Я машинально запомнил номера, теперь я знал, что это важно, если хочешь найти владельца.
А Ольга вскрикнула и моментально остановила химеромобиль.
На нашей полосе движение было слабое, так что она смогла сделать это не опасаясь, что кто-то врежется в нас сзади.
Внучка, ругаясь такими выражениями, каких я ещё от неё не слышал, выскочила из машины, и я вышел следом за ней.
Пропустив пару авто на другой полосе, мы быстро перебежали дорогу.
— Макс, ты же можешь ей помочь? — умоляюще посмотрела на меня Ольга.
С виду пёс выглядел совершенно обычно, словно просто спит.
Я склонился над животным и положил руку ему на холку. Видимых повреждений нет, но собака была без сознания. И теперь я понимал почему.
— Не буду врать, всё очень плохо, — нахмурившись, ответил я Ольге, — множественные внутренние повреждения.
— Неужели ничего нельзя сделать? — взволнованно спросила внучка, — ты ведь так хорошо можешь лечить.
Она нервно теребила пальцы и с надеждой смотрела на меня.
— Можно, — серьёзно отозвался я, — но счёт идёт на минуты.
Глава 21
Мне было жаль пса.
Практически все собаки заслуживают жизни куда больше, чем многие из людей. Однако этот случай был буквально послан судьбой, так что я действовал немедленно.
Ольга продолжала с надеждой на меня смотреть, ожидая чуда. Но чудо произойдёт не здесь. Я подхватил пса на руки и двинулся в сторону авто.
— Поехали быстрее, — кивнул я Ольге.
Два раза говорить ей было не нужно. Она быстрее меня запрыгнула в химеромобиль, и мы продолжили путь.
Благо, до дома оставалось совсем чуть-чуть, и уже через пару минут мы были на месте.
А затем, не теряя времени, спустились в мою подвальную лабораторию. Дальше всё будет зависеть от Ольги.
На самом деле, я изначально понимал, что спасти собаку в полном смысле слова уже не удастся. Но при работе с нашим даром есть определённые нюансы.
Вот взять, например, ящерку. Нервная система рептилий настолько проста, что вряд ли она вообще поняла, что её существование как-то изменилось. Она даже стала разумней, чем была.
Люди, напротив, слишком сложны. И сохранить их мозг в порядке практически невозможно. Можно успеть спасти некоторые рефлексы вроде того, что умертвие продолжит отзываться на собственное имя или сохранит какие-то навыки из прошлой жизни даже без вливаний дополнительной энергии. Но на этом всё.
Одними умертвиями способности некромантов, конечно, не ограничиваются. Но в других вариантах требуются особые ритуалы и колоссальный расход энергии.
У собак мозг тоже далеко не самый простой, но и далеко не столь сложный, как у человека. К тому же, у них очень сильные рефлексы, которые буквально впаяны в структуру мозга.
Таким образом, если действовать быстро и правильно, то можно полностью сохранить все реакции, характер и даже память собаки. Фактически это значит, что смерти мозга удастся избежать. А значит, и в принципе обмануть смерть в каком-то смысле.
Объяснять это Ольге я пока не стал. Она сама всё поймёт, когда проведёт необходимую процедуру.
Её горячее желание спасти пса сейчас сильно сыграет нам на руку.
Я и так собирался обучать её поднятию мёртвых в самое ближайшее время. Начинать, разумеется, планировал с умертвий, заранее предполагая, что придётся столкнуться с обычными у новичков психологическими и моральными блоками, страхом перед мертвецами, брезгливостью и прочим.
Всё-таки, когда-то я обучил десятки подмастерий из тех, кто подавал особые надежды и мог быть полезен клану.
Так что знал все заморочки начинающих.
Но теперь, благодаря псу, я рассчитывал, что мы сможем перепрыгнуть через целые часы, а то и дни обучения.
Просто потому, что она как никогда нацелена на результат.
Так что главное теперь, чтобы хватило времени. Пока мы ехали, я делал всё, что мог, чтобы пёс продержался в живых подольше. Я практически полностью сам контролировал биение его сердца. И, боюсь, что даже лучшие из Вийонов не смогли бы сделать для него большего.
И теперь, когда мы, наконец, оказались в лаборатории, я положил пса на стол, но руку не убрал, продолжая свою работу.
Но зато начал объяснять Ольге, что от неё требуется.
— Сейчас ты должна сосредоточиться и сконцентрировать всю свою силу на собаке. Только иначе, чем ты привыкла. Обычно тебе приходилось вытягивать скверну. Сейчас же нужно, наоборот, влить свою собственную силу в пса.
— Я? Но как же… думала, это сделаешь ты.
— Нет, — твёрдо ответил я, — помочь этой собаке — твоя задача. Я не буду вмешиваться.
— Но почему⁈ — обиженно воскликнула она, — Я же не умею!
— Вот и научишься. Приступай. У тебя мало времени.
Да, жёстко. Но порой это единственный способ быстро пробудить дар некроманта. И такой редкий шанс я упускать не хотел.
Увидев, что я серьёзен и не уступлю, Ольга и сама перестала спорить и теперь сосредоточенно делала всё, что я говорю.
Я направлял её, подсказывая, как правильно распределить энергопоток, какими дозами лучше вливать энергию в собаку.
А также учил её и некоторым другим, не сложным, но важным премудростям, чтобы она сразу научилась делать как полагается, и избежала большинства ошибок новичков.
Главное здесь, умеренность и равномерность. Так, огонь в костре надо раздувать постепенно, чтобы не погасить робкое пламя. В данном случае, чтобы не выжечь каналы своего творения сначала, и дать достаточно энергии после.
В конце концов, когда я понял, что она готова, я перестал удерживать пса на краю жизни и отпустил. А Ольга его подхватила.
Переход прошёл практически незаметно. Пёс испустил последний вздох, и тут же открыл глаза.
У нас получилось сохранить мозг без повреждений. Дополнительная удача — то, что и столкновение с машиной его тоже не повредило. Весь основной удар пришёлся ему на спину и
