Востоку, куда входили Япония, Гонконг, Камбоджа, Таиланд и Иран. Поездка оказалась трудной, официальные мероприятия следовали одно за другим, с раннего утра до позднего вечера. Их напряженная работа не получила почти никакого признания, и особенно это касалось принцессы. Постоянный стресс привел к еще большему разладу в их натянутых отношениях. К концу поездки они уже не разговаривали. На приеме, устроенном в британском посольстве в Тегеране, один из гостей вспоминал, как принцесса вошла в зал с лицом темнее тучи и сразу же попросила выпить. Затем она вставила сигарету в длинный мундштук и начала курить, не делая ни малейшей попытки заговорить с кем-то из гостей. Все поняли, что такое поведение, несовместимое с ее статусом, объяснялось семейными неурядицами. Такое пренебрежение своими обязанностями являлось смертным грехом в глазах королевы и королевы-матери, которые ставили исполнение долга –
devoir — превыше всего.
Ситуация достигла критической точки, когда Маргарет узнала о связи мужа с моделью леди Жаклин Руфус-Айзекс, дочерью маркиза и маркизы Рединг. Они жили по соседству со Старым Домом Тони, и он часто у них обедал. Сноудон повстречал леди Джеки, когда ей было 14 лет. Ничего не подозревавшей Маргарет леди Джеки, четырнадцатью годами ее младше, в общем-то нравилась. Она даже включала ее в лист приглашенных в Кенсингтонский дворец.
Сноудон обычно заезжал на мотоцикле за леди Джеки, работавшей в бутике в центре Лондона. Удостоверившись, что все спокойно, они куда-нибудь отправлялись. Однажды они приехали на остров Уайт и на быстроходном катере на бешеной скорости нарезали круги вокруг острова, с наслаждением затягиваясь косяками. В другой раз их чуть не застукала Маргарет, приехав в Старый Дом без предупреждения. Джеки моментально спряталась в багажник его «астон мартина». Тони невозмутимо приказал водителю Джону Ларкину отогнать машину в деревню Степлфилд Грин для заправки. Отъехав на безопасное расстояние, Ларкин, бывший в курсе происходящего, остановил машину. Леди Джеки вылезла из багажника и как ни в чем не бывало пошла через поле домой.
В период праздников Сноудоны посетили один из любимых принцессой ночных клубов, Les Ambassadeurs. Фотографы заметили, что Маргарет сидела за одним столом, а Сноудон – за другим, вместе с леди Джеки. Это еще ничего не доказывало, хотя Бритт Экланд признала, что «между парой ощущалась близость»21. Они продолжали встречаться несмотря ни на что. В больницу London Clinic, где Тони лежал после перенесенной операции, леди Джеки, как было отмечено, наведывалась чаще, чем его жена. Маргарет это сильно задевало, и она смущенно говорила подруге: «Знаете, я могла бы за ним ухаживать. Когда в детстве я была скаутом, то получила значок за больничный уход».
В конце концов в начале 1971 года нью-йоркская газета осмелилась напечатать статью об этой связи, но столкнулась с категорическими опровержениями лорда Рединга, леди Джеки, а также Букингемского и Кенсингтонского дворцов. Под отцовским давлением леди Джеки во всем призналась, и Рединги пригрозили Сноудону конским хлыстом за злоупотребление их доверием. Публичное разоблачение связи с леди Джеки привело к «открытым военным действиям» в Кенсингтонском дворце. Отчаяние Маргарет достигло таких масштабов, что она рыдала на плече своего водителя Ларкина. Учитывая, что во время долгих автомобильных поездок она обычно сидела позади него, не проронив ни слова, это хорошо показывает глубину ее горя.
Несмотря на то, что Маргарет сама не раз увлекалась и периодически заводила любовные интрижки, она считала, что делает это исключительно для того, чтобы снова почувствовать себя желанной, тогда как измены Тони граничили с местью. Даже в первые годы после замужества принцесса бросала призывные взгляды в сторону противоположного пола. У нее имелась отработанная техника знакомства с потенциальными любовниками. Будучи особой королевской крови, она знала, что должна сама инициировать контакт. Ее подруга Энн Гленконнер стала надежным посредником. Принцесса посылала ее к столу выбранного объекта мужского пола в ресторане или на балу и предлагала ему через Энн присоединиться к ней. Леди Гленконнер вспоминала: «Ей очень нравились джентльмены. Если ей кто-то приглянулся, она говорила: «А кто это? Я хочу с ним познакомиться». Я наводила справки и затем приводила его».
Как-то на балу в 1960 году Мик Джаггер и его тогдашняя подруга Крисси Шримптон, младшая сестра модели Джин, сидели за обычным гостевым столом, а принцесса Маргарет с Питером Селлерсом – за главным. Певца пригласили присоединиться к принцессе, и он оставил Крисси одну. Она вспоминала: «Ну, я подошла к нему, когда он болтал с ПМ [принцессой Маргарет] и сказала: «Я ухожу». Видя, что она уходит, Джаггер внезапно вскочил, чуть не опрокинув стол, и кинулся за ней. Солист группы The Rolling Stones позднее ближе познакомился с Маргарет, когда купил себе участок на Мюстик. Как-то в Рождество он играл там эльфа, а Маргарет нарядилась Санта-Клаусом, и они вместе раздавали подарки детям рабочих.
Актер Брайан Кокс чуть не получил неожиданный подарок на 23-й день рождения в июне 1969 года. По окончании спектакля «После празднования» к нему за кулисы зашла Маргарет. В этой драме о шахтерах графства Мидлэндс он играл персонажа, лицо которого закрывал капюшон. Принцессу явно заинтриговал исполнитель, скрывавшийся под маской. На молодом актере была красная рубашка, подаренная ему на день рождения, и, по его собственным словам, он еще «блестел» после душа. Кокс вспоминал: «Она коснулась пальцами рубашки и сказала: «Какая прелестная рубашка». И ее пальцы скользнули под нее, опускаясь все ниже. А я говорю: «Ого! И что же полагается делать, если тебя трогает особа королевской крови?» Его коллега актер Джеймс Болам понял, что к чему, и произнес: «Уххх» уголком рта. Принцесса не сводила глаз с будущего обладателя «Оскара» и все повторяла, как чудесно он смотрелся на сцене в капюшоне и что она хотела бы узнать его поближе. Кокс продолжал: «Это была необыкновенная женщина. Я извинился и сказал: «Спасибо, мэм», и на этом все закончилось»22. Бывший морской шталмейстер вспоминает похожий эпизод. Принцесса буквально пожирала его глазами, когда ей представили его на борту реактивного самолета Bae 146 эскадрильи Queen’s Flight23.
Отдельные случаи флирта принцессы и долгая связь Сноудона с дочерью ближайшего соседа – это были совершенно разные вещи. И все же Маргарет и Тони продолжили свою обычную политику соблюдения внешних приличий и игнорирования слухов. Зимой 1972 года они встретились на Барбадосе и постарались, чтобы их сняли фотографы – обнимавшихся и смотрящих друг на друга влюбленными глазами. Однако роман с леди Джеки ознаменовал начало конца брака Маргарет. К 1973 году Сноудоны почти
