Гарри, Стив или Джон. Каждый стремится выделиться. Стать не таким, как все. Этак в следующем поколении на свет появится какой-нибудь Телониус, Альдебран или, прости Господи, Констербарклауден младший. Для друзей — Констанция. Кто этих фриков разберёт, что у них будет твориться в головах.
— Всегда рад помочь, мисс Гловер. Друг, сами знаете кого, — мой друг. Его враг — мой враг. Его жена — моя…, гхм. Ну, думаю, логику вы поняли, — рассмеялся, возвращаясь к прежней, несерьёзной манере беседы.
— Скажи, а с какой целью ты стремился сюда попасть? — полюбопытствовала девушка, оглядываясь в поисках других знакомых лиц. — И чем ты занимаешься?
— Провожу много времени за компьютером и чтением. Сюда пришёл, чтобы увидеть звёзд кинематографа из первых рядов и потому что могу. Кажется, тебя зовут, — кивнул в сторону, где ей призывно махала рукой какая-то женщина.
— Извини. Мне нужно отойти, — предупредила Тина после короткого раздумья.
— Ничего. Я всё понимаю. Это тебе спасибо за помощь. Если эти идиоты снова будут приставать, зови. Побить не обещаю, но разорить их компании, устроить финансовые трудности, обрушить кредитные рейтинги или выкупить акции, мне вполне по силам. Пусть и не за один день. Поверь, для них это будет намного-намного страшнее.
Когда впечатлённая Тина оставила меня одного, быстро нашёл себе удобное место. В уголке. Откуда открывался хороший обзор на банкетный зал. Куда вскоре должна прибыть принцесса Кэтрин. Пока её ждал, успел выпить пару бокалов с шампанским, останавливая официантов, что курсировали по всему залу с полными подносами, не желая выделяться на фоне других гостей. Отшил нескольких женщин, желающих познакомиться, фразой — «Извините, я занят. Жду свою принцессу».
Поскольку нельзя просто так подойти и попросить её во всём признаться, не раскрывая себя, решил устроить небольшое шоу. Личность Уве Йоханссона должна остаться вне подозрений. Кроме того, лучше обойтись без личной встречи. Да и стиль общения стоит подобрать такой, чтобы принцесса даже не сомневалась, что всё очень серьёзно. Пора обзаводиться собственным характерным «почерком». Кроме того, знакомство с Гловер не прошло бесследно. Тина натолкнула меня на интересную идею.
Поскольку предстояла очень тонкая игра, на пределе сил, несколько минут потратил на подготовку. Принял лекарства, прописанные госпожой Чамар. Очистил сознание. Смоделировал в памяти виртуальную сцену. Запустил на полную мощность внутренний «реактор» А-поля. Лёгким телепатическим импульсом отправив принцессе Кэтрин установку, пошёл в туалет. В мужской. Запершись в кабинке, немного подождал. Через пять минут в женский туалет зашла принцесса Кэтрин, прочувствовав необходимость «попудрить носик».
К тому времени, когда она появилась, помещение через стенку было полностью под моим контролем, заключённое в невидимый куб из А-поля. Подключившись к сознанию принцессы, увидел мир её глазами. Наложив одну картинку на другую, запустил сцену.
* * *
Заходя в туалет, Кэтрин совершенно не ожидала увидеть там нечто, что выйдет за границы здравого смысла. Строго говоря, она, вообще, не ожидала ничего сверхъестественного от обычного посещения уборной. Оттого реакция шокированной принцессы была столь сильной.
Не увидев других посетительниц, она спокойно прошла к ближайшей кабинке, открыла дверь и… остолбенела. На унитазе с опущенной крышкой, закинув ногу на ногу, задумчиво сидел здоровенный, толстый …. жаб. В коротких штанишках на лямках. С маленькой, золотой короной на голове. Увидев принцессу, жаб заметно обрадовался.
— Ну, наконец-то! Ты же принцесса? Сколько можно ждать?! Тебя только за пиявками посылать. Целуй, целуй уже быстрее!
Прикрыв глаза и вытянув губки, сложив их бантиком, противный жаб начал издавать чмокающие звуки.
Испугавшись непонятно чего, Кэтрин тут же с силой захлопнула дверцу кабинки. Налегла на неё плечом, блокируя. Не понимая, что это бессмысленно, учитывая широкий зазор между дверцей и полом. Действуя на эмоциях.
Убедившись, что за ней никто не гонится, Кэтрин быстро огляделась по сторонам. Постояв несколько секунд с крайне растерянным и ошеломлённым видом, слыша громкий стук своего сердца, девушка попыталась найти этому разумное объяснение.
— Не может быть, — попыталась себя в этом убедить.
— Полностью с тобой согласен, — обиженным тоном поддержал её мерзкий жаб, из кабинки. — Где это видано, чтобы меня, да не поцеловали?
Слегка приоткрыв дверцу, Кэтрин заглянула в неё одним глазком. Желая убедиться, что она не сошла с ума. Ведь этого не может быть. Потому что не может быть в принципе. Однако жаб-принц спокойно сидел на своём месте, не собираясь рассеиваться. Надувшись от раздражения и обиды.
— Что смотришь? Ты расколдовывать меня собираешься или нет? Так и быть, — скривился «прекрасный принц» в гримасе сожаления, — можешь целовать с закрытыми глазами.
— Говорящий жаб?! — недоверчиво воскликнула Кэтрин, не зная, что делать дальше.
— Нет, золотой горшок. Говорящий енот, — выругался жаб-принц, найдя ещё более безумное объяснение. — Заходи давай. Поговорить нужно. Ну что за впечатлительные принцессы пошли? Нет, чтобы как раньше, — А что мне за это будет? А велико ли твоё королевство? Есть ли портрет?
Чувствуя, как у неё голова пошла кругом, Кэтрин открыла дверцу шире.
— Но это же невозможно, — указала девушка на очевидную вещь.
— Так своему психиатру и повторишь. Слово в слово. Проходи давай. Не кусаюсь я. У меня и зубов-то нет. И ручки маленькие, липкие, цепкие. Хе-хе-хе.
Принц-жаба, выставив пальцы на уровни груди, направив их на принцессу, продемонстрировал, насколько они у него подвижные. У Кэтрин нервно дёрнулась щека. Ей сильно захотелось срочно стукнуть это мерзкое, похотливое животное.
Ещё раз осмотревшись, так и не обнаружив свидетелей этого разговора, она всё же прошла в кабинку. Которая, каким-то неведомым образом, словно вытянулась, став просторнее. Позёрски щёлкнув пальцами, «прекрасный принц» создал резной деревянный стул с высокой спинкой. Прямо напротив своего «трона».
Дождавшись, когда принцесса сядет, ощупав стул на предмет его материальности, жаб совершил ещё одно чудо. Достал из-за спины большие очки в роговой оправе, записную книжку и заточенный огрызок карандаша. Нацепив на морду очки и тщательно обслюнявив грифель, жаб профессиональным тоном начал опрос.
— Рассказывай. Что беспокоит? Что тревожит? Хорошо ли спишь по ночам? Не мучают ли ночные кошмары и муки совести? Всё же убила одноклассника. Ну, как убила? Пыталась. Скорее даже, хотела пытаться. Не сильно-то и стараясь, — последовало всё больше уточнений.
— Какого ещё одноклассника? — Кэтрин окончательно перестала понимать, что происходит.
— Эрика Йохансона по прозвищу Зве… эээ… Гоблин. Да, точно, — сверился с записями. — Гоблин.
Кэтрин, не шевелясь, моргнула. Потом ещё раз. И ещё.
