перегонку нефти с целью получения керосина. Не буду мудрить, дедовским способом. Ну не устраивать же мне крекинг и не строить ректификационную колонну! Теперь вот вывихиваю мозги, вспоминая как устроена керосиновая лампа, керогаз и примус. Лампа и примус были когда-то у бабушки Липы. Лампу она держала на случай отключения электричества, а примусом пользовались летом, когда печь топить было слишком жарко. Лампа у бабушки была ещё царских времён, с какими-то медалями на боку, баба Липа называла ее "городска, трехлинейка". Я долго не могла понять, при чем тут винтовка Мосина. Оказывается, там силу огня можно было регулировать по линиям, самая яркая была третья линия. До сих пор помню картинку из детства - зима, за окнами бушует метель, очередной обрыв проводов, и я делаю уроки в неверном свете этой лампы, отбрасывающей страшные, несуразные тени. Потом ужинаем с этой же лампой и в семь вечера ложимся спать. Долго не спим, слушая как завывает ветер и трётся о стены домика пурга, как большая медведица. Ой, ну хватит! Самое сложное там - получить стекло нужной конфигурации.
Значит, решено, едем! На людей посмотреть и себя показать. К тому же, леди Грейс так умоляюще смотрела на нас с Айлин! Я понимала, ей до смерти хотелось похвастаться новыми знатными родственниками перед заклятыми подругами. Нечто типа: «вы нами пренебрегали, называли худородными, а посмотрите, какая у нас семья, какая родня вся именитая!». К тому же, как я поняла, эта девица Мелли уже до чёртиков надоела свекрови. Бедной леди Грейс приходилось терпеть вечное нытье девчонки, что ей скучно, неинтересны все те домашние хлопоты, которые ей показывает тетя Грейс, а цветы она просто ненавидит, если ей не дарят букеты. Что очень обижало леди Грейс, у нее были самые роскошные розы в округе, предмет ее тайной гордости. Она и мне, возле нашего нового дома и возле гостевых домиков, посадила разные цветы, в том числе и розы. Цвели они и в крепости у Айлин. Свекровь даже сама приезжала ухаживать за цветами. Мы с Айлин оказались обе не приспособлены к сельскому хозяйству.
К тому же свекрови приходилось во все глаза следить за Мелли, чтобы она не выкинула чего-либо компрометирующего. В основном девица подкарауливала везде, где удавалось ей, Чарли. Я даже было попыталась устроить мужу скандал на эту тему, но он вполне искренне изумился:
- Кто? Мелли бегает за мной? Глаз положила? А ей никто не говорил, что я давно женат и это неизменно? Да и не замечал я ее. Это мамина гостья, вот пусть сама ею и занимается, а мне не нужно. Это хорошо, что Грега до сих пор нет, а то бы открыла на него охоту, а ему это надо?
В общем, скандал так и закончился, толком и не начавшись. Какой смысл скандалить, если Чарли и не замечает надоедливую прилипалу?
Так что сборы были активные. И в самом деле, надо же было похвастаться платьем, которое специально для меня привезла леди Йоханна из столицы Аурелии! Телеги сюда, в Дейтон, доставила бабуля. Хорошо, что я теперь замужняя дама и мне нет необходимости носить эти блеклые тряпки, приличествующие невинным девицам. Так что ярко-зелёное тафтяное платье очень удачно оттеняло мои карие глаза и каштановые волосы. Из драгоценностей пригодился гарнитур, подаренный леди Филиппой из зелёного турмалина. Кстати, редкий и дорогой камень, под ювелирным названием верделит добывается исключительно на Урале. Небольшие каплевидные серьги, ожерелье, представляющее собой перевитую золотую цепочку со вставками из небольших камней. Кольцо с огранкой камня кабошоном. Этого вполне достаточно для провинциального приема. Тем более, сегодня должна сиять Мадлен, а не гостьи. Это ее праздник… Тем не менее, когда я спустилась в холл, Чарли, ожидавший меня у лестницы и протянувший мне руку, ревниво прошипел мне на ухо:
- Там будут потанцульки, учти, танцуешь только со мной! Даже думать не хочу, чтобы к тебе кто-то прикоснется!
Да ты у меня ревнивец, оказывается! Но я его успокоила, таинственно прошептав:
- Да я танцевать не очень-то… если кто и пригласит, то пожалеет, все ноги оттопчу!
Бабуля украдкой показала мне большой палец (и где только научилась?). Сама леди Филиппа выглядела очень достойно для своих лет, маски и ванны свое дело сделали, подкрашенные волосы, да и я с утра малость поколдовала над ней с моей косметикой. Так что лорд Маркас заранее подвязывают челюсть, а то ещё наступит кто… Он должен приехать к Роджерсам вместе с семействами Айлин и Полины. Ради бабули я, всегда ненавидящая шитье, больше недели переделывала ее платье. Безжалостно выдрала весь кринолин, все обручи, сделала платье прямым, немного в греческом стиле, закрытый ворот, драпировка на одном плече. И вот на этой драпировке, на благородном бархате ультрамаринового цвета, горела брошь из друзы альмандинов, переливающаяся оттенками от малинового до почти черного. Это и был мой подарок для бабушки. Ювелир, наконец, выполнил работу до конца. Отдавал мне брошь с явной неохотой. А вот нечего было пытаться меня обжулить.
Подарила брошь я ещё вчера, конечно, все наше дамское население рассмотрело, восхитились. Леди Грейс вздохнула печально, ей тоже хотелось такое, но она не знала откуда у меня эти камни и как о них попросить. А вот Мелли рассматривала тщательно, не скрывая своей зависти и жадности. Мда… однако… Ладно, на день рождения свекрови подарю и ей такую же брошь, я ещё нашла три друзы, две побольше, одну поменьше. Более крупные уйдут к дяде Мейсону, а из мелкой будет украшение для леди Грейс. Самое главное - это чтобы про камни не прознал дед Маркас. Тогда я не знаю, как отбиваться буду от него. Нервно хихикнула, представив, как придется мне тогда круглосуточно жить в том ущелье. Изредка мне будут спускать еду, ещё реже доставать оттуда помыться. Но хватит предаваться глупым мыслям. Раз все готовы, то едем.
***
Мелли сердито фыркнула, но постаралась сделать это незаметнее, иначе опять последует нотация от леди Грейс. Мол, неприлично для леди фыркать. Какая же она нудная, леди Грейс! Как только ее невестки терпят и даже любят по-своему. Даже матушка Мелли давно от нее отстала с попытками сделать из нее приличную леди. Скучища ведь соблюдать все эти дурацкие правила! Мелли была свято уверена, что мир должен подстраиваться исключительно под ее желания и требования.
Вот сейчас она хотела, чтобы исчезла эта противная Дженни. И что ею все так восхитились? Ну да, платье на ней красивое, столичное, да ещё
