– Нам придется…
«И сестру. Женщина-монстр не лучше монстра-мужчины. Форвертс Элен трансформируется в то же, что и у меня. Ты хотел убить Демона? Мы уничтожим их всех. Всех будущих демонов. А потом… у нас с тобой останется единственный путь…»
– И ты сможешь умереть добровольно?..
«Мы должны. Ты ведь догадывался, что не найдешь меня в морге, и все-таки пошел. Поэтому ты и не взял с собой Элен. Ты был готов».
Тиль закрыл служебную дверь и уперся в массивный стол.
«Чем ты занят?»
– Раз-два!.. Тяжелый, зараза… Я просто не хочу посторонних.
«Какая разница? Сейчас «Штурмы» превратят здание в воронку. Брось этот вариант, оставь его в покое. Дальше он будет жить сам, а для тебя здесь все уже закончилось».
– Ничто никогда не кончается.
«Верно. Впереди большая работа. Трудная и грязноватая. Но мы справимся, Тили. Вот так и справимся: «раз-два». Ты сам знаешь. Ты же форвард…»
Эпилог
Раз (Ein)
– Как поживают рыбки? – Тиль приблизился к аквариуму и заложил руки за спину.
– Живут… – ответил Полушин с наивной гордостью. – Марина беременная, скоро осчастливит.
– Марина – это которая?
– Ну вон же, с пузом.
– Синенькая?
– Какая же она синенькая?! Ну синенькая, синенькая.
Тиль постучал ногтем по стеклу.
– Не надо, им это не нравится.
– Они сами тебе сказали?
– Нет. Но они могли бы сказать.
Тиль с Полушиным переглянулись и захохотали.
– Сейчас я тебя котлетами угощу. Ты таких не ел.
– Я на минутку, Федя.
– Никаких минуток! Тебе что, каждый день домашние котлеты предлагают? Бабкин рецепт вспомнил, хочу попробовать. Мясорубку специально купил.
– Мясорубку?..
– Ну да. Только ради котлет и купил.
– Если ради котлет, тогда останусь, – улыбнулся Тиль. – Как здоровье, Федя?
– Да нормально, нормально.
– Ты все на таблетках?
– Сам же знаешь, зачем спрашивать?
– Погубит тебя эта химия…
Полушин, помолчав, достал из шкафа какой-то асимметричный агрегат.
– Это не мясорубка, это же целый комбайн, – произнес Тиль.
– А по мне – одна хреновня. Ты лучше о себе.
– Ничего нового, все по-прежнему: торгую сборной мебелью – школы, муниципальные больницы… По мелочам, Федя, по мелочам. На днях опять убытки случились. Двести тыщ коту под хвост.
– Что ж так?..
– Партнер ненадежный. Сейчас скажет одно, а через минуту – другое. Как с такими работать? В общем, средненький у меня бизнес, Федя. Самый что ни на есть средний.
– Ты молодец, Тили. Я думаю, ты из нашего поколения самый умный. Хоть и не самый старый. Иногда мне кажется, что ты умнее меня…
– Это только кажется, Федя. Меньше транквилизаторов принимай.
– Я уже привык. – Полушин размотал шнур и, подключив, пошел к холодильнику.
Склонившись над комбайном, Тиль заглянул в бункер и вынул оттуда пакетик с винтами.
– Федя… ты что перемалывать-то собрался?
– Свинину, говядину… М-мать!.. Не посмотрел. Спасибо.
– К сожалению, это не единственный электроприбор в твоем доме. – Тиль провел пальцем по книжному стеллажу и остановился у окна. – Не могу же я ходить за тобой, как нянька… – Он вытащил из-за пояса «стейджер». – Не могу, Федя…
Два (Zwei)
В окно было видно улицу – как обычно с тридцать восьмого этажа: река дороги, не слишком широкая, коробочки машин и фантики прохожих. К перекрестку тянулся пестрый ручеек – детская экскурсия, полсотни душ, не считая воспитателей.
Тиль ослабил галстук и побарабанил по подоконнику.
«Здравствуйте, – раздалось в мозгу. – Ордер на всех, оптом. Одна минута. Время пошло».
«Это плохая шутка, Элен».
«Да, пожалуй, неудачная. Я поднимаюсь к тебе».
«Что с аэротакси?»
«Утром на стоянке был пожар. Огонь погасили, но несколько вертолетов пострадало. Твой сегодня в город не выпустят».
«Он не мой».
– Ну ладно, ладно, не придирайся, – сказала Элен, заходя в кабинет. – Все хорошо. Разве могло быть как-то иначе?
– А разве не могло?..
Он взглянул на часы, потом снова – в окно. Дети прошли перекресток и направились вниз по улице.
Тиль длинно выдохнул и сел в кресло.
– Как дела в Москве? – спросила Элен. – Что-нибудь привез?
– Список. Полный список, это тоже неплохо, но подробностей… никаких. Достоверно Федору было известно только про нас, а что светит остальным… Ты сама это видишь?
– Нет.
– Вот и он не видел.
– Значит, и выбора нет?..
Тиль задумчиво покрутился в кресле.
– Как в Торонто слетала?
– Было трудно… – Элен опустила глаза. – В девятнадцать лет человек почти ребенок, а уж в семнадцать-то… И эта кличка все из головы не выходила. «Демон»!.. Семнадцать лет демону… Ты свалил на меня самое мерзкое, Тили.
– Мерзкого впереди еще полно. – Он выдвинул ящик и положил на стол исписанный листок, потом взял маркер и аккуратно отчеркнул строку.
– Тебе это обязательно? Нас ведь не так много… осталось.
– Помогает сосредоточиться, – сказал Тиль.
– Помогает забыть, что это живые люди, и что у нас общий предок…
– А тебе – обязательно?! Говорить все это вслух, как будто я сам не знаю, как будто мне самому… – Он осекся. – Извини.
– Ничего. Встретились… Нормально.
Тиль встал и, обняв Элен, ткнулся носом ей в макушку.
– Я скучал по тебе.
– Волновался?
– Нет, конечно.
– Хоть немножко…
– Нет.
– Ну хоть капельку!
– Не смеши. Только скучал.
– Я тоже. Ладно, показывай.
Тиль извлек из кармана бархатную коробочку.
– Училась бы ты молчать, женщина. Весь сюрприз испортила…
Элен открыла футляр – внутри лежала серьга с большим бриллиантом.
– А втору-ую?..
– Это вместо обручального кольца, а их парами не носят.
– О-па… Ну ты, Тили… Ну ты даешь…
Он цокнул языком и выставил указательный палец:
– Все-таки получилось!
– Ты серьезно?! И музыка будет?
– И музыка, и белый «Хаммер» с колокольчиками.
– Белый?.. Мне бы чуть потемнее. Я хотела черный, вообще-то.
– О черном забудь.
Элен прикусила губу и, открыв нижний ящик стола, вытащила оттуда конверт.
– Ты сегодня в ударе, Тили. Герр и фрау Бланк…
– Хоть чем-то удивил.
– А что дальше?
– Смотри вперед, форвард, там же все видно.
– Видно, видно. Сплошная мелодрама: взявшись за руки, идут на рассвет. Долго и счастливо.
– Должно же это с кем-то быть: взявшись за руки – на рассвет. Почему не с нами?
Элен закурила и достала из конверта билеты.
– Герр и фрау Бланк…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
