пощечина эхом разлетелась по салону машины.
Его злой взгляд встретился с моим, но, почему-то я не испугалась его, а наоборот, готова была противостоять этому напору.
В мгновение мужчина появился перед моим лицом так, что оставалась несколько сантиметров между нами, отчего я отшатнулась назад.
— Думаешь, самая умная? — Он хватает меня за шею, отчего она откидывается назад, а его губы оказываются рядом с моим ухом. — Почему я издеваюсь над тобой? Мне нравится это! Доставляет удовольствие! То, как ты злишься, сопротивляешься, бежишь все рассказывать своему парню, пытаешься казаться сильной, но на самом деле ты жалкая девчонка из деревни, которую в шестнадцать лет изнасиловал родной отец. — Его слова заставляют сжаться грудной клетке, а слезам выступить на глазах. Я пыталась забыть это как страшный сон, но это было лишь временно, а теперь Максим заставил память вспомнить тот ужасный день, про который я не хотела говорить даже Даниелю.
Время не лечит!
— Откуда ты знаешь? — Заикаясь произношу я, начиная тяжело дышать.
— А, я тебе не говорил, что подружился с лучшим другом твоего отца? Он то мне и рассказал твою жалкую жизнь, отчего меня чуть не вывернуло. — Максим стервозно отпускает меня, и садится, подправляя рукава рубашки. Провожу рукой по шее, чтобы немного убрать чувство жжения на коже.
— А он тебе не рассказал, что сделал это вместе с моим отцом? А после угрожал расправой, если я пискну об этом инциденте? — С глаз уже капали слёзы, которые я не собиралась стирать. Максим прищурился, посмотрев в мою сторону.
— Да уж, за такое я бы отрубил им член с яйцами, и заставил бы сожрать, но оставим это на потом, когда ты будешь покорной девочкой, после чего я отомщу этим недоумкам за такое хрупкое существо, как ты. — Может быть я радовалась этому заявлению, если бы об этом не сказал Максим.
Я молчала, глотая свои слёзы. Я уже не горела желанием спорить с ним, или слышать его условия. Хотелось домой, услышать голос Даниеля, чтобы он успокоил меня, после чего поесть и попробовать поспать.
— Во-первых, ты должна держать язык за зубами! Если что-то расскажешь Даниелю, то поплатишься за это, и не обычной пощёчиной. Не люблю, когда разглашаются какие-то тайны, ведь это только между нами. — Начинает говорить Максим, но я не смотрю на него, но слушаю. — Во-вторых, ты должна быть послушной девочкой, и выполнять задания, которые я буду тебе давать, ну а в случае непослушания, вспомни пункт первый. В-третьих, ты должна помириться со своей подругой. — Его условие заставляет мою голову повернуться. — У неё есть связи, которые приведут тебя к истине, точнее, нас всех. Старайся быть в кругах, где ходит она, и докладывай все, что она делает, а тем более, с кем общается. Вроде эти три условия не такие тяжелые, думаю ты справишься. — Он мне подмигивает, но я без эмоционально продолжаю смотреть на него.
— Отпусти наших родителей. — Говорю я, не надеясь на положительный ответ, но, попытка не пытка.
Максим усмехается, оглядывая меня. С минуту он молчал, после чего сел, и взглянул в мои глаза.
— После того, как я трахну тебя в своём номере. — Казалось, что омерзительней он уже ничего не скажет, но, видимо говорить такое у него в крови.
— Я выполню твои условия, разве этого мало? — С усталостью произношу я. Максим качает головой, откидываясь на спинку сиденья.
— Знаешь, сделка штука такая, за условия, я должен был оставить тебя в покое и отпустить этих прекрасных созданий, но если ты хочешь перейти к главному, то должна выполнить одно из условий, которое я только что предоставил. — Издевательски произносит мужчина.
— Если я помирюсь с Таней, ты отпустишь их? — Я уже ощущала, что силы готовы покинуть меня, но Максим наоборот выглядит так, будто не вымотался со мной.
— Это слишком легко, девочка! А если я трахну тебя, то так, чтобы ты задыхалась от оргазма снова и снова. Конечно, после этого ты можешь оставить своего парня, эведь со мной он наврятли сравнится. — Максим кладёт свою руку на свое колено, в упор смотря на меня. — У тебя есть две минуты. После твоего ответа я сразу же звоню своим людям, и по видеозвонку они отпускают ваших мам, грузят в машину и отвозят домой, после чего мы едем в отель. — Как же мне хотелось ударить его по наглой роже, чтобы он выключился, желательно навсегда.
А у меня разве оставался выбор? Я не знала, сколько времени пройдёт, чтобы выполнить его условия, как и не знала того, что делает Максим с нашими мамами. Моя мама была мне дорога, и уж я лучше унижусь перед собой, чем моя мама будет черт возьми где, и неизвестно в каких условиях. Мамочка бы не оставила меня, и сделала бы все возможное, чтобы высвободить меня, и я сделаю тоже самое, чтобы она вернулась домой.
— Пускай их привезут в мою квартиру, где я жила. — Говорю я, приняв свое решение. — Ключи есть на ресепшн. — Максим усмехается, и берет свой телефон, быстро кого-то набирая.
Мое сердце гулко отбивалось в висках, и все, что я хотела, так это того, чтобы это все по скорее закончилось.
— Смотри, и убедись, что я выполняю свое условие. — Максим показывает свой телефон, и я вижу то, как мою маму, и маму Даниеля освобождают от верёвок на руках и ногах.
— Мама. — Говорю я, выхватывая телефон из рук Максима.
— Она не слышит тебя, можешь не стараться. — Я не хочу слушать мужчину, и продолжаю смотреть то, как на их головы надевают мешки и выводят на улицу, обращаясь не как с людьми, а как с животными, постоянно их пихая, чтобы шли.
— Они должны обращаться с ними нормально. — Вырывается у меня.
— Этого не было в уговоре. — Сжимаю одну руку в кулак, и отдаю телефон Максиму, после чего отсаживаюсь к окну.
— Все, поехали. Чем быстрее это закончится, тем будет лучше. — Максим усмехается, и несколько раз ударил своего водителя по плечу, тот сразу же завёл двигатель, начиная путь.
— Отвези в отель. — Но только сейчас я поняла то, что Максим живет в отеле, значит, он здесь не имеет квартиры. Все равно
