Что–то мне этот фашистский дуэт кажется очень подозрительным. Начнешь работать с чистого листа. Твои бумажки я пока – до лучших времен, спрячу в сейф –так будет надежней!
Старший лейтенант, отдал папку, полковнику Шабанову, который тут же спрятал её в несгораемый шкаф.
– Если мы докопаемся до их отношений, то вполне можем докопаться и до самой сути. Война сынок, нам еще ни один сюрприз преподнесет…. Ох, чувствую на этот раз, ты на правильном пути. Давай дерзай….
– Я товарищ полковник, нашел в немецких архивах в Берлине, что ни барон Риттер, ни командир группы «Пехфогель», майор Шперрер, нигде больше в боевых донесениях ни «абвера», ни «вермахта» не появлялись. Как в воду канули. Есть рапорт командира группы «Кобальт» гауптмана Вильгельма Драгерта том, что он потерял связь с майором Шперрером в полосе действия нашей девятой армии. А вот почему жив Мартин Грассер –это очень интересная информация. Пленные во время допросов указывают, что в районах Ржева, Сычевки и Вязьмы, производились «абвером» какие–то секретные мероприятия.
– Давай действуй, что сидишь? Вскочил, и вперед –решать задачи партии и советского правительства. С подопечных глаз не спускать. Подключи к ним наши «глаза и уши», – сказал полковник.–Пусть собирают на них материал.
– На каждого мусье, мы соберем свое досьё, – пошутил «Молчи». –Есть подключить агентуру, –сказал старший лейтенант, и, попрощавшись, покинул кабинет.
Глава двадцать девятая
Карта
Когда еще все родные спали, Русаков позвонил «Ташкенту», и, назначив встречу, в один миг незаметно исчез из дома. Ему не терпелось все рассказать Демидову то, что он узнал накануне от старого немца. Парня так распирало от неожиданного поворота судьбы, что он не мог сдержать свои эмоции. Встретились как обычно на спортгородке, который находился рядом с ГДО. Там по утрам собирались парни старших классов, которые неистово тренировались, за год до окончания школы и поступления в военные училища, накачивая свои мышцы богатырской силой и выносливостью. Но сегодня здесь никого не было –были каникулы. Большая часть ребят покинула Западную Группу войск до первого сентября, уехав на лето в Союз к бабушкам и дедушкам.
Всю ночь Русаков не спал. Кошмары с образами разложившихся трупов, золотые россыпи царских монет будоражили его юношескую психику, заставляя держать мозг в постоянном напряжении.
– У тебя что крыша съехала, –сказал Виталий, закуривая. –Как будто нет для этого дня? –Я между прочим тоже совсем не спал. У меня такая новость, что я до сих пор трясусь, как рыбное заливное на серебряном блюде.
– Что случилось такого, что тебя так празднично колбасит?
Русаков следом за Виталием закурил, и присев напротив, на лавочку, начал свой рассказ:
– Ты что–нибудь слышал о резервных базах агентуры «абвера». Хоть что–то знаешь об этом?
– Это браток, такая шняга, которую обычно делают войска или диверсионные подразделения перед предполагаемым оставлением линии обороны, или захваченных рубежей, –сказал Виталий с умным видом. –Специальные ребята прячут в тайных местах для других крутых ребят: оружие, взрывчатку, боеприпасы, консервы, связь, обмундирование. Короче полный комплект для ведения в тылу партизанской, и диверсионной войны.
– А на хрена, – спросил Русаков, нагнетая интригу.
– А для того, чтобы в тылу наступающего противника оставить диверсионные группы, которые будут саботировать наступательную операцию противника, – сказал Виталий, как по заученному.
– А деньги в таких нычках могут быть? –спросил Русаков.
– А ты, что нашел такую базу, – спросил Демидов с ухмылкой.
– Я спросил тебя, про деньги….
– Конечно, могут быть, – ответил Виталий. -Им же надо на что-то жить….
– А какие, – стал колупать его Русаков.
– Да любые! Рубли, марки ФРГ, доллары, юани, золотые монеты – они всегда в цене.
– Так значит – золотые монеты могут быть?
– Ясен хрен! Золото универсальная валюта, принимается в любой стране и практически не подвержена инфляции и очень любимы советскими чиновниками, мечтающими о богатой и сытой жизни.
– А сколько может быть таких денег, – сказал Русаков, выводя Виталия из себя распросами.
– Да, до хрена – черт подери! Что ты пристал ко мне, будто сам не знаешь? Если фронт растянут на тысячу километров, а в тылу врага действуют десятки диверсионных групп, хотя бы по двадцать человек. Это сколько бабла надо – мама моя дорогая….
– А что бы ты делал, если бы у тебя была такая карта с координатами агентурных баз?
– Что–что – я бы все раскопал…. Там же столько бабла должно быть – мама моя дорогая….
– Сколько?
– Сколько…. Если в долларах, то тысяч триста, а может и миллион. А если….
Русаков тут же перебил Виталия, стараясь, навести друга на правильный путь.
– А если все же в золоте? Если это монеты царской чеканки –то сколько?!
– Много Саша – очень много…. Килограмм двадцать, а может еще больше.– А может и тридцать….
– А пятьдесят – шестьдесят килограмм может быть?
Виталий почесал затылок, выкинул окурок в урну и сказал:
– Да, конечно может…. Это же война, в которую вовлечены миллионы людей…. А кому война – а кому сам знаешь – мать родна….
Русаков улыбнулся и хлопнул по–дружески Демидова по плечу. Сунув руку за пазуху, он вытащил аккуратно сложенный кусок шелковой материи.
– Это что за тряпка, – спросил равнодушно Виталий.
– Чучело–это карта…. Не простая карта, а карта немецкой разведки…. . Ты про «абвер» слышал? Вот где сокровища зарыты, – сказал он, с щенячьим восторгом.
– Какие сокровища?! Все сокровища уже давно найдены.
– Это карта диверсионной команды, которая на Восточном фронте занималась вывозом сокровищ. Тут столько бабла, что хватит тебе и мне на всю оставшуюся жизнь….
– Типа золота Маккены, или янтарная комната, – сказал с долей скепсиса Виталий.
– Тут всё: деньги, оружие, взрывчатка для диверсий, боеприпасы.
– Ага, и россыпи золотых украшений с брюликами, – сказал Виталий, ухмыляясь. -Только кому сейчас нужны твои ржавые стволы с гнилыми патронами, Сталинские портянки – рубли да оккупационные марки дедушки Адольфа….
– Хрень какую-то несешь, – сказал Русаков, обидевшись.– Там золото…. Как мне сказал дед этой Керстин, там золотые монеты…. Много золотых монет….
– По твоим глазам вижу, что ты лишил Керстин девственности, или она тебя, – пошутил Демидов.– А за это, она тебе подсунула дезу, чтобы ты теперь перед ней на цырлах прыгал, а потом женился, и увез её в Союз.
– А, я ей верю! И фрицу этому верю…. сказал Русаков, обидевшись.– Я обещал, что поделюсь с Керстин этими сокровищами, если найду. Тогда он показал мне на карте то место. Этот старый камрад, взял с меня слово, что мы разделим сокровища. –Ты Санчело, наивный, как чукотский юноша, и веришь в эту паранойю. Откуда у этого старого немецкого пердуна, такие бабки? Он что, арабский шейх, или внук
