Читаем без скачивания Кощеев не убивать! - Александра Логинова

— А что такое? Не нравится вид?

— Бесстыдница.

Необычный запах усилился, став резким и навязчивым. Мой нос настороженно принюхался, но не уловил источник опасности.

— Допустим, — я сочла забавным его старательное избегание. — И что с того?

Бархатный черный кафтан мягким ворсом ткнулся в ладонь. Прикоснувшись к чужому одеянию из чистого любопытства, я продолжила поглаживать мягонькую ткань, с упоением прислушиваясь к ласковым ощущениям.

— Ты что творишь? — ужаснулся царевич.

— Глажу одежду как хорошая хозяйка.

— Ты… — Константин запнулся, не в силах оторвать взгляд от моих пальцев, медленно танцующих по кромке его кафтана. — Прекрати.

— А не то что?

— А не то…

Пахучая солома под спиной легонько спружинила, проминаясь под тяжестью двух тел. Я с упоением вдохнула аромат чистоты и мускуса, которым пахла светло-серая рубашка. Вес здорового взрослого мужчины, придавившего меня к матрасу, практически не ощущался. Наоборот, именно такое положение является абсолютно правильным, истинно верным. Здесь и сейчас я стану самой счастливой ведьмой на свете.

— Слава, — его шепот сумасшествием прошелестел у уха. — Славушка…

Я обвила руками шею Константина, мечтая об одном — ласковом, чувственном поцелуе, чистом, как горный ручей. Чтобы в нем не было примитивной пошлости, людской охоты до быстрых удовольствий, только трепетная нежность. Именно с такой нежностью и безраздельной любовью на меня смотрели карие глаза, скрывающие легкий огонек желания.

— Да.

Как сладко! В голове взорвался огненный шар, стоило Косте накрыть мои губы в бережном, робком поцелуе. Царевич будто спрашивал разрешения, готовый быть отвергнутым в любой миг и покорно принять мою законную пощечину. Я с готовностью подалась навстречу, вжимаясь сарафаном в чужое тело, балансирующее на руках, чтобы не раздавить меня весом мышц.

Здесь, сейчас!

— Пожалуйста, — прохныкала я, беспокойно завозившись на хрусткой соломе.

Сама не понимаю, о чем прошу, но мне это нужно. Ощущать тяжесть мужского тела, плавиться под его прикосновениями, сходить с ума от долгих, грубоватых поцелуев, клеймящих мою шею своими метками. В глазах Кощея мелькнуло торжество, стоило первому стону сорваться с моих губ.

— Как же ты меня раздражаешь, несносная ведьма. Из-за тебя я потерял сон и покой.

— Костя, — огненный поцелуй обжег плечо. — Ну же!..

— Смысл жизни, цели, планы — все сгинуло в колдовском пламени твоих очей.

Кощей резко смял подол сарафана, обнажая горящую кожу, покрытую мурашками. Острое, пронзительное удовольствие прошило меня вдоль позвоночника, когда его пальцы случайно прикоснулись ко внутренней стороне бедра. Притянув царевича поближе, я мысленно обругала себя упрямой, глупой жрицей, некогда готовой отказаться от своего счастья. До чего же я была стервозна и бестолкова!

— Поэтому сейчас…

— Да!

— …прости меня, — выдохнул Константин прямо мне в губы.

Наручники звонко защелкнулись на запястьях. Что это за юмор такой?

Константин оторвался от меня с адским усилием, поднимаясь на локтях. Подарив последний, голодный взгляд, мужчина сжал зубы и вскочил с кровати, оставляя меня в гневном недоумении. Мне что, снова отшили?!

— Я тебя убью!

— Я умираю каждую минуту вдали от тебя, — прохладно ответил он, не потрудившись привести себя в порядок. — Пожалуйста, потерпи чуть-чуть.

— Немедленно иди сюда и захвати эту крепость!

— Развратная девчонка, — уши царевича ярко полыхнули алым. Он судорожно одернул кафтан. — Лежи молча.

Черное лезвие энергично разрубило воздух вокруг кровати. Константин нервно сделал десяток выпадов, убедившись, что вокруг ни души, и принялся тыкать стены своей железякой, преступно игнорируя причину своего умопомешательства. То есть меня. Не прощу!

Я рванулась вперед, пытаясь сломать стальные браслеты, но резкая боль пронзила запястья. Будь проклято мужское целомудрие! Всем свадьбу подавай, венчание, законный брак, вместо короткого и делового дочкозачинания! Стал смертным человеком, а гонору не убавилось.

— Да что с тобой не так?!

— Ты хорошо разбираешься в любовных чарах? — Кощей ответил вопросом на вопрос, продолжая остервенело исследовать избу.

— Нормально!

— Что может помешать ведьме наслать чары страсти на человека?

— Кривые руки. Мало силы. Ошибочное Слово. Истинная любовь.

— Вот именно, — мрачно заключил он. — Приподнимись.

Не дожидаясь исполнения просьбы, Константин одной рукой передвинул всю меня к изголовью, тщательно избегая прямого контакта. Каков наглец, ему тут грудь вовсю подставляют, а он дерзко игнорирует!

— Нашел, — восторжествовал мужчина, перерыв солому.

В руках царевича лежал маленький розовый мешочек, наповал разящий ароматом розы и вереска. Дернув завязки, Кощей высыпал содержимое на ладонь: лепестки цветов, семена гвоздики, зернышки бадьяна, анис, восковые шарики, пропитанные запахом ладана, и крохотный тканевый брелок.

— Это же звезда Лады, — ахнула я. — Я сама ее вышивала и повесила на свою учебную сумку.

— Кто-то срезал. Поэтому ты не чувствуешь опасности, наверняка травы — тоже твое имущество. Потерпи, будет немного больно.

— Нет!

От мысли, что красный амулет из нити сейчас порвется, по коже снова побежали мурашки. Это запрещено, нельзя глумиться над священными символами богов! Запах вереска забивал ноздри, вызывая головокружение и желание… Желание…

Смесь цветов и воска начала гореть прямо на мужской ладони. Черный дым столбом ударил в потолок, заслоняя обзор и расползаясь ядовитыми лентами по всей избе. Ой, Макошь великая! Горячая темнота навалилась отовсюду, вызывая панические мысли, что я потеряла зрение. Темно, ничего не вижу! И тошнит, черт бы побрал этого…

Глава 35

— Очнись. Ярослава, открой глаза.

Ох ты ж екарный бабай!

Яркий закатный свет больно ударил по глазам, выбивая невольную слезу. Кое-как сфокусировав зрение, я саркастично хмыкнула, разглядывая тревожную физиономию колдуна, склонившегося надо мной. С какого лешего я завалилась спать прямо посреди задания?

— Ты как? Голова кружится?

— Как в сказке: скоро придет конец. Где это мы?

Вокруг давила стенами темная обветшала хибара с десятью трещинами по углам. Какой-то идиот решил упражняться с мечом прямо в доме и нарубил дырок в старых отсыревших бревнах.

Кощей держался в стороне, посреди комнаты, и вызывал нехорошие подозрения. Сам будет платить за ремонт в чужой хате, я здесь мимо проходила. Главное, непонятно, почему моя светлость отлеживает кости на импровизированном сеновале.

— Что за шутки? Почему я в наручниках?!

— Ты ничего не помнишь? — царевич бросил на меня настороженный взгляд.

— Вообще не помню. Это ты меня заковал? Зачем?

— Плохо себя вела, — Константин невозмутимо достал из кармана маленький ключик и отомкнул оковы.

— Совсем обнаглел, — меня до глубины души потрясла такая простота. — Что произошло-то?

— Долго объяснять, — он небрежно отмахнулся, только уши подозрительно горели красным. — Вставай, сейчас за нами придут.

Кощей без спросу полез в мою котомку, доставая мел. Три круглых линии отделили правый угол избы, куда меня вежливо поставили — надо полагать, в дополнительное наказание за плохое поведение. Слово Смерти провело