, чтобы его мать присутствовала на его торжестве; он, конечно, рассердился, когда она объявила, что уезжает. Зато обстановка складывалась более непринужденной. Именно поэтому Лео одновременно и злился на Хелен из-за того, что она не пришла, и в то же время испытывал облегчение.
К двадцати минутам девятого ресторан начал заполняться. Несмотря на то, что никто из обещанных «особо важных персон» еще не показался, Лео велел официантам обносить гостей тапас — крошечными, на один укус, порциями закусок, которые присутствовали в меню «Верано», изысканными анчоусами, колбасками чоризо и кружочками зажаренного кальмара. Прибыли первые папарацци; они ошивались у входа, потирая руки от холода. В восемь тридцать, закрываясь рукой от вспышек, в зал вломился Шон Дикинсон. За ним следовала блондинка с неестественно огромной грудью: К десяти часам в ресторане перебывали парочка актеров, снимавшихся в сериалах, один бывший герой популярного реалити-шоу (из проигравших), Сандра Хепберн и бывшая подружка Шона со своим новым приятелем-футболистом. Почти все они пробыли в ресторане не более получаса. Они попробовали закуски, объявили, что кормят здесь восхитительно, опрокинули по три-четыре бокала шампанского и отбыли на другие вечеринки, где надеялись снова засветиться. Но папарацци уже получили то, чего они хотели. Сюзанна и Клодия собирали автографы — в понедельник можно будет похвастаться подружкам, — а Лео записывал желающих забронировать столик на следующую неделю. Мэтью, Софи и девочки держались вместе с самого начала вечера. Они сидели за столиком в углу, любуясь тем, как здорово все выходит, и радуясь за Лео. Софи знала, что на нее с любопытством косятся сотрудники «Глобал», включая Лору, но решила, что самое лучшее — держаться сдержанно и сохранять дистанцию, чтобы не дать им испортить ей вечер. Дети, глядя, как их родители сидят вместе, выпивают и болтают, были на седьмом небе от счастья.
— Как у тебя с Хелен? — как бы, между прочим, спросила Софи после пары бокалов.
— Лучше, спасибо. Во всяком случае, мне так кажется — несмотря на то, что мне так и не удалось привести, ее.
— Вот и хорошо, — вмешалась Клодия. Мимо них пролетела Дженни.
— Все идет хорошо, не так ли? — Она повернулась к Софи с фальшиво невинной улыбкой на лице. — Здравствуйте, вы, должно быть, Софи. Мы говорили с вами по телефону. Я Дженни — секретарша Мэтью.
Софи постаралась улыбнуться ей, чувствуя унижение оттого, что эта девица в курсе всех ее личных дел.
— Я помогала Лоре все устроить, — лицемерно продолжала Дженни. — На самом деле всем должна была заниматься Хелен, но она отказалась. Грустно — казалось бы, она должна была бы стремиться познакомиться с семьей Мэтью. В общем… — сказала она, конспиративно понижая голос, так чтобы Мэтью не слышал, — она редкостная стерва. Уверена, вы и сами это поняли. На работе ее терпеть не могут за то, что она сделала.
Софи не представляла, что ответить. Она должна была бы испытать некоторое утешение оттого, что ее соперницу не любят, но ей хотелось, чтобы эта девица ушла и оставила ее в покое. Она с мольбой посмотрела на Мэтью, который, благодарение Богу, не забыл ее тайные сигналы.
— Дженни, я думаю, тебе стоит пойти и помочь Лоре развлекать гостей. Нехорошо получится, если они уйдут слишком быстро:
Дженни неохотно встала.
— До свидания, Софи. Приятно было, наконец, познакомиться с вами.
— Прости за нее, она настоящая корова, — сказал Мэтью, когда Дженни ушла.
— Везет тебе на секретарш. — Софи криво улыбнулась, и он с благодарностью улыбнулся ей в ответ.
К одиннадцати вечера стало ясно, что они выиграли. Последней из почетных гостей покидала «Верано» Сандра — она набралась бесплатной выпивки и тащила за собой кавалера, которого не было, когда она появилась. Скорее всего, подцепила кого-то из официантов. Ее уход снова сопровождался большой помпой; затем папарацци быстро, так же как и пришли, отбыли на другое светское мероприятие. Лора подошла к Мэтью и сообщила, что вечер имел огромный успех. Софи казалось, что Лора как будто избегает ее. Может, ей неловко, что ее секретарша увела у Софи мужа? Посмотрев в ее сторону, Софи специально широко улыбнулась; Лора ответила ей облегченно, но как-то виновато. Неужели Лора тоже попала под обаяние Мэтью? Атмосфера за их столиком сгустилась, но Лео быстро вмешался. Проводив последних гостей, он подсел к ним с непочатой бутылкой шампанского, чтобы отпраздновать победу. Девочки валились с ног от усталости, но Софи выпила еще один бокал за успех пасынка и только потом вызвала такси.
Где-то в час ночи Хелен услышала, как Мэтью наткнулся на кухонный стол — по счастью, это все-таки был он, а не грабитель. Но она слишком устала и решила не выходить. Даже если к ней забрался вор и даже если он украдет игрушечные машинки Мэтью, ей-то что? Из кухни снова послышался грохот и чертыхание. Точно Мэтью — причем слегка подшофе.
— Как все прошло? — сонно спросила она, когда он, наконец, спотыкаясь, вошел в спальню и включил верхний свет, заставив ее прищуриться.
— Просто з-здорово, — пробормотал он. — Триумф. Жаль, что тебя там не было.
Она игнорировала сарказм в его голосе.
— Лео доволен? Он думает, что все прошло хорошо? Ему понравилось?
Ну, хорошо, хватит задавать ему вопросы о Лео. Следующим будет «Хорошо ли он выглядел?» или «Не похоже ли, что он увлечен некоей дамочкой по имени Элинор?». Она сменила тему:
— Кто-нибудь из наших звезд объявился?
— Огромное количество. Шон, Дженис, Сандра…
— И Сандра была? — По некоторым причинам Хелен забеспокоилась. — Как она себя вела, а? Ты за ней присматривал?
— Н-не мое дело.
Он ухитрился заметить ее неодобрительное выражение.
— Не беспокойся, она была в порядке.
Он рухнул в постель, не сняв носки, отвернулся от нее, засопел и почти немедленно уснул. Хелен вздохнула и вылезла из кровати, чтобы погасить свет.
В субботу утром Хелен встала рано и спустилась за газетами. Разумеется, она искала статьи о модельной карьере Сандры, но, кроме того, ей хотелось проверить, попало ли открытие ресторана Лео на первые страницы таблоидов. Скорее всего, его самого на снимках не окажется — если вообще будут какие-нибудь фотографии, посвященные «Верано», — но, подобно тому как четырнадцатилетней девочке хочется пройти мимо дома мальчика, в которого она влюблена, несмотря на то что он уехал отдыхать с родителями, ей хотелось хотя бы краем глаза взглянуть на то, что связано с ним. Она нетерпеливо пролистывала газету, шагая по улице. Ничего. Войдя в квартиру, она уселась на диван и принялась торопливо пролистывать следующую. На пятой странице была фотография Сандры. Но это была не та фотография, которую она надеялась увидеть. Там не было заголовка «Сандра — девушка-модель». Фотография была сделана у «Верано» — она узнала лавровый куст в кадке у двери, изящный металлический столик и стулья. В статье ни слова не говорилось, ни о ресторане, ни о его владельце, потому что в фокусе была Сандра. Сандра держала под руку мужчину, которого Хелен не видела раньше; на ее просвечивающей белой майке красовалось огромное жирное пятно. Она высоко подняла ногу, словно собака, демонстрируя папарацци, что на ней нет трусов. Впрочем, из соображений приличия самое пикантное было прикрыто. Над снимком красовался заголовок: «Красотка, прикрой свои прелести».
