Но ведь не взяли же!
И это было действительно так. Здесь было много всякого, чем проникший сюда вор мог бы поживиться. Это было тем более странно, что попасть в сокровищницу было вовсе не просто. Этот человек, не смотря на свою безалаберность, хорошо понимал, что сокровища и только они обеспечивают ему лёгкую и приятную жизнь. Потеряй он их, о таком образе жизни пришлось бы забыть. Поэтому охрана в этом помещении была на высоте. Стоимость жемчужины не окупала затрат на преодоление всех магических и немагических ловушек охраны.
– Странное совпадение, – нахмурившись, произнёс Григорий. – Совсем недавно мне довелось поговорить с одним воришкой. Будь это обычное ограбление, я бы ничего не сказал, но теперь я думаю, не его ли это рук дело? Скажите, жемчужина была в футляре?
– Да. В такой красивой коробочке.
– Тогда сделаем так. Я заплачу вам, сколько должен, а вы прикажите слугам следить за сокровищницей. Если я не ошибаюсь, скоро он вернётся сюда. Хотя возможно, что придёт сразу ко мне. Если так, я пошлю кого-нибудь сказать, что караулить больше не надо.
Ждать пришлось недолго. Уже через день юноша появился на пороге знакомой комнаты, пряча руки в карманах.
– Что это за шутки? – возмущённо заявил он. – Вы говорили, что вещь отлипнет от рук, если вернуть её хозяину. Но сколько я ни старался, так и не смог положить её обратно в витрину.
– Это потому, – пояснил Григорий, – что хозяин жемчужины теперь я.
– Хозяин особняка неплохо повеселился, когда понял, в чём тут дело. Он не слишком торопился остановить меня и послать сюда.
– Так почему же ты не взял ничего больше?
Юноша словно споткнулся. Вся его задиристость разом исчезла.
– Я знал, что это богатый дом. Там есть, чего взять. Но грабить я не хотел. Мне нужно было проверить. Там, где много дорогих вещей, проще взять что-нибудь так, чтобы этого никто не заметил. Я поговорил с мальчишкой-посыльным. Немного денег – и у меня уйма полезных сведений. В том числе и про ваш предполагаемый визит. Я подумал, что в этой жемчужине, наверно, есть что-то необычное, раз ею заинтересовался маг.
– Вовсе нет. И магу, знаешь ли, иногда могут потребоваться обычные вещи. Но, как бы там ни было, ты принёс сюда эту жемчужину. Так верни, и дело с концом.
Юноша отдал жемчужину. Говорить, пожалуй,
больше было не о чём, но уходить он не торопился.
– Так что же мне делать? – горестно спросил он. – Искать работу, чтобы потом пятки лизать какому-нибудь разжиревшему лентяю только потому, что его угораздило удачно выбрать себе родителей? Нет, это не по мне.
Григорий задумался. Юноша ему нравился. Умный, сильный, ловкий. Направить бы его способности в другое русло! Впрочем, вариант есть.
– Ты мог бы стать охотником, – предложил он парню. – Добывать разные редкости, которые впоследствии можно было бы продавать за большие деньги. Как тебе это? Подходит? Сначала, конечно, стоит попрактиковаться на чём попроще. Но со временем ты мог бы доставать редкости даже из иных миров.
– Из иных миров? – Парнишка, кажется, задумался, прикидывая, насколько привлекательно то, что ему предлагают. – Ты считаешь, это мне по силам? Я ведь не маг!
– Конечно. Но ты ловок и умён. Проникнуть в ту сокровищницу совсем не просто. Иначе её давно уже бы разворовали. Ты не жаден, так как не взял ничего, кроме жемчужины. Ты азартен и любишь приключения. Все задатки для того, чтобы начать собственное дело. Охотниками, знаешь ли, не рождаются. Этой профессии можно научиться.
Парень ответил не сразу. Он слышал про охотников. Много лет уходит на то, чтобы освоить эту профессию. Ни о ком другом не ходит столько легенд, как об охотниках. Но сам он не знал ни одного из них, да и с магами почти никогда не встречался. Всё его знакомство с магией ограничивалось разными способами разрушения защитных заклинаний. До этого момента он никогда не задумывался о том, как создаётся то, что он разрушает.
– Хорошая идея, – решил он наконец. – Может, заодно ты подскажешь мне, где находят эти самые редкости и кто научит меня всему, что положено знать охотнику?
– Держи уши открытыми. Расспрашивай людей. Для начала ты можешь поездить со мной. Это даст тебе возможность познакомиться с торговцами. А уж они-то знают ответы на твои вопросы.
– Решено, – произнёс юноша, решительно взмахнув рукой. – Больше я не ворую, и мы путешествуем вместе. Тогда нам следует познакомиться. Петро.
Юноша протянул руку. Григорий пожал протянутую ладонь и назвал себя.
Вдвоём путешествовать намного веселее и интереснее. Григорий обучал юношу грамоте и письму, истории, языкам. А тот делился секретами своего мастерства, немало удивляя тем, что мальчик, родившийся и выросший на улице среди бродяг и нищих, не получивший даже начального образования, уверенно использовал многое из того, о чём учёные мужи даже бы и не додумались.
Путники двигались по дороге, заросшей невысокой травой, и коротали время беседой, когда кольцо с большим голубым камнем, которое Григорий носил не снимая, слегка нагрелось. Он поднял руку. Камень светился неярким мягким светом. Петро, ни разу раньше не видевший ничего подобного, не отводил взгляда. Григорий хмурился, и Петро понял, что происходит что-то плохое. Несколько раз он тихо кашлянул, но ответа не получил. Пришлось подождать. Перебивать друг друга между ними было не принято.
А Григорий беседовал с женой. Такой способ общения он создал, когда начал разъезжать в одиночестве. Кольцо себе, кулон Маргарите. Позднее, когда дети подросли, он сделал такие украшения и им: браслет для Бажена и кулон для Всемилы. Сосредоточившись на украшении, он мог протянуть энергетическую нить к человеку, на которого оно настроено, при условии, что это украшение в данный момент на него надето. Эта нить позволяла вести диалог мысленно.
– Что произошло? – спросил Петро, когда Григорий снова был в состоянии отвечать.
Григорий пожал плечами.
– Неприятности дома, – ответил он. – Моя жена задремала среди бела дня, что в принципе с ней случается редко, и ей приснился жуткий кошмар. Что там было, не важно, но она проснулась, крича от ужаса.
Петро был удивлён. Он и сам, случалось, видел кошмары, но никогда не придавал им такого значения, чтобы назвать это «неприятностями».
– Это всего лишь сон, – сказал он. – Что в этом такого?
Григорий покачал головой.
– Сны бывают разными, – пояснил он. – Бывает действительно просто сон. Хоть и страшный, а проснёшься и забудешь. Её сны порой бывают иными. Она словно видит что-то, что происходит на самом деле, но в другом месте. Может даже в другом мире. Боюсь, в
