Пока доктор Селим объяснял, я уже выполнял его указания, бережно вытаскивая покрытого какой-то чёрной, дурно пахнущей жидкостью Зица из того, во что он был одет. После этого я сразу же аккуратно положил его в капсулу и, опустив крышку, крикнул:
— Всё готово, док, можете запускать аппарат!
— Процесс диагностики активирован, я сделаю всё, что смогу, но судя по первичным данным, которые ко мне поступают, его повреждения фатальны, налицо сильнейшая интоксикация организма. Я подозреваю, что он значительно переборщил с бустерами и просто отравил сам себя. Даже если нам удастся произвести полную детоксикацию, мы только отсрочим его гибель.
— Всё так, Урс, но он всех нас спас, и мы должны постараться ему помочь.
— Я сделаю всё возможное, — повторил листр, — но прошу меня не отвлекать, мне приходится выполнять сложнейшую операцию вручную.
— Я понял, доктор, ухожу в туман.
Как только я вышел из медицинского отсека, со мной связался Стакс и сообщил, что он со своим учеником хочет проверить раздолбанный нашим маленьким стрелком корабль службы безопасности. Спорить с этим ксеносом было бесполезно, если уж он что решил, то непременно сделает, да и, в общем-то, Лакин был совершенно прав, необходимо выяснить всё, что только возможно, перед тем, как продолжить движение. Единственное, о чем я попросил его, так это попытаться захватить кого-нибудь для допроса, если там вообще хоть кто-то остался в живых. Получив подтверждение, я дал разрешение на открытие шлюза лётной палубы, и буквально через пять минут один из ботов вылетел по направлению к обломкам.
Система за системой нашего повреждённого рейдера вступали в строй, удивительно, насколько живучим оказался искин, уже два раза он перенес взлом, и в данный момент был занят поиском того способа, которым его смогли вскрыть. Скорее всего, опять какой-нибудь дроид-взломщик постарался, но я был уверен, что наш Хор его обязательно найдет. Всё это время я находился на своём рабочем месте в командирском ложементе, непрерывно контролируя окружающее пространство. Сибурианец вышел на связь через полтора часа, и, судя по его тону, охота у него удалась. Из его доклада следовало, что они проверили практически весь разбитый нашими орудиями корабль, и им удалось захватить одного из двух остававшихся на его борту человек. К сожалению, второго взять не получилось, но и единственному я был несказанно рад. Жаба, конечно, душила, хотелось проверить и досконально выпотрошить этого в прошлом красавца, но умом я понимал, что на обыск и мародерку сейчас нет времени, так что придется оставить его местным жителям, то-то они обрадуются, если, конечно, рискнут присвоить себе государственную собственность.
Как только бот с захваченным сотрудником службы безопасности вернулся на борт «Калигулы», я сразу же дал команду на запуск двигателей, и рейдер под управлением Пула, медленно разгоняясь, двинулся в сторону шахтёрской станции. Примерно через полчаса я получил запрос от её диспетчера о цели нашего визита в систему. Пришлось поведать им байку о том, что на нас напали пираты, и теперь нам срочно необходим небольшой ремонт. Легенда с наёмным отрядом прекрасно сработала и тут, интересно, почему они сразу не вышли с нами на связь, хотя, возможно, их оборудование было и не таким мощным, чтобы контролировать всю звездную систему. А может быть, они просто решили не вмешиваться в разборку двух боевых кораблей, придерживаясь истины — свои собаки дерутся, чужая не лезь.
Получив разрешение на стыковку, мы продолжили движение и через два с половиной часа благополучно добрались до места назначения. Станция «Меринго» носила имя компании, которой принадлежала, и с первого взгляда мне стало понятно, что эта сугубо утилитарная конструкция повидала на в своём веку весьма немало, вполне возможно, ее транспортируют от системы к системе, добывая столь необходимые в государстве ресурсы. К сожалению, никаких военных кораблей для организации охранения работы шахтёров здесь не оказалось, насколько я понял, разрабатывались тут не самые богатые руды, и особого смысла содержать дорогостоящие боевые игрушки в этом месте у корпорации не было.
Сразу сходить на территорию станции я не стал, сначала нужно досконально разобраться в том, что вообще происходит, и в этом мне должен был помочь сибурианец. Он сам это предложил, и я не стал спорить. Поставив перед стажёром задачу — заняться поиском необходимых запчастей, я проплатил ему доступ к галонету, и вместе с Лакином направился в один из трюмов, где мы заперли взятого в плен молодого СБшника.
Присев напротив паренька, которому на вид было не больше двадцати лет, я достаточно вежливо поздоровался:
— Ну, здравствуйте, молодой человек. Меня зовут Джон, с недавних пор Ар-Сол, и я пришёл сюда для того, чтобы задавать вам вопросы и получать на них ответы.
— Да пошёл ты! — огрызнулся парень и плюнул в мою сторону.
— А ты меткий, — скривился я в ухмылке, растирая слюну по грудной пластине скафандра, — только вот я плевать в ответ не буду.
Короткий тычок бронированного кулака в челюсть, и у этого персонажа, перепутавшего себя с верблюдом, передние зубы оказались в глотке, а губы превратились в кровавое месиво.
— Ой, как нехорошо получилось, — съязвил я, наблюдая за тем, как молодой СБшник выплёвывает на палубу окровавленные осколки, — слушай меня очень внимательно. Я задаю вопросы, и ты очень правдиво отвечаешь. Если я начинаю сомневаться в твоих словах, то я причиняю тебе боль, очень много боли, столько ты ещё в своей жизни не видел. Ты не умрёшь, по крайней мере, не сразу, это будет происходить очень долго, время у нас есть. Ты ведь уже понял, что все твои товарищи погибли и не смогли ничего добиться? — парень неуверенно кивнул. — К сожалению, в живых остался только ты, поэтому придётся тебе отдуваться за всех, вот так-то дружок.
— Ты скоро сдохнешь! — прошипел парень. — Ничего я тебе говорить не буду!
— Ай-ай-ай, очень самоуверенная речь. Была бы жива принцесса, то вот она бы, наверное, прослезилась. А может, и нет, кто их разберет, они же все дурочки, могла бы и посмеяться.
— Что⁉ — взревел пленник. — Что вы с ней сделали, твари⁉
— Я сделал? — наигранно удивился я. — Дружок, это твои товарищи её убили, когда пытались навредить будущему императору.
Паренёк завыл:
— Нет, этого не может быть! Ты врёшь! Врешь!
— Ну, и зачем мне это нужно? Так уж получилось, шальной выстрел прямо в голову, и теперь будущий император очень хочет знать, зачем именно вы на нас напали, слишком уж он расстроился из-за смерти своей любимой сестры, — пришлось покривить душой, в попытке раскачать психику пленного.
— Сол, я думаю, что наш гость не до конца понимает серьёзность ситуации, в которой он оказался. Дай мне с ним немного поработать, — попросил Стакс.
— Не понимает, — согласился я, поднимаясь на ноги, — действуй. Может, и я чему новому научусь, но учти, он нужен мне живым.
— Я понимаю, — кивнул сибурианец, — умереть я ему не дам, но вот в том, что он окажется целым после окончания нашего с ним разговора, я очень сильно сомневаюсь.
— Плевать, лишь бы Ар-Лафету его доставить в относительно дееспособном состоянии.
Допрос длился полтора часа, и до того момента, как информационные шлюзы открылись, парень продержался всего семь минут. Лакин действительно оказался мастером задавать вопросы, несколько раз мне становилось жутко от того, что рядом со мной находится подобное создание. Он выудил откуда-то из недр своего весьма недешевого скафандра, снятого с руководителя тюремной станции «Возмездие-14», тонкий пятнадцатисантиметровый стилет, и начал методично повреждать нервные узлы человека. Мне пришлось даже снизить чувствительность слуховых датчиков Мардука, потому что верещал паренёк самозабвенно, а потом так же самозабвенно вываливал всё, что он хотел скрыть. К концу допроса, когда мы с сибурианцем удовлетворились его ответами на задаваемые нами вопросы, я прилепил на грудь пленника автоматическую аптечку и оставил его зализывать свои раны, теперь точно не сдохнет.
