раздавался сзади.
Джесс подтолкнул Морган вперед, к Вульфу, а потом – хоть и обещал себе секунду назад, что никогда так не поступит, – отпустил ее руку. Толчок вышел настолько сильным, что Морган чуть было не оступилась, врезавшись в стену, а когда изумленно обернулась, то Джесс увидел ужас, отразившийся на ее лице, и тут же все понял.
Джесс сделал единственное, что мог: резко бросился в сторону, врезавшись в каменную стену, и острое медное копье вонзилось в пол, где он стоял мгновение назад.
Механический спартанец снова ловко поднял копье, повернул голову, и его экранные глазищи вспыхнули, уставившись на Джесса, который был теперь всего в нескольких шагах от него. Это был не сфинкс и не лев, у этого механизма была форма человека. И он был высокий.
Спартанец взмахнул левой рукой, целясь в Джесса снова. Джесс увернулся. Однако получилось недостаточно быстро, и удар пришелся Джессу по макушке, отчего перед глазами все закружилось. Джесс не то чтобы ощутил боль, однако понимал, что что-то не так, будто тучи уже собрались и ливень вот-вот начнется.
– Джесс! – закричала Морган, пронзая своим голосом тучи, как яркий свет маяка, и Джесс успел увернуться, когда спартанец снова попытался его ударить. Копье разорвало штанину его формы и оцарапало Джессу ногу. Джесс ощутил, как рвется кожа, однако опять не почувствовал боли. Острие копья было таким острым, что даже не вызвало боли, словно медицинский скальпель. Джесс понимал, что еще несколько секунд, и ему конец. Ему оставалось лишь вскарабкаться на ноги и попытаться сообразить, где инженер, хороший инженер вроде Томаса, спрятал бы выключатель в подобной машине. Джесс не знал. Механизм выглядел как человек, высокий и широкоплечий, однако был куда быстрее любого смертного. Лицо под шлемом спартанца выглядело неподвижным и хладнокровным. «Что ж, этот, по крайней мере, не кусается», – подумал Джесс. Его рот был наполовину скрыт за шлемом…
«Шлем?» Нет, слишком высоко. Джессу ни за что туда не дотянуться. Если он попытается подойти к спартанцу спереди, то погибнет еще до того, как начнет искать выключатель. Если выключатель вообще расположен в доступном месте.
Джессу конец. Быть может, он понял это в тот самый момент, когда увидел такого спартанца впервые, того, который охранял территорию библиотечных казарм. Джесс помнил, как его охватило чувство неизбежности в тот момент.
Мысли Джесса метались, как река в половодье, бесконтрольно мчась в поисках хоть какого-то способа выжить. Его мозг отдавал телу приказы без каких-либо осознанных мыслей, заставляя его уворачиваться, уклоняться и ползать на всех четырех конечностях, как краб, когда спартанец поднимал ногу в сандалии, чтобы его раздавить, и внезапно Джесс кое-что вспомнил.
Вспомнил строки из своей любимой книги, которую прочел десяток раз, будучи еще ребенком. «Талос[27], бронзовый титан, который сражался с Ясоном[28] и его людьми с корабля «Агро». Человек из металла, которого невозможно было поразить или одолеть».
Талоса удалось остановить, когда из его пятки выдернули гвоздь, из-за чего вытекла божественная жидкость, движущая им. По крайней мере, так гласит история.
Инженеры, создавшие спартанца, наверняка читали те же истории в детстве, что и Джесс, мечтали о таких же подвигах.
Джесс упал на пол позади спартанца и наудачу потянулся к задней части ноги живой статуи обеими руками, проводя пальцами по неестественно теплой бронзе. Спартанец повернулся, собираясь пронзить Джесса своим копьем, точно рыбу. Джесс видел, как голова механизма наклоняется в его сторону. Как поднимается копье.
Наконец пальцы Джесса нащупали небольшую полость в металле на левой пятке спартанца. Джесс надавил на кнопку большим пальцем и перекатился по полу, сделав тяжелый вдох и надеясь, что не обрек себя только что на верную смерть.
Джесс уцелел лишь потому, что перекатился подальше, так как у спартанца оказалось достаточно энергии в запасе для того, чтобы опустить копье в последний раз, да так сильно, что по каменному полу в том самом месте, где секунду назад находился Джесс, пошла трещина. Копье могло бы с такой же легкостью разбить Джессу череп. Джесс слышал, как механизмы внутри машины скрепят, останавливаясь, как раскручиваются пружины, и внезапно почувствовал такую слабость, что чуть не рухнул головой на пол снова. А потом ему вдруг захотелось смеяться. Джесс ведь только что стал самым опасным преступником в мире – экспертом по нейтрализации библиотечных машин. Однозначно, на такую работу будет спрос на рынке.
– У тебя кровь, – произнесла Морган и протянула Джессу руку. Джесс оглядел пол вокруг себя – и правда у него шла кровь, хотя все было не так уж плохо. Дождь, не наводнение. Джесс сжал ладонь Морган и позволил ей поднять его на ноги, а потом оперся о плечо Морган, чтобы не упасть снова, потому что коридор перед его глазами качался и кружился. – Джесс, ты можешь идти?
– Я могу идти. – На самом деле он не был в этом уверен, но ему хотелось казаться убедительным. – Со мной все в порядке. – Он был не в порядке. Определенно, нет. – Пошли.
– Нет, – сказала Морган, и с ее твердым тоном невозможно было поспорить. – Почему ты каждый раз оказываешься ранен, когда я тебя нахожу? Это из-за меня?
Джессу хотелось рассмеяться в ответ, но туман рассеивался, и на его место приходила боль, яркая и острая. Если он засмеется, у него точно голова треснет от боли.
– Нам нужно найти Томаса, – сказал Джесс.
– Знаю, – ответила Морган, и ее уверенная рука, обхватившая его за талию, помогла удержаться на ногах и не упасть. – Пошли.
Третий библиотечный солдат был уже нейтрализован, когда прибыли Джесс с Морган. Капитан Санти покосился на них двоих, а потом его взгляд замер на крови Джесса.
– Ты в порядке? – спросил Санти. Этот вопрос лишь отчасти был продиктован беспокойством. Также капитан явно хотел знать, не помешает ли состояние Джесса их оперативному побегу.
– В порядке, – ответил Джесс, хоть и понимал, что это неправда. – Я вас не задержу.
– Хватит болтать, – оборвал их профессор Вульф, холодным и сердитым, как снежная зима, тоном. – Джесс. Замки.
Растерявшись, в первую секунду Джесс не понял, что от него хотят, но потом достал из кармана свой набор отмычек и подошел к двери темницы.
– Джесс, – раздался тихий голос из-за решетки. Голос звучал хрипло и странно, однако знакомо, и когда Джесс наконец-то поднял глаза, то увидел своего лучшего друга, Томаса Шрайбера, сидящего на полу в углу каменной комнатки. Он был прикован к металлическому кольцу на стене. Крупный молодой человек похудел, отчего, однако, стал выглядеть еще больше, только не таким объемным. Томас теперь не выглядел юным и невинным, каким запомнил его Джесс. Он отрастил бороду, а его спутавшиеся волосы висели до плеч. На Томасе была
