Читаем без скачивания Агония - Эмма Клейтон

Большая квадратная яма уходила вниз метров на пять, стены ямы были обшиты толстыми металлическими панелями, во многих местах на них виднелись глубокие царапины. Мика подумал, что яма смахивает на логово бронтозавра; может быть, нескольких очень злых бронтозавров: сетки, закрывавшие встроенные в стены светильники, были погнуты, плиты на полу покрыты зазубринами, как будто их пытались отодрать когтями. На одной из стен ямы Мика заметил большую, метра три высотой, стальную дверь; она была искорежена, как будто за ней взорвалась бомба. В комнату вошли двое мужчин в черных бронежилетах и шлемах, и приведший Мику охранник тут же выскочил за дверь, словно хотел как можно скорее убраться отсюда. Мика вскинул глаза к потолку и обнаружил четыре камеры, висевшие в каждом углу комнаты. У правой стены он увидел подвешенную на цепи просторную клетку, в которую вполне мог поместиться взрослый человек. Цепь была прикреплена к ролику, ролик свободно ходил по глубокому желобу, желоб шел по потолку через всю комнату — таким образом, клетку можно было пододвинуть и опустить в яму. Мика поежился, не нужно обладать сверхъестественными способностями, чтобы понять, что его ждет.

— Что я должен делать? — спросил Мика, стараясь подавить дрожь в голосе.

— Не нервничать, — посоветовал один из мужчин. — Если они почувствуют твой страх, это их только раззадорит.

— Кто почувствует мой страх? — спросил Мика, поглядывая на дно ямы.

Он слышал тяжелую возню за стальной дверью, кто-то навалился на нее изнутри. Мика отшатнулся, заметив появившуюся на стальном листе новую вмятину. Кто бы ни скрывался за дверью, этот кто-то очень хотел выбраться наружу. Мужчина в бронежилете достал из кармана черную повязку и шагнул к Мике. Пока ему завязывали глаза, Мика мысленно проклинал КОРД со всеми его играми, соревнованиями, призами и подарками.

«Хорошо еще, родители не видят, как я тут развлекаюсь, — подумал Мика. — Мама, наверное, умерла бы от страха. Интересно, что они хотят узнать обо мне, опуская меня в яму к каким-то неведомым чудищам?»

Мика старался дышать глубоко и размеренно.

«Во всяком случае, они не должны убить меня, — убеждал себя Мика. — Какой в этом смысл? Потратить столько времени на опыты со мной, чтобы потом просто прикончить?»

Мика ничего не видел: повязка плотно облегала голову. Мужчины подхватили его под руки и повели к клетке. Мика вошел внутрь, под ногами скрипнул пластмассовый пол. Этот кусок пластмассы был единственной твердой поверхностью внутри клетки, все остальное — переплетение металлических прутьев, сквозь которые легко пролезала рука человека. Мика слышал, как за ним с грохотом захлопнулась дверца клетки; экспериментаторы задвинули засов и несколько раз повернули ключ в замке.

— Они не смогут добраться до тебя, — сказал один из них, — если, конечно, ты не станешь высовывать наружу руки и ноги. Что бы ни произошло, не просовывай конечности сквозь решетку — ничего, даже палец. Понял?

— Понял, — слабым голосом откликнулся Мика.

— Мы умеем быстро залечивать раны и переломы, но пока не научились отращивать новые руки и ноги, — не унимался мужчина.

— Хорошо, я это учту, — в отчаянии попытался пошутить Мика.

Клетка качнулась и начала медленно двигаться вдоль желоба. Чтобы удержать равновесие, Мике пришлось сесть на корточки и упереться руками в пол. Он слышал тяжелый лязг засовов на дне ямы — стальная дверь с грохотом отъехала в сторону, и они вырвались наружу. Неведомые чудовища принялись кружить по дну ямы, судя по шарканью лап, их было несколько; движение чудовищ сопровождалось тяжелым металлическим скрежетом и низким гудением. Мика решил, что это какие-то механические существа, вроде акул-роботов, которых он видел на дне искусственного моря. Снизу раздался низкий протяжный рык. Звук не был громким, но в нем слышалось столько неистовой ярости, что у Мики свело живот, как будто в него вогнали остро отточенный кол. Но это было только начало. Через мгновение они поняли, что у них над головами находится клетка с человеком. Чудовища словно взбесились; воздух наполнился оглушительным ревом, они принялись подпрыгивать, их металлические зубы лязгали в нескольких сантиметрах от дна клетки. В голове у Мики, словно кадры из фильма ужасов, одна за другой проносились картинки: разодранная плоть, куски вырванного мяса, горящие глаза, острые клыки и окровавленные морды зверей. Неожиданно клетка резко накренилась набок, и Мика заскользил вниз. Он взмахнул руками, пытаясь ухватиться за прутья решетки, но вспомнил, что ему запретили высовывать наружу не только руки и ноги, но даже кончик пальца. Тем временем одно из чудовищ вцепилось в угол клетки и по висло на ней всем телом, так что клетка накренилась почти вертикально. Ужас парализовал Мику. Слепой и беспомощный, он скользил прямо в пасть к хищнику, мгновение — и его ноги прошли сквозь прутья решетки, оказавшись за пределами клетки. Но сработал инстинкт самосохранения. Мика взвизгнул и, отчаянно перебирая руками, начал карабкаться вверх, к противоположному углу клетки. К счастью, в этот момент клетка с грохотом опустилась на дно ямы, и хищник вынужден был разжать зубы. Мика лежал посреди клетки лицом вниз, дыхание с хрипом вырывалось у него из груди. В яме наступила тишина — крайне подозрительная тишина, учитывая то буйство, с которым мгновение назад животные-роботы атаковали клетку. Мика приподнял голову и прислушался, пытаясь понять, что происходит за пределами клетки. Он слышал скрежет когтей по бетонному полу: животные ходили кругами вокруг клетки Мики, до него доносилось их тяжелое дыхание. «Интересно, — подумал Мика, — что должно произойти дальше и что, собственно, хотят увидеть люди, наблюдающие за нами через объектив камеры?» Как бы ему хотелось тоже увидеть, что за животные кружат возле его клетки; он слышал, как они принюхиваются, пытаясь просунуть нос сквозь железные прутья. Мику сводила с ума эта невозможность взглянуть на тех, кого он так хорошо слышал. Мика поднялся на ноги и сконцентрировался на звуках, стараясь мысленно нарисовать образ животных. Они похожи на собак, в этом Мика был абсолютно уверен, поскольку никакие другие животные не могут издавать такое характерное рычание и повизгивание. Но это были очень большие, просто гигантские собаки — как минимум с него ростом, а может, и выше. Сейчас их движения были неторопливыми, даже слегка ленивыми. Одна из воображаемых собак села справа от Мики, прислонившись боком к прутьям решетки: он услышал тяжелый вздох животного. И вдруг Мика почувствовал их! Он был потрясен. Как такое возможно?! Его окружают роботы, напичканные проводами железные машины, и в то же время Мика ясно чувствовал: рядом с ним находятся живые существа! Он улавливал их настроение, точно так же, как улавливал настроение Авен. Животные были подавлены, они ужасно устали и тосковали по дому. Мику охватило непреодолимое желание прикоснуться к этим существами, и он наугад вытянул руку, но, как только палец Мики оказался за пределами клетки, сверху раздался сердитый голос мужчины.

— Эй, парень, не делай этого! Ты что, рехнулся? Все, достаточно, поднимай его!

Над головой Мики загремела цепь, клетка качнулась и медленно поползла наверх.

— Подождите! — закричал Мика. — Я не хочу подниматься. Можно мне еще немного побыть с ними?

— Что это с вами, детки? — с пренебрежением в голосе спросил один из мужчин. — Почему вам так хочется «еще немного побыть с ними»? Ты уже второй, кому взбрело в голову просунуть руку сквозь решетку. Вам что, надоело жить с двумя руками? Или тебе не страшно?

— Не страшно! — с жаром воскликнул Мика. — Я хочу взглянуть на них. Пожалуйста, разрешите мне снять повязку.

— Нет, — отрезал мужчина, — Вы, дети, и правда — все как один ненормальные.

ГЛАВА 42

Избранные

Мика с трудом передвигал ноги, чувствуя себя усталым и разбитым, как будто целый день таскал тяжеленные камни. Едва оказавшись в своей комнате, он рухнул на постель и мгновенно провалился в сон.

Проснулся Мика от холода, все тело закоченело. Он приподнял веки, но тут же снова зажмурился — резкий свет больно ударил по глазам. Авен была рядом, она громко сопела и тыкалась носом ему в руку. Мика немного поиграл теплыми шелковистыми ушами собаки, прислушиваясь к шороху листвы, которым сопровождалось каждое движение его пальцев. Затем раздался приглушенный стук: то ли дятел настойчиво долбил клювом по стволу дерева, то ли где-то далеко лесорубы ритмично стучали топорами. Стук стал громче, Мика наконец сообразил, что это стучат в дверь его комнаты. Авен встрепенулась и растаяла в воздухе, Мика открыл глаза. Дверь распахнулась, и Одри ураганом влетела в комнату. Она излучала ослепительное сияние, как будто ее подключили к электрической розетке. На запястье у Одри расплылся большой синяк.