Ты как никто другой знаешь, что ей не стоило этого видеть, — после этих слов, зверел огонь и семья Дарг исчезла в пламени.
— Он сейчас о чем? — после недолго молчания спросил Дракарес. Все это время ни один страж не вмешивался в нашу словесную перепалку. Толи давали мне самому разобраться с противником, толи были уверены, что не причинит никому вреда, пока на его руках покоилась сестра. Остается вопросом, но рад, что они не влезли.
— Несколько лет назад, — вдруг начал эльф, — на глазах Нессы был убит её ребёнок. Они с Варом потеряли семью, но смерть дочери навсегда отпечаталась в ее памяти. У нее не было возможности спасти ее. А когда она поняла, что что-то не так, было уже поздно. Несса не успела спасти своего ребенка. И не успела сегодня, — после этих слов вспыхнул зеленый огонь и тут же погас, поглотив офицера светлой стражи в свои объятия.
Разлом.
Ребенок!
Она все время твердила о детях. Не об их принадлежности к расе, а об их возрасте! Мог бы и сам догадаться. Остолоп непробиваемый. Сдалась тебе эта гордость, когда ты не можешь ей управлять? В твоих глазах она искала понимание. В твоих! А ты ничего не понял, даже не попытался осознать, что не дает ей покоя…
Что б вас всех!
— Кто?! — тихое, не обещающее ничего хорошего рычание разлетелось по кабинету, приводя в движение стены.
Обернувшись на Дракареса, заметил, как его глаза наполнились чернотой. Казалось, сам Разлом смотрел на меня, изучал, запоминал каждую черту лица.
— Драк, — Кайсери подошел к другу и коснулся его плеча.
Дракарес
Кровь стучала в висках. Перед глазами образовалась пелена, не позволяющая разглядеть все, что находилось вокруг, я словно резко упал в кромешную темноту, где ни то, что рук, собственного носа не было видно.
Я смотрел вперед. Туда, откуда доносился запах врага. Его запах. Оцепенение. М-м-м, услада для моего зверя. Пытаясь разглядеть его силуэт, я упустил из виду один миленький момент. Место, где находился.
Дом.
Нет, не тот, что в столице Империи крови. А тот, где я родился и вырос, где потерял семью.
Над крышей моего дома просвистело заклятие, а из соседнего дома, уже полыхавшего как факел, послышались душераздирающие крики.
Нас не предупредили о нападении. Последнее время проводя в переговорах, мы не были готовы к предательству. Ничего не предвещало беды. Но разве это могло как-то спасти ситуацию? Нет. Ни один дракон никогда бы не поверил, что кто-то может бросить ему вызов. Я не верил. А потому, даже если бы нас кто-то и предупредил заранее о надвигающейся угрозе, я бы посчитал его глупцом, усомнившимся в силе и мощи драконьей крови.
Нас боялись. Всегда. Везде.
При одном только упоминании о наших крыльях люди с ужасом прятались в своих домах, закрывая двери на все засовы, которые только имелись. Глупцы, думающие, что хлипкое дерево способно было остановить едкое пламя. Дураки, считавшие, что в их собственных домах драконы их не смогли бы найти. Я восхищался нашей независимостью. Обожал наше превосходство над другими. И призирал всей душой нашу слабость. Никто никогда не должен был узнать, что у великих покорителей неба и огня было такая жалкая, смешная смерть.
Серебро. Чистое, несмешанное ни с каким другим металлом. Лишь оно могло обратить дракона в прах. Лишь о нем мы на протяжении столетий молчали. Каждый дракон знал, если знание о возможность убить крылатых существ распространиться по всему миру и попадет в руки всем нашим недругам — покоя не будет всему драконьему роду.
Драконоборцы начали с королевской семьи. Они как-то прознали про нашу связь с королем и, что именно она поддерживала порядок и спокойствие в королевстве. Убив короля, они лишили весь народ опоры и защиты, а самое главное темные отобрали у нас надежду, тот светлый лучик, за который стоило сражаться, за который нестрашно было умереть. Но его не стало. Надежда убита. Свет потух. И только одно желание жить толкало нас вперед, заставляло проливать свою кровь и кровь наших врагов. Только острое чувство боли от потери родных придавало нам сил подниматься и продолжать бой.
У магов было преимущество. Они знали наше слабое место и били по нему, не глядя. Гончие своими острыми зубами рвали тонкую детскую кожу, выцарапывали когтями детям глаза и живьем съедали их.
По наши души пришли все, кто так ненавидел нас за наше бессмертие и нашу власть над ними. Никто не остался в стороне и даже не попытался помочь нам. А ведь среди нас были и обычные люди — мужчины и женщины, даже некоторые дети родились без драконьей сущность и полностью походили на своих чистокровных родителей. Но магов это не остановило. Своими заклятиями они сжигали наши дома, пускали по нашему следу своих адских псов и серебряными лезвиями перерезали глотки нашим женам, сестрам, матерям и дочерям. Они жестко расправлялись с нами и нашим миром. Им было плевать, что мы тоже живые, как и они, что у нас есть чувства, эмоции. Мы для них были уличными псами, с которыми можно было делать все, что только могло взбрести в бездушные головы.
Крики женщин, плач детей, рев пламени, не щадящего ничего на своем пути, дикий лай гончих — все это слилось в один гам, что давил на уши. Языки пламени, блеск драконьей чешуи и цветные плащи магов — всё это перемешалось в один непроглядный блик, что слепил глаза. Куда бы ни посмотрел, что мелькало перед глазами. К чему бы ни прислушался, различить слова не мог. Все мои чувства были обострены и в тоже время силы их не хватало, чтоб различить хоть что-то в этом нескончаемом потоке крови и женских криков. Единственное на что был тогда способен — сражаться, рвать на части недоброжелателей, грызться с гончими и всеми силами защищать семью, народ.
— Мама! — повалив на лопатки мага, читавшего очередное заклятие вечного пламени, услышал детский крик. Это была девочка. Принцесса.
Аннелиз рог Дракоренерес — трехлетняя наследница престола — билась в крепких руках темного, лица которого я, увы, не видел. Внучка короля вырывалась на свободу, пиналась, кусалась, кричала, звала на помощь свою маму, которой не было видно ни среди живых, ни среди мертвых — скорее всего её убили еще во дворце, а девочка успела сбежать. Но все попытки Аннелиз сбежать были тщетны — её противник был силен. Да и куда маленькой девочке против здорового крупного мужика? Даже её дракон
