вполне поспевал за лектором. Девушки, которых было немало в группе, ограничивались легким флиртом. Видимо, выяснили, что несовершеннолетний и не москвич, и смысла сокращать дистанцию в общении не находили. Да и сложно было бы общаться, так как несколько раз в неделю звонили родители, Тина или сестра.
Вопрос с питанием разрешился наилучшим образом: это были столовая или буфет в университете с демократичными ценами плюс морозильник дома с полуфабрикатами. Основная задача, которую Илья себе поставил – это по итогам 1 семестра получить повышенную стипендию, а к весне иметь разряд по боксу.
В феврале ему исполнялось 15лет, и он законно мог претендовать на высокий юношеский разряд.
Поняв, что способен без особых затруднений справиться с усвоением учебных материалов, он взялся за темы, которые его давно интересовали. Общая психология, психология личности, социальная психология – это то, что вызывало его неподдельный интерес. На кафедре психологии ему помогли подобрать лучших авторов и заботливо поинтересовались, как он будет справляться с текущей работой. По мере освоения знаний по психологии, пришло понимание, что в деятельности, не связанной с работой профессионального психолога, в области иррационального этого недостаточно. Книги не давали ответа на то, откуда взялся и, что представляет собой Леший с его родственниками с их неимоверной для человека силой. Дочитывал книги Илья уже без особого интереса.
Дальнейшие шаги он сделал в сайтах Интернета, где среди мифов и сочинений дилетантов он все же кое – что почерпнул, включая работы Грофа, Бреннан, современную хиромантию и нумерологию. Благодаря первым двум он понял, что тонкий мир материален достаточно, чтобы влиять на людей и среду их обитания. Опираясь на описание американкой тонких материй, вечерами, когда не было ни тренировок, ни университетских заданий, он работал над совершенствованием своего восприятия. Проще всего для него оказалось увидеть ауру человека. Для восприятия многослойного энергетического слоя ему хорошо помогли снимки, сделанные прибором петербуржских исследователей. Когда знаешь, что ищешь, задача облегчается. Постепенно он стал видеть энергетические блоки, которыми полны тела большинства людей, их цвета и перемещения. Когда лекции казались ему скучными, он развлекался тем, что пытался проникнуть в мысли студентов, занимавших места за передними столами. Задача облегчалась, когда у тех доминировала какая – то мысль или бурлила эмоци я. Правда, попытки рассмотреть план текущей жизни или события прошлой пока не удавались.
За всеми этими занятиями он не заметил и начала зимней сессии. Не заметил – не означало для него «Не готов». Как и планировал, сессию сдал на отлично, причем зачеты поставили на автомате, по итогу семинаров. После завершения всех дел, связанных с учебой, Илья внезапно почувствовал себя на какое-то время никому не нужным, словно стал человеком – невидимкой. Никто его не ждал, не звал, не обращался к нему, никуда не надо было идти или ехать. Все потребности и связи, к которым он привык за пять месяцев, волшебным образом исчезли.
Это состояние продлилось ровно до вечера, когда раздался телефонный звонок из дома. Мама интересовалась, когда он прилетит, на какое число взял билет.
Пустота и безвременье исчезли. Он снова ощутил путы родства и мощный источник любви и поддержки. Жизнь снова наполнилась смыслом и предлагала перелистнуть страницу.
На другой день Илья купил билет на самолет на поздний рейс с тем, чтобы успеть купить гостинцы. В бутики, конечно, он соваться не стал, а прошелся по павильонам в торговых центрах. Отцу взял джинсы, маме кофту, девушкам духи и конфеты. Вот теперь он был готов к встрече с близкими.
С учетом сдвига по часовым поясам в свой областной центр он прилетел ранним утром. На выходе из здания его ждал отец и, кто бы сомневался, Тина. День выдался морозным, и раскрасневшаяся девушка с детским восторгом и непосредственностью кинулась Илье на шею. Он едва устоял на ногах.
«Да она и выросла и в весе прибавила!» – определил он, обнимая ее.
– А я так по тебе скучала! – шепнула Тина ему.
Отец стоял в стороне улыбаясь, и не мешая детям. Потом они пошли к машине. В салоне автомобиля было тепло. Отец, предупреждая вопрос, ответил
– Недавно прогревал. Приехали рано. Тина с вечера проконтролировала, стоит ли машина на прогреве и установили ли будильник. Пыталась предложить услуги по прогреву машины ночью, если бы вдруг оказалось, что автоматика отказала.
– Да ладно, дядя Саша, я хотела, как лучше!
Машин на трассе было немного, ехали быстро. Расслабившаяся в тепле и после переживаний, Тина скинула дубленку, и прижавшись к плечу Ильи незаметно для себя заснула.
«Ну, вот я и дома» – подумал Илья. Вслед за этой мыслью, а может, были и другие, он и сам уснул.
Старший Кашин заехал во двор дома и обнаружил, что его стояночное место не успели занять, и порадовался, что не придется оставлять в соседнем дворе, где обычно свободных мест бывало больше.
– Приехали, молодежь! Высаживаемся. – провозгласил Кашин, припарковавшись.
Этого оказалось недостаточно. Обернувшись, пошевелил сына за руку. Помогло. Проснувшийся Илья принялся будить Тину.
Когда все вышли из машины, Илья вопросительно обратился к девушке.
– Пойдем к нам? Мы все будем рады.
– Нет уже, Илюша. Теперь ты к нам. Приходи как дома наоб- нимаешься и наговоришься. Я буду тебя ждать. – Она клюнула его губами в щеку и побежала в свой подъезд.
– Пошли, сын. Мама ждет. Видишь, свет горит!
Через пару дней домашнего безделья, Илья заскучал и сел за компьютер. Погода установилась морозная, и проводить время на лыжах или коньках желания не было. Отец и мать работали, сестра вернулась в город на учебу, Тина тоже училась. Видя, как сын мается, Наташа договорилась в школе, что ему разрешат заниматься в спортзале, когда там нет школьников. Теперь с семи и до половины девятого утра, и в такое же время вечером он мог заниматься в зале. Почти каждый день ему составляли компанию Тина, которой нравилась спортивная гимнастика и отец в качестве спарринг партнера. Правда, серьезные удары запрещались. В зале были и другие люди, как школьники, так и взрослые, как это бывает в провинциальных городах. Александр мало смыслил в боксе, но ему нравилось наблюдать и участвовать в занятиях сына. Передвижения, нырки и уклоны, которые тот демонстрировал, уходя от ударов Александра, показывали, что тот за четыре месяца кое чего смог добиться.
Тина иногда после спортзала шла не домой, а в гости к Каши- ным. А там после совместного ужина уходила в комнату к Илье, где всегда находились темы для обсуждений и споров. Могли смотреть телепередачи, а чаще
