Читаем без скачивания Мастер врат - Маркус Кас

Три камня почти за раз…

Ощущения были соответствующие — будто я взял три ранга одновременно. Сапфир и опал, разум и иллюзии. Но кого я спас? В моей голове была путаница, я совершенно перестал понимать, по какому принципу я наполняю силой. Да и чёрт с ним, проблема было посерьёзнее…

— Ваша светлость, не стану снимать с себя часть ответственности. Всё же я допустил некоторый намёк… — Баталову явно было сложно формулировать. — Что с князьями можно, кхм, не церемониться… Но признаюсь, не ожидал, что вы воспримите это настолько буквально.

Я внимательно посмотрел на него. Менталист не злился. Пребывал в состоянии той растерянности, которая может привести к чему угодно. В шоке был глава тайной канцелярии, короче говоря.

— Роман Степанович, — мне пришлось положить руку на его плечо, чтобы он оторвал взгляд от догорающего особняка. — Поверьте, и в мыслях не было. Клянусь силой, я был настроен мирно.

— Просто так получилось? — болезненно усмехнулся мужчина, наконец переключая внимание на меня.

Главное, чтобы хихикать не начал. Я всерьёз обеспокоился о его душевном состоянии.

— Я готов полностью взять на себя ответственность и ответить перед законом. Готов к суду чести.

Баталов всё же нервно хихикнул. Но потряс головой и улыбнулся уже увереннее:

— Суд чести, вы серьёзно, Александр Лукич? Ответить? Вы хоть представляете, какая шумиха поднимется?

Я решительно кивнул.

Безусловно, угробить князя — это не прибить бретёра или другого наёмника, проникшего ночью к тебе с целью убить. Тем более не на дуэли, а вот так, без свидетелей. Одного моего слова уже будет недостаточно.

Суд чести был единственным вариантом в таком случае. Неприятная процедура, но зато снимающая любые подозрения. Если упростить суть, то это было ментальной проверкой. Точнее, весьма грубым вмешательством в чужой разум, что в обычных условиях было недопустимым.

Менталист высшего ранга применял магию, чтобы установить истину. И работало это вместе с клятвой силой. В итоге либо абсолютное оправдание, либо… Казнь. Ради мелких дел на такое никто не решался.

И я знал, что будет тем высшим менталистом. Он стоял рядом и смотрел на меня так, словно уже был готов упрятать меня куда-нибудь подальше, безо всяких процедур.

— Я сам виноват, — неожиданно вздохнул Баталов, и взгляд его стал чуть грустным. — Мне и разгребать.

Удивился я сильно. Не то чтобы был не согласен, немалая доля правды в его словах всё же была. В голове Мейснера в конце творилась сумятица, но я смог «прочитать» причину его желания меня уничтожить. Он действительно считал, что я хотел его сместить. Да и пришёл поглумиться, прежде чем избавиться.

А это всё стало результатом тех слухов, что распространил глава конторы, чтобы внедрить меня в неприкасаемую дюжину.

Но что бы ни было причиной, ответственность за своё решение я снимать не собирался.

— Давайте… — начал было я, но менталист отмахнулся и покачал головой.

— Нет. Давайте без благородства. Ей-богу, ваша светлость, она неуместна в данной ситуации. Я верю, что вы готовы к любому суду, но это будет полный… Бардак. И уж поверьте, не о вашей репутации я сейчас волнуюсь. Дайте подумать.

Баталов нахмурился и принялся бродить перед развалинами, что-то бормоча и размахивая руками.

— Человеку помочь возможно стоит нам? — пропел Хакан.

— Могу я спеть ему песнь прощения, — присоединился Хаамисун.

— Роман Степанович — друг, — сил возмущаться их кровожадности, как и радоваться такому дружному порыву, я меня уже не было.

Минут пять и морок развеется, как и успокаивающий заслон для прислуги, что осталась в уцелевшем строении на заднем дворе. Я уже вычерпывал из источников больше, чем стоило.

— Друг, — переглянулись мои защитники, словно не понимая значения этого простого слова. — Друг, размышляющий о том, как от вас избавиться?

— Его можно понять, — всё же улыбнулся я. — Но он это не со зла. И не взаправду, пар выпускает.

Я и сам услышал, что именно бормотал менталист.

Впрочем, Роман Степанович прекрасно знал, на что шёл, когда подключил меня к государственным делам, не имея при этом никакого контроля надо мной. Рискнул, что уж. Шутил он насчёт избавления от нескольких князей из совета, или нет, но это кое-что упрощало. А кое-что сильно осложняло.

Я не видел проблемы в том, чтобы провести суд чести.

Но и Баталова понимал. Видел уже такое сосредоточенное лицо у разных людей, принимающих весьма сложное решение. Как из случившегося извлечь как можно больше выгоды.

В этот момент я ему сочувствовал, но…

— Ваше благородие, — обратился я к продолжающему что-то бубнить менталисту.

— Да? — поднял он голову и, видимо, сам всё понял.

Скорее всего, выглядел я уже неважно, что он и заметил наконец. Я не увидел, как он активировал артефакт, лишь почувствовал его действие. Добрую часть квартала обволокло мощным скрытом.

Я с облегчением перестал заливать магию и выдохнул.

— Так, — Баталов вернулся и прищурился, всматриваясь в моё лицо. — Вопросов у меня к вам много, — он бросил многозначительный взгляд на джинна и ассасина. — Но они подождут. Свидетели есть?

— Нет, — я огляделся и тут увидел того самого дворника, неумело прячущегося за колонной ограды.

Менталисту его было не видно. Старик улыбнулся, поклонился и подмигнул мне.

— Нет свидетелей, — я подавил улыбку. — Я всё прикрыл сразу же, как началось. Там люди, — указал я в направлении домика. — Но они ничего не видели.

— Хорошо. Вот и хорошо. Сделаем так… — Роман Степанович сжал губы до белизны. — Ничего не было. Вас здесь не было.

— Как…

— Предоставьте это мне. Только у меня к вам просьба будет.

— Слушаю.

— Уехать вам нужно, Александр Лукич. На время, но подальше. Пока я разберусь с этим… всем. Не подумайте, что отправляю вас в ссылку, но мне будет гораздо проще, если вы…

Он умолк, а я усмехнулся. Если я не натворю за это время ещё чего. Разумное опасение, пусть и немного обидно.

— А знаете, Роман Степанович, я как раз собирался в небольшое путешествие… — мой взгляд на миг задержался на бесполезных изумрудах.

— Правда? — обрадовался менталист. — Ну вот и чудесно! Тогда решено. Я к вам заеду завтра, обсудим. Пока же… Отдыхайте, ваша светлость, — забеспокоился он. — На вас лица нет.

— Благодарю, этим и собираюсь заняться, — коротко поклонился я.

Честно говоря, это был предел моей воспитанности, на что меня хватило. Перед глазами уже как-то нехорошо темнело, организм требовал покоя, и поскорее.

Уходя, я видел, как глава тайной канцелярии кого-то вызывает по телефону. И вообще оживился. Решение принято, выход найден, теперь дело за действием. От первоначальной растерянности не осталось и следа, так что оставил я его без