– Пятнадцать километров – это немного, за день можно обойти, – самоуверенно заявил Денис, и тут же в красках представив себе все «прелести» похода по руинам города, прикусил язык. Учитывая накопленные нежитью и готовые в любой момент напасть на людей силы, решиться на прогулку по центру города мог только сумасшедший или самоубийца.
– А сколько болот находится в центре города? – этот неожиданный вопрос Михаила Петровича застал Дениса врасплох:
– Не знаю, вернее… да нет в городе никаких болот, и не было!..
– Ошибаешься, очень ошибаешься. Были болота, и не одно. Скорее всего, рядом с одним из них и построили впоследствии тот дом. – Михаил Петрович покосился в свои записи, и процитировал, – «Теперь их бог видит все с крыши большого дома над черной грязью. Найдешь его – вырежи кость, потом брось ее на белый засечный камень и сожги. Он остался там, где был всегда, стерег врата близ стоячей гнилой воды». Черная грязь и стоячая гнилая вода – это и есть описание болота. Значит, нужный нам дом и камень наверняка находятся рядом, только где? Мы почти у цели, осталось только выяснить, что это за дом над болотом и где это может быть… – Михаил Петрович растерянно смотрел на огромную карту города – указанное волхвом место могло находиться где угодно.
– А навья кость? – вспомнил Денис самую непонятную и темную часть рассказа волхва, – что это такое и как ее найти? И где?
– Что? Ты что-то спросил? – Михаил Петрович оторвался от карты и непонимающе посмотрел на Дениса. Тот уже хотел повторить вопрос, когда старик начал говорить:
– У людей во все времена одним из самых тяжелых преступлений всегда считалось осквернение кладбищ и могил предков. Старые кладбища нельзя перепахивать, нельзя сдвигать и надгробные памятники. А что творилось в нашем городе, ты и сам прекрасно знаешь, более того – за события тех дней сейчас приходится расплачиваться нам. Считается, что у человека, совершившего подобное преступление, начинаются необратимые изменения в организме, а главным признаком является появление в его скелете лишней – навьей – кости. Эта мертвая кость появляется в области пясти, она очень маленькая, почти незаметная и вырастает у основания пальца, там, где проходит сгибающее их сухожилие. Такой человек не только способен подчинять своей воле души мертвых, но и сам становится оружием тьмы. Навья кость никогда не сгнивает вместе с трупом, уничтожить ее можно только в огне, поэтому «подозрительных» покойников всегда старались сжигать. Скорее всего, Брюсу стало известно, где именно спрятана одна из таких костей – когда, зачем и кто это сделал уже неважно. Теперь она каким-то образом оказалась на крыше одного из домов, и из всех его примет нам известна только одна. «Он видит все с крыши…» – кто видит, как? Пока – одни вопросы. Мы должны очень хорошо обдумать все и сделать единственный и правильный вывод о том, где находится источник всех наших нынешних бед. Но все говорит о том, что чернокнижник действительно каким-то способом подстраховался, оставив после себя преемника, «продолжателя» своего дела.
Михаил Петрович снова уткнулся в свои записи, а Денис, затаив дыхание, ждал, не задавая ни одного из множества крутившихся в голове вопросов. Старик же словно не замечал его, бормотал что-то себе под нос, смотрел то на экран ноутбука, то на карту города:
– «Теперь мертвые кости вместо него двигает другой, он перемешивает их, как угли в костре» – скорее всего, волхв говорит о том же, что и останкинский призрак – об одном из языческих божеств, которому приносили в жертву людей. Один из них считался у наших предков сатаной и требовал человеческих жертвоприношений. Что и получает сейчас в изобилии – их ему поставляют те, кого призвал служить себе Брюс. Ничего не скажешь – они заключили грандиозную и кровавую сделку!
Михаил Петрович снова уставился в карту, растерянно водя карандашом по переплетению улиц, проспектов и площадей. Денису сказать было нечего – он отчетливо понимал, что в нагнетающейся с каждым часом ситуации скоро наступит перелом. И если со стороны управляемой кем-то нежити превосходство было абсолютным, то люди могли противопоставить ему только три с таким трудом добытых и непонятно из чего изготовленных ножа. И еще неизвестно, как их использовать, эти тяжелые, удивительные, словно похищенные ими из другого мира, клинки.
– Все, Денис, иди, отдыхай, – прервал размышления парня Михаил Петрович, – завтра утром я уеду, но ненадолго. Так что потом ты сможешь взять машину и поехать в Троицкое, если, конечно, захочешь.
– Спасибо! – Денис мигом забыл обо всех напастях, даже сон как рукой сняло, – конечно, я поеду, спасибо!
Но ни одному плану не суждено было осуществиться. Михаил Петрович действительно уехал утром, прихватив с собой один из трех найденных на могиле волхва ножей. Но всего через час с небольшим старик вернулся. В это время Денис под чутким руководством Кошмара мыл Хорту после прогулки лапы. Михаил Петрович вышел из машины и махнул им рукой:
– Пойдемте со мной. А где Александр?
– Сейчас позову. – Кошмар быстро скрылся, Денис торопливо вытирал псу лапы старым полотенцем. Наконец, все собрались на кухне. Михаил Петрович сидел за столом и, дождавшись всех, негромко и бесстрастно заговорил:
– Вчера поздним вечером посты почти по всему периметру были одновременно обстреляны из города. Ответить было невозможно – туман скрывал нападающих. С нашей стороны пытались отвечать, били наугад, но цели не достигли. Перестрелка длилась почти три часа – у нас стороны погибло около ста человек, потери той стороны неизвестны.
– Да были ли они вообще?! – высказавшись, Кошмар замолчал, пришпиленный к табуретке взглядом Чалого. Михаил Петрович продолжил:
– Вдобавок с тех постов, где огонь не открывали, в город ушли еще почти двести человек. Вернее, кто-то ушел, кто-то уехал, не забыв прихватить с собой оружие и технику. Более того – перебежчиков даже не пытались остановить. Их сослуживцы уже слишком хорошо знают, чем это может закончиться, и предпочитают не вмешиваться в происходящее. И поэтому…
Михаил Петрович тяжело вздохнул, поднялся и отошел к окну. Все молча следили за ним, ожидая его дальнейших слов, будто приговора. Так и вышло – то, что прозвучало далее, оглушило всех своей неотвратимостью и бессмысленностью:
– Поэтому было принято решение начать сегодня против тех, кто находится в городе, войсковую операцию. До нее осталось, – Михаил Петрович посмотрел на наручные часы, – чуть более пятнадцати минут. Все близлежащие дороги перекрыты, передвигаться по ним может только спецтехника. В город будут введены войска, чтобы уничтожить всех, кого встретят на своем пути. Насколько я знаю, приказ звучит именно так. Вот такие дела. Думаю, что вся наша работа была проделана впустую, вы зря рисковали и искали то, что теперь никому не пригодится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
