Читаем без скачивания Приграничное владение 3 (СИ) - Матюшенко Артем

— Серый, чего думать-то? И до работы близко, ехать не нужно, а тут баня и свежий воздух, озеро. Дочке твоей тут лучше будет. Да и места тут намного больше чем в двушке панельной. Весь первый этаж в твоем распоряжении и две комнаты наверху.

— А квартиру куда? Только купили и снова переезжать?

— Да сдашь ее на пару лет кому-нибудь.

— Ну нафиг. Ремонт сделали и чужим людям отдать? Нет уж. — Отказался Дубровин.

— Ну вон Ромке дай пару лет пожить, а то он до сих пор в общаге живет.

— Да ну, неудобно. — Начал отказываться парень. — Мы, так-то уже почти на первый взнос ипотеки накопили. Или в строящемся можно в рассрочку взять через строительную компанию, мне Марат предлагал с этим помощь.

— Ну вот и возьмешь в строящемся, а сам пока в двушке поживешь. — Сказал Сергей. — Тебе, без базара, пожить дам. Раз надо, то надо, а то чего меня одного напрягают, да дергают? Получится глобальное переселение народов- я в дом, ты в двушку. Все с улучшением жилищных условий переедем. Даже Саня в замок. Ну главное, что не в тюрьму. — Хохотнул он.

— Типун тебе на язык. Опять подбадриваешь? С твоим юмором, Сережа, только в шоу у Петросяна выступать.

— Да ладно, Сань, чего ты? Ты главное появляйся почаще, а то снова нам тут с Ромкой одним рулить.

— Постараюсь. Если Клим с папой снова в какой рейд не отправят. — Саша развел руками. — Так-то я у них на службе, а приказ есть приказ, не тебе объяснять.

* * *

Ларс откровенно боялся последствий неудачи, но все уже было решено. Конечно, если его поймают, то скорее всего оставят в живых, он слишком ценен, но кто мешает палачам герцога несколько дней пытать его, чтобы он был сговорчивее и не думал больше о побеге? Да и безногим инвалидом, он так же сможет приносить пользу, изготавливая магические артефакты.

Сегодня, его тридцать седьмой день заточения. Хотя обращались с ним, конечно получше чем с простым пленником. Он не сидел в сыром каменном мешке, где узники испражняются прямо на пол и не махал кайлом на каменоломнях, получая удар хлыста от надсмотрщика. В его распоряжении была просторная комната находившаяся в одной из башен цитадели. Широкий топчан с тюфяком набитым соломой, дубовый стол, шкаф с десятком книг, два стула. Даже шерстяное одеяло, в которое он закутывался, спасаясь от ночной прохлады. Все же, ночью в горах было довольно зябко, особенно под утро. Для тюремной камеры, обстановка более чем роскошная. Пусть не золотая, но все же клетка.

Кормили хоть и не разнообразно, но довольно сытно. Утром давали гороховую или пшенную кашу и кружку травяного взвара, а в обед похлебку, чаще всего рыбную. К похлебке давали большой кусок хлеба и половину луковицы. Вечером же, тоже кусок хлеба с травяным чаем, на хлебе лежал ломтик сала или овечьего сыра. Так, что не голодал. Да и занимался Ларс все же своим привычным делом.

Совсем не каменоломни, так что грех жаловаться. К тому же, под рукой всегда была бумага и чернила. За эти дни в его голову приходило много новых идей по улучшению и созданию магических предметов, он конечно черкал на плотных сероватых листах, но так… чисто для себя, чтобы никто не понял и не смог в дальнейшем использовать его идеи. Даже боялся записывать их на древнеэльфийском, который знают лишь немногие маги в академии, а вдруг сам Кранк или его помощник смогут это прочесть?

Работать всю жизнь на кровавого деспота, Ларс не желал. После того, как он стал свидетелем убийства старого архимага, а потом и убийства герцогом Кранком магистра Югора, его привезли в горную цитадель — резиденцию старого герцога. Его конечно не сразу поселили в этой комнате, дня три подержали в сырой камере и даже прошлись с десяток раз хлыстом, отчего на его спине остались красные вздутые рубцы. Но это, скорее, для острастки. Показали, что с ним будет, если он не станет добровольно работать на герцога. А Ларс и не артачился. Всем своим видом, он показывал полную покорность новому хозяину.

Потом, его поселили в эту комнату. Первое время при его работе, присутствовал или секретарь герцога или другое доверенное лицо. Ларс старался, он исправлял и улучшал артефакты герцога и его людей, изготавливал новые, по большей мере простые амулеты, обереги. Герцог Кранк был им доволен. Он даже один раз заходил в комнату к Ларсу, после этого ему к ужину дали полкружки отличного вардосского вина из южных долин. Да и сам ужин, в тот вечер, был сытным — мясная запеканка, сырная нарезка и тарелка овощей и зелени. Ну еще бы, он тогда хорошо постарался, улучшая амулет нового хозяина. Полдня возился исправляя не столь удачное плетение, что создал другой мастер и подправляя, вырезанные на серебряном амулете руны сложного заклинания.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Примерно, через полмесяца его работы на герцога, его стали оставлять одного. С утра выдавали весь инструмент, серебро и другие материалы, а вечером все забирали. Да и ночью, через открывающееся окошечко в двери, стали контролировать намного меньше. Если вначале за ночь тюремщики заглядывали в его комнату-камеру раз по пять-шесть, то последнее время, от силы раз-два за ночь. Расход серебра строго учитывали, взвешивая его утром и вечером, но все же Ларсу удалось сэкономить немного, списав на угар материала. Серебряный амулет, а скорее серебряная чешуйка, которую он старательно прятал от своих тюремщиков, сегодня будет использована.

Простой артефакт на силу, полностью заряженный. Сам он при отсутствии маны зарядить даже такой простенький амулет не мог, но попросту украл энергию, перелив из другого амулета герцога. Конечно, на долго такой чешуйки не хватит. Но все, что нужно Ларсу, так это сломать дубовую решетку на окне и слезть по веревке вниз. Для этого заряда должно хватить. Хоть и малый по весу амулет, но Ларс постарался создавая его. Несколько слоев плетения, изящно выполненные связки и узлы. Такой амулет, усилит силу как минимум процентов на девяносто, а то и на все сто- просто произведение искусства, а не простая серебряная чешуйка.

В своей работе, Ларс был уверен, он по праву гордился созданными амулетами и считал себя одним из лучших артефакторов в империи. Он не был уверен, в своих силах. С детства не отличался хорошим здоровьем и силой. А потом еще и перенесенная, в двадцать лет, чахотка собрала свою жатву. Хорошо хоть у матери с отцом нашлось немного накоплений и они воспользовались услугами лекаря, не дав болезни развиться и выжечь дотла тело их сына.

Еще особенность Ларса состояла в том, что будучи отчасти магом, он совсем не контролировал свое тело. Другие, обладая даром, сами омолаживали себя, лечили болезни и становились сильнее разгоняя кровь и энергию по телу. У Ларса все было не так, он видел линии плетения и нити самой энергии, то чего не видели другие маги, зато излечиться мог только при помощи сделанного самим же амулета. Да и то, если этот амулет зарядит и активирует другой маг. Проще говоря, он был гениальным мастером артефактором, во всем остальном же совершенно не отличался от простаков не имеющих дара. Он, хоть и видел магические линии, совсем не имел запаса магической энергии в своем теле.

Вот и сейчас Ларс боялся, что не сможет вырвать толстую дубовую решетку даже при помощи заряженного амулета. Ведь как ни крути, а хилый человек не может в одночасье стать атлетом, поднимающим большие тяжести. Амулет силы увеличивает эту самую силу в процентном соотношении. Если к примеру сильный человек, не обладающий даром, поднимает большой вес и без амулета, при помощи своих жил и мышц, то он удвоит свои силы. Удвоит, конечно при наличии лучшего амулета.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В среднем, амулеты силы, что продавались в магических лавках, увеличивали силу владельца процентов на пятьдесят. Если амулет увеличивал силу на семьдесят-восемьдесят процентов, то он стоил в разы дороже и считался созданным лучшими мастерами столицы. Сам же Ларс мог увеличивать силу созданными самолично амулетами, почти вдвое.

А Ларс? Даже с удвоенной артефактом силой сможет он выломать решетку? С его то весом и его то хилыми руками? Поэтому Ларс пошел на риск и днем, с внешней стороны решетки сделал острым ножом, что выдавали ему для работы, глубокие насечки. Если кто-то подойдет к решетке, то несомненно увидел бы их, но обошлось. Никто из тюремщиков не подходил к окну, да и Ларс на всякий случай чуть сдвинул стол, чтобы перегородить проход. В любом случае, все решиться сегодня ночью, тянуть нельзя. Сильно увеличивается риск, что тюремщики увидят поврежденную решетку или разорванный тюфяк и раскроют его замыслы.