Читаем без скачивания Мои миры, твое отчаяние. Танец 2 - Кошка Маришка

Стучать Том решительно отказался, простой Аллохоморой он открыл дверь и вошел в шикарно обставленное поместье. Откуда–то справа доносились тихие позвякивания и звуки разговора.

— …конечно, не стоило им продавать столько молока! А то ты не знаешь семью этих Бетер…

Пожилой мужчина резко замолчал и удивленно воззрился на вошедшего в столовую. Том даже не посмотрел на него, единственный, кто его интересовал — это красивый мужчина, который сидел к нему вполоборота. Реддл однозначно унаследовал от него внешность, даже больше, он был практически его копией.

— Кто ты? — с визгливыми нотками поинтересовалась пожилая женщина.

— Я Том Марволо Реддл, сын Тома Реддла и Меропы Гонт, — вежливо произнес юноша, внимательно следя за находящимися в комнате.

Ничего, кроме сильного шока, невозможно было различить на их лицах.

— Ты мерзкий мальчишка! Сын этой… этой… этой ведьмы! За поместьем явился? Так вот вам, — мужчина, что был его отцом, показал ему две больших фиги. — Все моей с Сессилией дочери достанется! Не получите вы ничего и можешь передать этой своей колдунье!

Том усмехнулся и сжал в руках палочку Морфина.

— Я бы с радостью ей сказал бы это, да вот только умерла она, как только родила меня. Я рос в приюте.

Безразличие… Ни капли жалости, радости, сочувствия. Все годы его тщетных поисков и мечтаний, чтобы придти сюда, к этой пустоте и ничтожности.

— Ты не нужен тут, мальчик. Убирайся лучше сам, пока мы не помогли тебе. Прошлое в твоем лице тут никому не принесет благо. Сессилия и так не сразу простила Тома. Давай мы дадим тебе денег на обратный путь до дома? Уезжай и забудь, — пожилой мужчина говорил спокойным, обыденным тоном, будто бы стоял с ним в мясной лавке и говорил, какой кусок ему нужен для ужина.

Том–старший согласно кивнул. Он отвернулся от своего сына и упер свой взгляд в чашку, которую держал в руках.

Юноша покачал головой.

— Я все–таки думал, что вас не придется убивать, но… Вы сами все решили.

Сначала в них полетело обездвиживающее проклятия. Первым Том убил своего отца и прошептал заклинание для создание крестража. Это было… скорее неприятно, а не больно. Просто внутри будто что–то оборвалось, а эмоции стали не такими яркими.

Перстень Гонтов теперь принадлежал ему и хранил в себе его часть. Но этого было мало. До бессмертия дотянуться с помощью только одной вещи слишком глупо, а он очень умен, чтобы быть настолько беззаботным.

Том упал на колени и начал рыться в своей сумке. Учебники явно не подходили на роль будущих крестражей, перья и пергаменты тем более. Внезапно на самом дне он нащупал свой дневник, в том числе и с некоторыми записями по исследованию Тайной комнаты. Сейчас он не сможет ее больше открыть, но, возможно, чуть позже, через кого–то, василиска вновь можно будет выпустить. Дневник идеально подходил на роль крестража. Во имя бессмертия Тома был убит дед. По мнению Реддла, пусть и таким образом, его семья принесла ему хоть какую–то пользу. После того, как он убил бабушку, юноша сел на пол, почувствовав себя совершенно истощенным.

Столько лет было потрачено на поиски отца–волшебника, который просто не знал о его существовании. В мечтах Тома ему всегда были рады, его встречали с объятиями и извинениями. Маги никогда бы не отреклись от своих детей, на это способны только магглы. Просто так вычеркнуть из своей жизни частичку себя.

Реддл, пошатываясь, подошел к столу, пододвинул один из стульев к отцу и сел на него, прижавшись к еще теплому мужчине. Потом будто бы крадучись положил себе на плечо его руку и прижался своей головой к его плечу.

— Где же моя Страна Чудес, папа?

Мертвые всегда молчат, так что Том мог самостоятельно придумать любой ответ. Слишком сильная усталость одолела его. Он взмахнул палочкой и поставил Будящие чары, которые должны были сработать через пару часов.

Потом Редлл уйдет отсюда навсегда. Конечно, перед своим исчезновением он вернет Морфину его палочку, ту самую, которой и были совершенны убийства, сотрет память о себе и прикажет согласиться с тем, что преступления совершил он сам.

Но все это будет потом, а пока у него есть несколько часов на иллюзию того, что он спит в заботливых объятиях родного отца…

__________

Небольшая часть диалога между Морфином и Томом взята из 17 главы(несколько реплик).

Упражнение, которое проводит Мирослава «Горячий стул», чаще всего после этого проводят следующее упражнение «Золотой стул», смысл которого заключается в том, что каждый из участников говорит сидящему, что ему нравится в нем(во внешности и характере).

У Морфина психопатия (скорее всего, возбудимого типа).

Глава 24. Период странностей

Глава 24. Период странностей

Когда Гарри проснулся, было еще темно. Фланелевая больничная пижама прилипла к его телу, а он сам был прижат к кому–то тяжелой мужской рукой. Мальчик осторожно пошевелился и попытался открыть глаза, которые почему–то были слеплены. Поттер повел рукой по своему лицу, оно было мокрым от слез.

Гарри приподнялся на локте и попытался рассмотреть лицо лежащего рядом мужчины. Ему было интересно, кто остался с ним. Вроде бы, профессор Мейер ушел вчера, а больше было некому.

Мальчик с удивлением увидел, что рядом с ним спал Сириус. Видимо, копошения крестника разбудили его и тепер он тоже зашевелился на своем месте.

— Спи, Гарри, — сонно пробормотал Блек и притянул к себе Поттера. — Директор вернется только в восемь утра.

Последнее заявление возымело на мальчика обратный эффект. Он буквально подскочил на кровати и начал трясти за плечи крестного.

— Немедленно обращайся в пса! Тебя могут увидеть! — закричал Гарри.

Сириус попытался накрыться одеялом с головой.

— Поздно, Каркаров видел меня вчера.

— И что? — испуганно спросил мальчик.

— Ничего, — пожал он плечами. — Пригласил нас к себе на зимние каникулы. Я согласился.

Гарри чуть отполз в сторону и попробовал начать мыслить рационально. Каркаров не напал на Сириуса сразу же, как узнал его, но значит ли это, что он не сдаст его аврорам чуть позже? Почему–то вспомнились слова директора о человечности Гримма и о том, что Гарри следует его лучше беречь. Неужели он тогда уже знал о том, что рядом с мальчиком анимаг, а не обычная собака?

— Тебе стоит бежать! — воскликнул Поттер.

— Куда? — сонно раздалось из–под подушки. — Мы у Мерлина в заднице, с трех сторон море, а с четвертой очень опасный лес, который непонятно где заканчивается, — внезапно в голосе появилось чуть больше осознания. — Как ты себя чувствуешь?

— Лучше, — отмахнулся Гарри. — Интересно, против скольких авроров мы сможем выстоять?

Сириус отбросил подушку в сторону.

— Ты что, собрался бежать и скрываться со мной?

Поттер посмотрел на него как на умалишенного.

— Конечно же, да! — ответил мальчик и уселся по–турецки. — Нам нужно вывести из строя противника, лучше оглушить и связать, потом бежать в наше общежитие за мантией–невидимкой и теплыми вещами. Несколько дней проведем в лесу, а в выходные проберемся на торговый корабль и отправимся на нем куда–нибудь. После разберемся, что делать дальше.

Сириус привстал, провалил мальчика на кровать и улегся рядом.

— Спи, мой герой. Каркаров ничего мне не сделает, — Блек сладко зевнул. — Ты ему зачем–то нужен. Ради тебя он тут даже дементоров вместе с троллями примет, не то что беглого преступника. Тем более, он знал обо мне с самого первого дня и не почесался.

Гарри недоверчиво посмотрел на крестного.

— Ты слишком наивен. Почему ты ему веришь?

Блек поморщился и, видимо, окончательно распрощался со сном.

— Потому что нет у него причин отправлять меня в Азкабан. Понимаешь, совсем нет. Тем более, он догадался, что это ты вытащил меня оттуда.

— Откуда такие выводы? — скептически поинтересовался Гарри, в нем еще не улеглось желание куда–то бежать и что–то делать.

— Он догадался, что твое ужасное состояние было не только последствием пребывания в поместье Снейпа. Каркаров сопоставил твою эмоциональную истощенность с потенциальным воздействием дементоров и сделал выводы. Могу предположить, что он боится твоей силы куда больше, чем когда–либо боялся Волдеморта, — Сириус задумчиво посмотрел на своего крестника. — Я считаю, ты сильнее его, в смысле, сильнее Волдеморта.

Гарри отрешенно уставился на свои руки.

— В чем заключается сила, Сириус? — поинтересовался он. — Сила магии? Волдеморт может то, о чем я только слышал или догадываюсь. У меня теория, у него навык. Более того, я не хочу проводить над собой те же ритуалы, что и он. Они повлекут неминуемые изменения, но, безусловно, сделают меня еще более устойчивым к некоторым проклятиям.