Каро разразилась заготовленной благодарностью за его понимание. Он ответил, что это справедливое решение и он желает ей добра.
На этом встреча могла и закончиться, вероятно, так и следовало сделать, но лакей принес чайник. Разливая чай, Каро задавалась вопросом, не поймет ли Кристиан превратно, если она позволит ему уйти.
Хотя это глупо, она хотела, чтобы он задержался подольше. Им есть о чем поговорить: о лучших мгновениях и, возможно, косвенно об интимных. Но присутствие Эллен вынуждало Каро молчать.
Когда она передала Кристиану чашку, их глаза встретились, и Каро увидела в них похожее желание. Их пальцы соприкоснулись. Когда она предложила кексы, ее рука дрожала. Он взял один. Каро и Эллен — тоже.
Кто-то должен нарушить молчание.
— Завтра я отправлюсь в Ротгар-Тауэр, проведу там несколько приятных дней. А вы останетесь в Лондоне, милорд?
— Нет. Я намереваюсь посетить родных в Девоне.
— Это приятно.
— Сомневаюсь.
Разговор уже сворачивает к личным темам. Каро поднесла ко рту кекс. Но, не успев откусить, почувствовала запах тмина. Она его не любила. Откусив крошечный кусочек, она искала другую тему для разговора.
Ей хотелось спросить о леди Джессинем.
— Как вы добрались из Йорка в Лондон? — спросил Кристиан, держа в руке кекс.
Каро удивило, что он этого не знает.
— Я пошла к своему поверенному, но его на месте не оказалось. Вся контора отправилась на свадьбу к сотруднику. Я была в растерянности, но неожиданно столкнулась с маркизом. Он привез меня сюда.
— У кошки Кэт девять жизней, — криво улыбнулся он.
— Попробуйте кекс, — сказала Эллен. — Это особенный рецепт. — Она откусила от своего.
Кристиан улыбнулся и поднес кекс ко рту. И что-то щелкнуло в мозгу Каро.
Эллен знает, что она не любит тмин. Эллен наблюдает за Кристианом. Это смешно…
— Не ешьте! — Каро потянулась выхватить у него кекс. — Вы любите тмин не больше меня.
Он начал было возражать, но затем положил кекс, явно поняв ее невысказанное предупреждение.
— Вы помните. Как трогательно. Мои извинения, миссис Спенсер. Мне от тмина нехорошо делается.
Эллен положила на тарелку свой кекс.
— Каро, вы безнадежны, — сказала она.
Должно быть, она имеет в виду странное поведение Каро. Эллен еще меньше похожа на убийцу, чем она сама. Кристиан завернул кекс в салфетку и убрал в карман.
— Зачем вы это сделали? — резко спросила Эллен.
— Думаю, его надо проверить.
— Проверить? Зачем? — Но ее голос стал пронзительным.
— Что я могу там найти, миссис Спенсер? — Кристиан говорил спокойно, но это было спокойствие судьи!
Губы Эллен дрожали, но она сжала их и промолчала.
Каро хотела прервать тишину, однако знала, что не надо этого делать.
Эллен наконец сломалась.
— Наперстянку, — с вызовом сказала она, — сильнодействующую. Вы, сэр, самым греховным образом погубили жизнь хорошего человека и женщины. — Она повернулась к Каро: — Зачем вы вмешались? Его смерть все исправила бы!
— Эллен, что вы говорите? Какой хороший человек? Майор Грандистон герой. Он спас меня от негодяя.
— Он хладнокровно убил Мура!
— Вы знаете, что это неправда.
— Я знаю, что вас обольстили. Вас поймали в ловушку чувственные желания. Я видела, как вы только что на него смотрели. Я слышала, что случилось на том непристойном маскараде. Он негодяй, вы до конца жизни будете несчастной, но вы слишком опьянены, чтобы понять это!
— Эллен, вы только что пытались убить человека. Есть ли грех страшнее?
— Я пыталась спасти вас, спасти Эйама, спасти нас всех! — Но ее взгляд заметался по комнате. — О Господи! Меня повесят? — Схватив с блюда кекс, Эллен целиком запихала его в рот.
Бросившись к столу, Каро ударила компаньонку по спине. Кекс вылетел.
Выпрямившись, Каро увидела, что Кристиан смотрит на нее.
— С вами не соскучишься, леди Грандистон, — покачал он головой. — Что дальше?
— Одному Богу известно! — Обняв плачущую Эллен, Каро помогла ей сесть в кресло. — Вызовите Диану. Я не знаю… — Она оставила попытки мыслить здраво.
Эллен пыталась совершить убийство.
Кристиан мог умереть!
Наперстянка ядовита. Ее применяют и как лекарство, но некоторые виды легко могут убить. Где Эллен ее нашла? Наперстянку продают в аптеках?
Вскоре появилась Диана, а с ней Ротгар.
Эллен сжалась в кресле.
— Каро, не дайте им меня повесить!
— Нет, конечно, нет. — Но Каро понятия не имела, что делать, у нее голова шла кругом.
Кристиан проводил ее к дивану. Он не сел рядом, а встал позади. Каро чувствовала его поддержку, окутывавшую ее, словно шаль, которую он когда-то нашел для нее, и жалела, что не может броситься к нему в объятия.
Диана села рядом с Каро и обратилась к Эллен:
— Никого не повесят, миссис Спенсер. Возможно, никому о случившемся и знать не надо. Но вы должны сказать нам, почему вы пытались убить лорда Грандистона.
Эллен покачала головой. Каро подалась вперед:
— Я знаю, что это не ваша идея, Эллен. Это леди Фаулер?
Эллен вздрогнула:
— Нет, нет! Я уверена, что она никогда бы… — Она мгновение боролась с собой, потом сказала: — Это Джанет Силкок.
— Силкок?! — воскликнула Каро. — Откуда вы ее знаете?
— Торн выяснил, что она связана с этой леди Фаулер, — сказал Кристиан. — Мы не придали этому значения, поскольку не знали, что ваша компаньонка участвует в том же заговоре.
— Скажите нам все, — потребовала Каро.
Шмыгая носом, Эллен прижала к лицу носовой платок.
— Мы с Джанет познакомились через фонд леди Фаулер. Мы переписывались.
— Я не помню писем из Америки, — сказала Каро.
— Их пересылала леди Фаулер. Леди Фаулер сказала, что Джанет хочет переписываться с женщинами с севера Англии.
Каро посмотрела на Диану. Она тоже видит изощренный заговор?
— И когда вы прибыли в Лондон, Эллен, — сказала Каро, — вы разыскали миссис Силкок?
— Да. Так печально, что она тяжело больна, но это очень интересная женщина. Она обличает пороки общества, которые губят женщин. — Видимо, вспомнив, что только что случилось, Эллен запнулась и замолчала. Несколько угольков упало на решетку, рассыпая искры и пуская змейки дыма.
— Что произошло сегодня? — спросила Диана.
Эллен испуганно взглянула на нее:
— У леди Фаулер я получила письмо от Джанет. Она просила навестить ее. Я знала, что она поймет мои чувства из-за событий прошлой ночи и переживания о бедной Каро и сэре Эйаме.
— Сэр Эйам? Тот, с которым вы тайно бежали? — сказал Кристиан.
