Ариэль похлопала в ладоши и крикнула толпе, что выдающийся чтец рун проколесила полсвета, чтобы прибыть сюда и прочитать всем руны. Я так поняла, что эта новость никого не впечатлила, как и моё появление в потертых джинсах и Баварском свитере, но никто не стал ругаться, так что я приподняла мой мешочек с камнями и улыбнулась женщине, сидящей на стуле напротив.
- Вы должны сконцентрироваться на вопросе, на который хотели бы получить ответ, - сказала я ей на немецком, мысленно прося каждого в толпе не дожидаться свой очереди и уйти к другой палатке.
Спустя три часа и двадцать четыре минуты я пожелала молодой паре из Чехии спокойной ночи, просовывая заработанные монетки в запечатанную коробочку Ариэль предназначенную для денег, полученных за работу, сортируя деньги от её чаевых в тряпичный мешочек, надеясь, что он предназначен для них; затем встала, чтобы размять затекшее тело. Помимо постоянно пребывающих людей, которые хотели, чтобы я прочитала им руны, у меня были и другие посетители. Доминик театрально подкатил ко мне, послал мне одну из своих якобы соблазняющих улыбок, в знак благодарности. Я приняла его благодарность, проигнорировала его хитрый взгляд, четко указав ему направление, куда он мог бы пойти со своими мыслишками.
Он бросил взгляд на очередь, схватил мою руку, которой я опиралась на стол, эффектно поклонился, целуя мое запястье так, чтобы каждый увидел его клыки.
- Нахал! - огрызнулась я.
- Mon ange, - прошипел он.
Рафаэль был самым приятным и долгожданным посетителем, хотя и остановился на три минутки. Его мысли были явно заняты чем-то другим, и он лишь спросил меня, все ли в порядке. Рокси и Кристиан дважды приветственно махнули мне руками, гуляя по кругу по всей ярмарке, второй раз останавливаясь на несколько секунд, чтобы захватить бутылку с холодной водой и большой крендель.
Даже Майлос приходил. Первый раз, чтобы сказать, что ценит мою помощь - таким низким голосом, что я едва его услышала; а второй раз - чтобы забрать наличные из коробки, потому что они чуть ли не высыпались из неё. К тому времени, как я читала руны уже последнему клиенту, я уже кипела от напряжения и усталости, стресса из-за чтения рун для людей, которых было больше пятидесяти. Вытащила ключи, которые дал мне Рафаэль, намереваясь устроиться в его трейлере, но мысль о долгой расслабляющей ванне в отеле изменила мои планы.
Я направилась к палатке, где Ариэль все ещё гадала на Таро.
- Я уже закончила, так что для меня уже наступила ночь. Не видела Рокси?
Она отрицательно качнула головой.
- Ладно. А Рафаэля?
- Он был тут несколько минут назад. Сказал, что его послали решить какую-то проблему, но пообещал, что после этого вернется.
- Блин. Ээм, если увидишь его, передай что я пойду приму ванну, но потом я вернусь, пожалуй.
Она кивнула, а глаза выражали благодарность. Я оставила у неё коробочку с наличными и, чувствуя себя лососем во время нереста, двинулась вверх против движения толпы людей, пока не вышла за пределы ярмарки. Шум позади меня говорил о том, что первая группа уже готовилась начать свое выступление, и довольно-таки большая часть людей двинулась на это посмотреть. Я переступала через остатки и предметы, доказывающие то, что люди действительно хорошо отдохнули — лужи рвоты, пустые бутылки из-под вина, упаковки и обертки от презервативов и всякий хлам, валяющийся на траве — и направилась в противоположную сторону, подальше от шума и света.
Голоса, подпевающие песне, заставили меня остановиться, когда я привычным для себя маршрутом возвращалась в палаточный городок. Восемь или девять человек: кто одетый, кто раздетый, - танцевали вокруг горящей бочки, они мне смутно напоминали людей, которых Рафаэль выпроваживал с ярмарки. Не рискуя привлечь их внимание, я резко свернула налево, сойдя с тропинки, пыхтя и размахивая руками из-за колючей хвои елок и крутых кочек, и врезалась в небольшой стенд, стоявший около моего отеля, на котором были изображены деревья. Чистый воздух, темно и спокойно, но у меня мурашки бежали по коже от того, что это место находилось далеко от цивилизации. После того, что случилось в подземельях замка Кристиана, я бы хотела видеть вокруг себя больше безопасных огней города и его жителей.
Как только я зашла за большую сосну - замерла. Впереди кто-то сидел на корточках между двумя деревьями и чего-то ждал. "Вероятно, одинокий гот выпил слишком много дешевого вина," - мысленно успокоила себя я. Спокойно пытаясь обойти его и не привлечь к себе внимание, я поняла несколько вещей: этот человек не гот, он не пьян, и он не один.
На фоне гостиницы вырисовывался большой мускулистый силуэт, чрезвычайно знакомый мне. Что-то заставило меня задержать свой пристальный взгляд на этом силуэте и на человека, лежащего у его ног.
Даже в полной темноте я разглядела темно-красные волосы.
Если бы Рафаэль задумал попробовать придушить Таню, или поговорить с нею, то я бежала бы впереди него, чтобы помочь, но в тишине, которую он поддерживал, я заворожено наблюдала за происходящим позади дерева, которое частично скрывало меня от его взгляда. Рафаэль подобрал что-то около Тани, изучая несколько секунд, затем убрал к себе в карман и выпрямился, его голова, медленно поворачивалась в мою сторону. Я спряталась за дерево, мое сердце билось как безумное, я не была уверена, что скроюсь от него. Мгновение спустя, когда я выглянула, он уже ушел.
Как бы то ни было, но Таня не ушла с ним.
- Пожалуйста, хоть бы она только спала. Или была без сознания. Или обморок. Или в оцепенении. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, хоть бы она не была…- я не могла даже сказать это слово, которое было глупым в данной ситуации, так как я очень хорошо знала, что она была мертва. Мне захотелось кричать, а по всему телу побежали мурашки.
Она была мертва. Она лежит на матраце из сосновой иглы, а ее волосы, развеяны вокруг нее, как красный ореол. Ее глаза были закрыты. Я не видела никаких признаков дыхания, но я должна была проверить, чтобы удостовериться, в том что она мертва, а не серьезно ранена.
Я наклонялась вперед, чтобы осмотреть Таню, и чувствовала предупреждение об опасности, и то что вот-вот чихну, я быстро начала искать хоть какую-нибудь ткань у себя в кармане. Надеюсь, что нет ничего плохого от чихания на предположительно мертвого человека. Она явно выглядела мертвой. Я проглотила комок отвращения прежде, чем протянула руку к ее подбородку.
- Ты идиотка, проверь пульс, подбородок человека не может сказать тебе ничего. Проверь пульс,- я отчитала себя. Я наклонилась и аккуратно повернула ее голову, чтобы нащупать пульс на шее.
