Читаем без скачивания Любовь бродяги - Эми Фетцер

— Иди, иди! Ты уже третий из тех, кого пригласил мой неугомонный жилец.

Она была недовольна сегодняшним днем. Только что из дома ушла улыбающаяся и чем-то явно довольная Клэрис Тулиф. Энтони с каким-то брюнетом все еще находился здесь. Они спорили с Рэмзи и никак не могли прийти к общему решению. А теперь к тому же явился Ноуэл. И покоя в ближайшее время ждать не приходится.

Она не видела О'Кифа с того самого дня, когда ездила примерять платье. Они лишь иногда случайно встречались в коридоре. И каждый раз он казался чрезвычайно озабоченным и спешащим куда-то по своим, известным лишь ему делам. Пенелопа думала о том, что для человека восемнадцатого столетия он слишком быстро обзавелся широким кругом знакомств и заслужил уважение окружающих. И это настораживало ее.

«А он скрытен», — думала она и тем больше хотела быть в курсе всех его таинственных предприятий. Пенни чувствовала, что может не выдержать и сунуть нос не в свое дело, и потому старалась держаться в стороне, когда встречалась с секретами Рэмзи. Ей казалось, что она идет по тонкой проволоке, балансируя руками и испытывая непрерывный страх сорваться и полететь вниз. Временами ей хотелось подслушать, о чем говорят приходящие к О'Кифу люди, но боязнь его презрения останавливала ее и заставляла возвращаться обратно.

Рэмзи слишком много значил для нее теперь. Впервые она поняла это на пустом складе, когда они прятались от преследующего их «мерседеса». И сегодня она уже твердо знала, что не хочет потерять его. Пенелопа понимала, что пройдет еще немного времени и она должна будет сделать выбор: либо до конца довериться ему и отдать навсегда свое сердце, либо порвать с ним всякие отношения.

Взволнованная Пенни торопливо металась по комнате, когда, словно для того чтобы рассеять все ее тревоги, на пороге появился О'Киф. Следом за ним вошли Энтони и приглашенный им брокер, что-то горячо обсуждая на ходу. Заметив Пенни, Рэмзи приостановился и ласковым взглядом окинул ее с головы до ног, так что ее сердце радостно подпрыгнуло в груди, и ей вдруг показалось бесконечным то время, которое прошло со дня их последнего свидания.

— Я вполне понимаю твои мотивы, — продолжал говорить между тем Тони. — Но зачем же так рисковать?

— Если ты не хочешь принимать в этом участие, — ответил не оборачиваясь О'Киф, — то я справлюсь и без тебя.

— Но это большой риск, — покачал головой Уэйнрайт и, повернувшись к брокеру, указал ему глазами на дверь. После чего Энтони и брокер вышли, а Рэмзи все так же продолжал смотреть на Пенелопу.

— Извини, что я поднял такую суматоху в твоем доме, — сказал он.

— Суматоха — это твое призвание.

Он подошел к ней ближе и жадным взглядом окинул вздымающуюся от волнения грудь.

— Я, кажется, прерываю ваш тет-а-тет, — раздался рядом голос Ноуэла, и улыбающийся сыщик вошел в комнату.

— Нет, это лучше я не буду мешать вашим делам, — произнесла смущенная Пенни и вышла на кухню. Здесь она подошла к небольшому шкафчику, открыла его и, перебрав связку ключей, выбрала один из них. Затем, еще раз убедившись, что это тот самый, окликнула Рэмзи. Звякнув в воздухе ключами, она кинула связку О'Кифу, и тот, ловко поймав их, с удивлением посмотрел на нее.

— Они от кабинета, — пояснила Пенелопа. — Я все равно не хожу туда, а тебе там будет удобнее. Тем более что его интерьер так тебе идет.

— Спасибо, — шепнул он, быстро подойдя к ней.

Его лицо озарилось мягкой ласковой улыбкой. Он крепко обнял ее и страстно поцеловал в губы. Поцелуй был таким жарким, что Пенни показалось, будто у нее из-под ног уплывает земля, но это ничуть не испугало ее. Теперь ей было безразлично даже присутствие Ноуэла.

Через мгновение Рэмзи оставил ее и, отступив в сторону, заметил в руках книгу. Посмотрев на корешок, он прочитал название: «Жизнь восемнадцатого века», и сердце быстрее забилось у него в груди.

— Тебе не нужно читать книг по этому предмету, радость моя, — сказал он. — В твоем распоряжении более надежный источник.

Затем, посмотрев на Ноуэла и кивнув ему в сторону кабинета, потел за ним следом. Оставшись одна, Пенни подумала о том, как глупо она поступила, позволив себе так далеко зайти.

Ноуэл был истинным джентльменом. И поэтому ничего не сказал по поводу того, что только что видел своими глазами. Но все же он чувствовал некоторую неловкость в связи с тем, что оказался свидетелем столь горячего проявления чувств. «Похоже, — думал он, — Пенелопа нашла себе партнера под стать».

Ноуэл давно знал ее. Оказывал ей иногда небольшие услуги. Но ее шумная популярность мало соответствовала секретному характеру его работы и не способствовала их сближению. Теперь же Ноуэл с удивлением наблюдал за такими проявлениями чувств, на которые считал ее неспособной. Такой он не видел Пенелопу еще никогда и ни с кем.

Войдя следом за Рэмзи в кабинет, он остановился у стола, на который тот бросил распечатанный конверт.

— Спасибо за помощь. Но я больше не нуждаюсь в твоих услугах, — сказал О'Киф.

Ноуэл поднял конверт и, заглянув в него, пересчитал новенькие хрустящие купюры.

— Не многовато ли? — спросил он.

— В самый раз.

— Как мои люди? Справляются?

— Все в порядке. Этот досадный инцидент произошел по вине Пенелопы. Она нарушила свое обещание не покидать дома и, увы, оказалась сообразительнее их. Впрочем, никто и не ждал от нее подобной дерзости. Но теперь я сам присматриваю за ней.

— И все же, пока не поймают нападавших, неразумно отказываться от охраны.

— Да, но…

Рэмзи замолчал, услышав голос Пенни, звавший его откуда-то издалека. Он поспешил ей навстречу и увидел распахнутую входную дверь и дюжего охранника, несшего на руках Маргарет. Пенелопа шла рядом. Широко раскрытыми от испуга глазами она посмотрела на О'Кифа, и он поспешил убрать с дивана разбросанные на нем подушки, чтобы можно было уложить миссис О'Халерен.

Пенни опустилась на колени рядом с диваном и провела рукой по волосам Маргарет. На ладони остались следы крови. Тут же вскочив на ноги, Пенелопа убежала на кухню и торопливо разыскала лед, полотенце, лекарства и кувшин с водой. Прижав все это к груди, она вернулась в комнату и принялась хлопотать возле экономки, раскладывая на чайном столике принесенные вещи.

— Что случилось? — раздался за ее спиной голос Хэнка. И испуганный шофер подошел к дивану.

— Поговори с ней, — сказала ему Пенни, накладывая пострадавшей на лоб холодный компресс. — Нужно, чтобы она пришла в себя.

Хэнк взял Маргарет за руку и ласково погладил ее. Тем временем Рэмзи принес медицинскую аптечку. Пенелопа осмотрела рану и убедилась, что та неглубокая, хотя ей вначале показалось иначе, а значит, швов можно не накладывать, хотя волосы вокруг придется сбрить, чтобы приклеить пластырь.

О'Киф с восхищением наблюдал затем, с каким проворством Пенни справляется со всеми трудностями. Без суеты, без лишних движений она делала все, что необходимо. И он вспомнил, как с такой же решительной сосредоточенностью помогала Дэйну Тесс в то утро, когда упавшая на палубу сломанная мачта едва не убила его.

— Ну же, Хэнк, говори с ней, — просила Пенелопа, прикладывая к голове Маргарет лед.

Экономка застонала и пошевелилась, потянувшись руками к ране.

— Ах, Мэгги, родная, — пролепетал шофер, вглядываясь ей в лицо. Вдруг глаза ее открылись, и она с недоумением оглядела присутствующих. — Что с тобой случилось?

— Подожди, — слабым голосом произнесла она. — Дай мне передохнуть.

— Что же все-таки произошло? — спросила Пенни.

И Маргарет, с трудом переводя дыхание, рассказала им о нападении. При упоминании о темной машине Пенелопа вздрогнула и посмотрела на Рэмзи.

— Но почему ты не сказала мне о том, что они хотят поговорить со мной? — ласково упрекнула она миссис О'Халерен.

— Потому что письмо было адресовано мне, а не тебе. И я не придала ему особого значения. Тем более что оно было без марки и обратного адреса. Так что я не вскрывала его до вчерашнего дня.

— Ну ладно, ничего страшного. Главное, что мы все живы.

— А где это письмо? — спросил заинтересованный О'Киф.

— В моей комнате на туалетном столике.

Маргарет хотела встать, но Пенни удержала ее.

— Лежи. Я сам принесу, — сказал Хэнк и, поцеловав экономку в щеку, вышел из комнаты.

И только тут Пенелопа поняла, как эти двое любят друг друга. Не то чтобы она раньше не замечала их взаимного влечения, она знала о нем, но такой горячей привязанности все же не предполагала.

Замкнувшись в своем одиночестве, отказавшись от общества людей, она потеряла способность трезво оценивать происходящее вокруг нее. И даже эти два любящих ее человека оставались вне поля зрения.

— Ну что, Мэгги, — воспользовался отсутствием шофера Рэмзи, — собирается Хэнк сделать тебе предложение? Или вы так и будете жить во грехе?