ссадины передней поверхности коленных суставов, правого бедра спереди.
Ее смерть наступила на месте происшествия вследствие проникающего ранения сердца.
После этого Ряховский, оголив нижнюю часть туловища трупа, пытался ввести половой член во влагалище, однако этого сделать не смог по физиологическим причинам.
Он же в том же месте, непосредственно после убийства, похитил принадлежавшие ей часы "Электроника-5" стоимостью 20 руб., сняв их с руки трупа.
По существу предъявленного обвинения Ряховский виновным себя не признал и заявил, что это убийство он не совершал. Свои ранее данные признательные показания он не подтверждает, поскольку они им даны после "беседы" с работниками милиции Барвихинского отделения милиции.
Несмотря на то, что Ряховский отказался от своих ранее данных признательных показаний, когда он последовательно и подробно излагал их различным следователям в присутствии адвоката, его виновность полностью подтверждается следующими собранными по делу доказательствами.
Так, впервые о совершении этого убийства Ряховский заявил, будучи допрошенным еше в качестве свидетеля, 13 апреля 1993 года.
Примерно года три назад летом, точно он не помнит, в каком месяце, находился в том же месте (где именно 9 марта 1993 года совершено другое убийство) с обратной стороны Рублево-Успенского шоссе. Около 13 часов он стоял на тропе недалеко от Рублево-Успенского шоссе метрах в 70. Там он повстречал женщину. Ей было около 60 лет. На ней была одета сине-голубая комбинированная куртка, джинсы синего цвета. За плечами у нее имелся рюкзак, по-видимому, красного цвета. Когда она поравнялась с ним, то он схватил ее руками за плечи и повалил на землю. После чего та стала кричать. Здесь же он ее задушил руками и оттащил в кусты метров на десять.
Он не помнит, насиловал ли потерпевшую либо нет, но ударил ей ножом в спину. С погибшей снял наручные часы "Электроника" с пластмассовым ремешком черного цвета. В дальнейшем часы он выбросил.
Будучи допрошенным в качестве подозреваемого, 14 апреля 1993 года Ряховский заявил, что ранее при допросе он дал полные, исчерпывающие показания, которым следует доверять.
О совершении такого убийства Ряховский вновь повторился в своем показании на имя прокурора г. Одинцово от 20 апреля 1993 года.
При допросе 21 апреля 1993 года Ряховский полностью подтвердил свои ранее данные показания, за исключением того, что стал отрицать факт похищения часов, имевшихся при погибшей.
Такие показания Ряховского фиксировались с применением звукозаписи.
Далее в своем заявлении на имя Генерального прокурора Российской Федерации (п. 7) от 20.04.93 он по-прежнему утверждает о том, что им совершено убийство женщины. При этом он дополнил свои ранее данные показания тем, что после совершения убийства изнасиловал потерпевшую.
22 апреля 1993 года Ряховский при выходе на место происшествия, когда его показания фиксировались с применением видеозаписи, вновь подтвердил свои ранее данные показания. Утверждая о том, что половой акт семяизвержением он не закончил.
При предъявлении ему первоначального обвинения 23 апреля 1993 года Ряховский виновным себя признал частично и практически полностью подтвердил ранее данные показания, отметив, что после совершения убийства потерпевшей пытался ее изнасиловать, но половой член во влагалище ввести не смог.
Оставаясь последовательным в своих показаниях, Ряховский полностью подтвердил свои ранее данные показания 10 февраля 1994 года, когда его допрашивали другие следователи и в новых условиях изоляции.
При этом в своих показаниях Ряховский отметил, что нож, которым он наносил удары потерпевшей, им утрачен.
Здесь же он отметил, что не исключено, что на месте происшествия мог потерять свою расческу.
Помимо приведенных показаний Ряховского, его виновность подтверждается следующими доказательствами.
Проверкой таких показаний Ряховского установлено, что 4 июня 1989 года в лесном массиве, расположенном вдоль Рублево-Успенского шоссе, на расстоянии 4 км от указанного места, обнаружен труп женщины. Нижняя часть тела обнажена. На расстоянии 1 м от спины трупа находится футболка белого цвета и плавки белого цвета, трикотажные, имеющие повреждения по боковой поверхности и в области ластовицы. На расстоянии 1 м от ног трупа лежит серая синтетическая куртка с голубыми карманами. На правой ноге вывернутые наизнанку и прилегающие к стопе синие джинсовые брюки. На ногах матерчатые клетчатые серые ботинки. На спине трупа комбинированный красно-синий рюкзак.
Из протокола опознания погибшей следует, что 6 июня 1989 года она была опознана своим сыном.
Будучи допрошенным в качестве свидетеля, потерпевший (сын) в своих показаниях от 6 июня 1989 года пояснил следующее.
До 1986 года он со своей семьей проживал совместно с родителями в Москве. Затем он уехал работать в Братск. Он намеревался приехать в отпуск к маме 11 июня 1989 года. В одном из писем она просила помочь ей на участке. У нее имелись наручные часы "Электроника", которые приобретались в 1985 году за 20 рублей. В письмах и разговорах она никакой опасности за свою жизнь не высказывала, кроме общего состояния здоровья.
Свидетель, бывший зять погибшей, в своих показаниях от 6 июня 1989 года пояснил, что в 1980 году он зарегистрировал брак с дочерью этой женщины. Примерно года два назад его теща стала ездить в Одинцовский район, в расположении платформы Раздоры, и по собственной инициативе там завладела земельным участком. 29 мая 1989 года в вечернее время она возвратилась домой с участка, а утром следующего дня уехала обратно на участок. Уезжая, она никаких драгоценностей с собой не брала, за исключением того, что на руке носила электронные часы. Со слов соседки по огороду, ему стало известно о том, что та около 15 часов 30 мая 1989 года ушла с огорода в направлении станции Ромашково, намереваясь уехать в Москву в 15 час. 32 мин. Домой она не прибыла.
Аналогичные показания дала свидетель, дочь погибшей, при допросе 27 мая 1993 года. При этом отметила, что по факту исчезновения мамы ее бывший муж обращался в 76-ое отделение милиции Москвы для розыска потерпевшей.
Ее показания объективно подтверждаются заявлением зятя от 2 июня 1989 года на имя руководства 76 отделения милиции Москвы, в котором он сообщил, что 30 мая 1989 года его теща уехала в Одинцовский район и больше домой не возвращалась.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы по исследованию трупа следует, что женщине были причинены следующие телесные повреждения:
— линейные раны передней поверхности грудной клетки, проникающие в грудную полость в 3-м межреберье слева от среднеключичной линии и в 4-м межреберье у края грудины. Обе раны длиной по 3 см;
— перелом наружной трети больших рожков подъязычной кости с обеих сторон;
— кровоподтеки правого бедра нижней трети спереди, правого плеча, ссадины передней поверхности коленных суставов, правого бедра спереди.
Повреждения грудной клетки являются колото-резаными и могли быть причинены
