его пояса две гранаты, одну засунул ему за пазуху, а вторую вбил в его открытую пасть, ломая зубы. — Немезида, кушать!
И поставив Николая в проём, сильным ударом ноги отправляю его внутрь комнаты. После чего дверь была закрыта и раздался сильный взрыв, вперемежку с громким воем монстра. Выстрелом в панель я ломаю её, закоротив механизм, и теперь так легко дверь не открыть. Может, выиграем пару минут.
— Джилл, ты в порядке? — вернувшись ко всем, тут же подбежал к подруге.
— Да, всё хорошо, — ответили мне, но я всё равно осмотрел шею внимательно. Небольшой порез присутствовал, но ничего серьёзного не было. Как заживёт, даже следов не останется. Теперь, я мог успокоиться.
Как раз в этот момент, мы услышали приближающийся шум лопастей вертолёта. Он становился всё ближе и ближе, пока наконец, он не показался над нами, зависнув в воздухе и стал спускаться вниз.
— Как же хорошо, что вы прилетели, — воскликнула Джилл, выйдя вперёд, когда шасси вертолёта коснулись земли, и дверь со стороны пилота открылась.
— А как я рад, что прилетел вовремя! И рад, что ты цела!
Мужчина, что вылез оттуда, был чем-то знаком, а вот когда он заговорил, я в удивлении уставился на него. Хах! Не ожидал!
— Барри? Это ты!
— Разве не похож? — ухмыльнулся этот медведь. — Я уже несколько дней сижу на радио, надеясь выйти с кем-то на связь, и надеясь, что смогу связаться с тобой.
— Надеюсь, ты хотел связаться с ней, чтобы спросить какого чёрта она вообще сюда решила вернуться, — подошёл ближе я, не сдерживая улыбки.
— Кас. Чёрт, как я рад вас обоих видеть! — крепко пожал мне руку Бёртон. А уж как я был рад его видеть, кто бы знал. — Садитесь все в вертолёт, пора покинуть это чёртово место.
* * *
Джилл была согласна со словами Барри. Она смертельно устала, и хотелось уже отправиться как можно дальше, чтобы больше не видеть всё это. Все эти смерти, в которых виновата Амбрелла. Когда они прибудут в безопасное место, она вначале примет горячий душ, чтобы смыть с себя весь этот запах мертвого города, потом завалится спать. А потом… Потом она будет снова драться, чтобы уничтожить Амбреллу. И уже погрузившись в вертолёт, она обратила внимание, что сели ещё не все.
— Кас, садись! — позвала девушка напарника, который смотрел куда-то в сторону, и услышав своё имя слабо вздрогнул, повернувшись.
Он ничего не сказал, лишь смотрел ей в глаза, после чего слабо улыбнулся своей обычной, тёплой улыбкой, которую она видела столько раз. Только вот посмотрев в его глаза, она поняла — Кастиэль не собирается садиться в вертолёт.
— Барри, увези их как можно дальше, — крикнул Мэтисон, сделав несколько шагов назад.
— Ты что удумал?! — крикнула Валентайн, и её крик слился с криком Барри. Остальные были спокойны, и, посмотрев на них, она поняла, что они что-то знают. Карлос вообще виновато отвернулся.
— Боюсь, я не могу отправится с вами, Джилл, — спокойно ответил напарник, одной рукой чуть отодвинув в сторону пальто, и приподнял край рубашки, под которой оказалась забинтованная рана. Догадка о природе раны пришла очень быстро, и он лишь подтвердил её. — Немезида добрался не только до тебя, но… Вот так вот. Если бы это был простой укус зомби, всё было бы по-другому, но тут я уже не уверен, что смогу справиться с заражением. Я не хочу подвергать вас опасности.
Отпустив край рубашки, Кастиэль усмехнулся, растрепав прическу.
— Когда выберетесь отсюда, найдите Леона Кеннеди и Аннет Биркин. Они пережили Ад в этом городе, так что вам лучше держаться вместе, особенно когда будете сражаться с Амбреллой. Также, когда встретишь Криса, скажи ему, что Клэр в безопасности вместе с ними, и пусть свяжется с ней, если не хочет, чтобы его сестра снова отправилась куда-то его искать. А то она догадалась приехать в город, чтобы его найти. Хах, упёртость у Редфилдов явно в крови.
— Кас, но…
— Я ни о чём не жалею, Джилл. И не изменил бы своих решений, я же говорил. Если судьбой будет решено, мы ещё встретимся. У меня есть меньше четырёх часов, так что спрячусь где-нибудь, и буду надеяться, что смогу справиться со всем этим дерьмом. Поэтому, я не говорю прощай. Я говорю — до следующей встречи, друзья.
Ей хотелось вылезти, и силой запихнуть этого упрямца внутрь вертолёта. Хотелось, но… она не могла. Он твёрдо решил остаться, и даже попробуй Джилл использовать силу, Кас вырубил бы её. Джилл почему-то прекрасно поняла это. Барри, немного поерзав на месте, открыл дверь.
— Кас, возьми!
Кастиэль подошёл ближе, приняв в руки небольшую коробку. Открыв её, он достал оттуда кольт Анаконда, один из тех, которых Барри чуть ли не каждый день разбирал и чистил, чтобы тот всегда был в боевой готовности.
— Зачем? — непонимающе спросил Мэтисон, на что получил ответ.
— Раз уж ты решил остаться, тогда покажи им всю мощь выживших из Раккун-Сити, — мрачно произнёс бывший боец элитного отряда. — Надеюсь, он поможет тебе добраться до безопасного места. Береги себя, и только попробуй умереть.
— Спасибо, Барри. Буду его беречь.
Они пожали друг другу руки, после чего Кастиэль отошёл на несколько шагов назад. Барри начал поднимать вертолёт вверх, постепенно отдаляясь от земли, и оставляя там последнего полицейского города Раккун-Сити. Кастиэль Мэтисон не отрываясь смотрел им вслед, пока наконец, они не скрылись в небе.
Приближался рассвет. Выжившие покинули мёртвый город, оставив в нём своего напарника, и своего друга.
* * *
За несколько минут до рассвета.
Потратив почти все оставшиеся силы, Кастиэль Мэтисон с огромным трудом закрыл дверь в бомбоубежище. Панель сбоку показала, что дверь запечатана, и с этой стороны его теперь вряд ли открыть, но полицейского этого не волновало. Если он превратится в монстра, то так даже лучше, никому не навредит. Взгляд с трудом выхватывал какие-либо вещи, даже то, что здесь было некоторое количества питания и воды, он если и увидел, то не смог осознать. От усталости мозг практически перестал нормально функционировать, да и тело слушалось уже на чистом мазохизме. Краем глаз полицейский смог выловить отражение в зеркале, которому усмехнулся. Бледная кожа, чёрные круги под глазами, небритость… Если бы не вся эта кровь, которой его периодически рвало и в которой запачкалось его лицо и одежда, он был бы похож на уставшего шахтёра, что месяц работал под землёй.
Последние силы ушли на то, чтобы добраться до нечто похожего на раскладушку, или кровать, и упал
