в трактире, Белла положила котят в корзину, а корзину – на пол в повозке, и сказала Табите:
– Приступайте к своим обязанностям, мамаша.
Табита вздохнула и легла, а котята пристроились рядом.
– Я не совсем это имела в виду! – запротестовала Белла, увидев, что Торн смеется над ней.
Он заключил Беллу в объятия и быстро, но очень волнующе поцеловал, сбив ее чепец набок. И в тот момент вошла служанка, чтобы накрыть на стол.
Белла вырвалась из его объятий, но все, что она придумала сказать в этой нелепой ситуации, – это:
– О боже, боже, – запричитала она, будто в полудреме.
– Если не хочешь, чтобы тебя целовали, жена, не стоит быть такой привлекательной.
Горничная захихикала и, будто поздравляя Беллу, улыбнулась. Белла повернулась к зеркалу, чтобы поправить чепец, и увидела, как раскраснелись ее щеки и засияли глаза – этого было не скрыть даже за совиными очками. Горничная увидела в них любящую пару. Белла могла только мечтать, что однажды так и будет. Но мысли о том, что скоро их совместное приключение закончится и они расстанутся, не покидали ее.
Когда в конце дня они возвращались обратно в Апстон, начал моросить дождь. Белла закрыла корзину с кошками крышкой и натянула на голову капюшон от своего плаща. Голову Торна защищала лишь его треуголка.
– Надо было захватить с собой плащ, – с сожалением сказал он. – Не смотрите на меня так озабоченно; мне доводилось промокать и намного сильнее.
– Часто сталкиваетесь с бурным морем?
– Это лучше, чем мертвецки спокойное. Так же, как темпераментная женщина намного лучше равнодушной.
Вопрос вырвался сам собой:
– А какой вы видите меня?
Он посмотрел на нее – его глаза заблестели.
– Ни той, ни другой. Вы, моя дорогая, как свежий ветер в солнечный день, наполняющий паруса и дарующий кораблю крылья.
– Хотела бы я быть такой. – Она внимательно посмотрела на него.
– Быть как ветер?
– Нет, не думаю, что мне бы это понравилось. – Белла рассмеялась. Надо было придумать более внятный ответ, но, к ее спасению, на горизонте завиднелся всадник, скачущий галопом и опустивший голову от дождя.
Белла думала, что он проскачет мимо, но всадник остановился возле них.
– Доброго вам дня. Это вы интересовались кошками-кроликами?
Белла застыла на месте. Это был лорд Фортескью, друг ее отца. Несмотря на свои шестьдесят лет, он все еще был в хорошей физической форме и вполне бодр. Если он внимательно на нее посмотрит, значит точно что-то заподозрит. Но может ли он узнать ее?
– Боже правый! – сказал он, и Белла приготовилась к неприятностям. Но тут лорд начал извиняться. – Прошу прощения, мадам, но, Айторн… что вы здесь делаете, как…
– Я путешествую инкогнито, – дружелюбно ответил Торн.
– Ах, вот оно что… – Еще один взгляд на Беллу, которую он, вероятно, принял за любовницу предполагаемого герцога, а затем снова перевел взгляд на Торна. Как же Торн решит эту проблему?
– Вы по важному делу? – спросил Фортескью.
– Вовсе нет, сэр. Я не из тех, кто открывает новые земли или далекие звезды, а лишь ищу еще представителей данного вида. – И Торн открыл корзину.
Табита подняла глаза и недовольно закрыла крышку.
– Довольно-таки странное создание. Но… не смею дальше удерживать вас под таким дождем. Где вы остановились?
– В гостинице «Олень и заяц» в Апстоне.
– Могу ли я поговорить с вами, герцог Айторн? Есть несколько вопросов, которые я хотел бы обсудить.
Белла увидела, как дернулись мышцы на лице Торна, но он ответил:
– Конечно, сэр. Приходите завтра вечером.
Они договорились о времени встречи, и лорд Фортескью, прикоснувшись к своей мокрой шляпе и кивнув, ускакал прочь. Белла все это время наблюдала за происходящим, удивляясь, почему Торн просто не сказал правду.
Когда он снова привел лошадь в движение, Белла не выдержала и взорвалась:
– О чем вы только думаете? Это неправильно – выдавать себя за своего брата, я даже уверена, что незаконно! Но приглашать лорда Фортескью на обед? Под таким дождем он, может, и не заметил разницы, но за столом…
– Поверьте мне, – сказал Торн спокойно. – Мы с братом очень похожи.
– Но ваш брат герцог, а вы морской капитан. Почему вы просто не поправили его и не сказали, кто вы на самом деле?
– Сначала мне показалось, что необязательно вдаваться в подробности. Но я не ожидал, что он попытается назначить новую встречу.
Белла вытерла капли дождя со своего носа.
– Он захочет поговорить о политике. Но вы не сможете поддержать этот разговор.
– Вы так думаете?
– Уж точно не так, как ваш брат.
– Вы правы, – сказал он с раздражающе загадочной улыбкой. – Тем не менее что-то и мне известно. Вопрос в том, стоит ли вам присутствовать при этом?
– Вот уж увольте, – твердо сказала Белла. – Я не хочу в этом участвовать. Тем более что лорд Фортескью был другом моего отца. Сейчас он не обратил на меня особого внимания, но сможет узнать.
– Да… Хорошо.
– Вы не можете отменить встречу? – умоляла она. – С законом шутки плохи! Людей вешают за все подряд. Я уверена, что выдавать себя за герцога – это что-то вроде измены родине.
– Белла, – сказал он, почти смеясь над ее чрезмерной тревожностью. – Доверьтесь мне.
Она открыла корзину и сказала в нее:
– Может, тебе удастся его вразумить?
Глаза кошки на мгновение приоткрылись, но затем закрылись снова. Безмолвный ответ был однозначно отрицательным.
– Это может помешать моим планам отомстить брату, – сказала она раздраженно. – И, если вы скажете «доверьтесь мне» еще раз, я… Воткну в вас свою шляпную булавку!
Торн лишь рассмеялся в ответ.
«Олень и заяц» встретил их чистыми полотенцами, теплым камином и горячим пуншем. Пока Белла сполна наслаждалась всем этим, Торн куда-то исчез. Она на мгновение забеспокоилась, не обидела ли она его своими протестами.
Белла, переодевшись в сухую одежду, сидела перед камином в гостиной и утешалась чашкой горячего пунша, когда появился Торн, вытирая волосы полотенцем. Он уже успел снять сюртук, и на нем была только жилетка, надетая поверх рубашки.
– Куда вы уходили? – спросила она. – Отменяли встречу с лордом Фортескью?
– Нет. – Он налил себе немного пунша и сел в кресло. – Трактирщик хотел передать мне записку так, чтобы вы ее не видели. Ее принесли из «Старого дуба».
– Вы были там? Сейчас? – Ей была ненавистна одна только мысль о том, что он снова был в борделе, пусть даже недолго.
– Забежал ненадолго, – сказал он многозначительно. – Огастус будет там завтра.
Торн выглядел довольным новостями, но у Беллы заурчало в животе.
Завтра.
Все может закончиться завтра.
– Значит, нам нужно срочно придумать
