улыбнулся он.
Между тем ведущий оглядел аудиторию.
— Пожалуйста, последний вопрос. Нам надо освободить зал к четырем.
Все присутствующие устремили взоры на меня. Собравшиеся понимали, что я-то уж не дам спуску доктору Ли. И я не собирался оставлять их разочарованными.
— Насколько я знаю, Гонконг проголосовал за Резолюцию 5.11 от 1985 года, гласящую, что если исчезающий вид вносится в Приложение I, то всякая торговля продуктами этого вида прекращается через девяносто дней после этого. Или, может, я ошибаюсь?
По залу пронесся смех. Я улыбнулся в ответ, в знак того, что воспринимаю реакцию как должное.
— Простите, что снова вынужден брать слово. Но Великобритания совершенно точно голосовала за резолюцию. Так на каком же основании вы голосуете за добавление, изменяющее ее смысл? Разве речь идет о чрезвычайных обстоятельствах, требующих чрезвычайных мер?
Реакция доктора Ли была неприкрыто враждебной.
— Не знаю, как там Великобритания поддержала Резолюцию 5.11, зато я знаю, что Гонконг в это время активного участия в деятельности КИТЕС не принимал. — Он встал. — Спасибо, джентльмены, что уделили нам время, — твердо сказал он.
Как только Ли покинул зал, ко мне подошел Тони Кларк, первый секретарь-ассистент по финансовым службам Гонконга.
— Похоже, вы славно разбираетесь в этом, — с любопытством сказал он, явно подбирая ключи, чтобы раскрыть мою личность.
— Да так, с недавних пор наблюдаю за развитием событий, — как бы невзначай бросил я.
Тут ко мне подступил журналист из ЮПИ.
— Как я понял, вы представляете какую-то природоохранную организацию? — спросил он.
Я заметил, как при этих словах Тони Кларк содрогнулся.
— Да, — сознался я, — но в данный момент я прибыл сюда от лондонской газеты «Санди таймс».
— Как называется ваша организация? Ваше имя и должность? — не унимался представитель ЮПИ.
Я собирался участвовать в работе конференции инкогнито, но теперь не было смысла таиться.
— Наша группа называется Агентство по исследованию природы. Мое имя — Дейв Кэрри, я исполнительный директор, — ответил я. Было бы глупо упускать такой шанс дальнейшей рекламы нашего дела.
* * *
Когда я вернулся в Лондон, до начала конференции КИТЕС оставалось всего четыре дня. Доклад ЕИА, озаглавленный «Система истребления» с подзаголовком «Трагедия африканского слона» объемом в 46 страниц, включая две страницы ссылок, уже был напечатан. На обложке была моя фотография убитых слонов, сделанная год назад в парке Цаво; поверх снимка мы наложили текст: «ОДОБРЯЕМ. СЕКРЕТАРИАТ КИТЕС», похожий на официальную печать, от чего композиция приобрела сатирический характер. Свидетельства обвинения группировались по тринадцати разделам, каждый из которых характеризовал какой-то отдельно взятый аспект торговли слоновой костью. Дав характеристику положения дел в таких крупных странах, как Южная Африка, Объединенные Арабские Эмираты, Гонконг и Япония, мы посвятили целую страницу деяниям Йана Паркера. Еще пять страниц были отведены деятельности секретариата КИТЕС; в своих выводах мы назвали вещи своими именами. «Генеральный секретарь и большинство штата КИТЕС заслуживают обвинения, мягко говоря, в грубейшей некомпетентности. Им нельзя вверять объективное выполнение решений сторон. Они доказали свою некомпетентность в несении ответственности, налагаемой сторонами, и должны быть лишены доверия». Сигнальные экземпляры были разосланы прессе. Но пока что только в одном мы могли быть уверены: проигнорировать этот доклад не сможет никто.
Пресса по-прежнему не уставала изобличать торговлю слоновой костью. «Мейл он Санди» опубликовала, как и обещала, разоблачения секретариата КИТЕС на трех страницах. Этот огромный материал немедленно вызвал интерес других британских газет. Неделю спустя газета «Мейл он Санди» опубликовала разоблачения роли Йана Паркера в деятельности секретариата. Авторитет означенного органа был серьезно подорван всего за несколько дней до конференции КИТЕС.
Но вместе с тем до нас дошли и тревожные новости. Секретариат КИТЕС взял под контроль фонд, организованный с целью финансирования прибытия на встречу КИТЕС делегатов из бедных стран. В формировании этого фонда приняли участие все — и борцы за охрану природы, и правительственные учреждения, и коммерсанты; ранее Йан Паркер жаловался, что защитники природы оплатили дорожные расходы некоторым делегатам, а затем потребовал от них голосовать за ряд угодных ему мероприятий. Большинство африканских делегатов получили финансовую помощь для прилета в Женеву, но их путь лежал через Амстердам, где они останавливались на один-два дня. Получая от секретариата средства на дорогу, африканские делегаты извещались о неформальной встрече, организуемой делегатом от Малави, возглавлявшим предвыборное совещание делегатов от Африканского региона. Однако, судя по всему, больше ни с кем из африканских делегатов не консультировались по поводу данной встречи, и мы опасались, как бы на них не было оказано давление с целью добиться от них оппонирования полному запрету на торговлю костью.
Тележурналистка Морен Плантагенет и Эллан полетели в Амстердам разобраться в ситуации на месте, я же остался в Лондоне, чтобы давать разъяснения прессе, что к чему. Мы договорились, что я присоединюсь к остальным семерым членам команды ЕИА в первый день работы конференции. В ближайшее воскресенье «Санди таймс» готовилась опубликовать крупную статью на базе нашего доклада «Система истребления», после чего следовало ожидать прилива желающих взять интервью.
Я взбодрился, когда утром в воскресенье раскрыл «Санди таймс» и прочитал разоблачение деятельности секретариата, явившееся поддержкой нашей атаки. Газета процитировала слова одного из западноевропейских делегатов: «Нарастает ощущение, что секретариат КИТЕС слишком много на себя берет. Организация встреч, подобных амстердамской, за пределами его полномочий». Кстати, до меня дошло, что внезапный десант ЕИА и журналистского корпуса на тайную ассамблею в Амстердаме поверг делегатов в такой конфуз, что сборище так и не состоялось.
Накануне моего отлета в Лозанну меня пригласили в студию Ай-ти-эн и объяснили, чего от меня хотят при расследовании деятельности секретариата КИТЕС. Генеральный секретарь КИТЕС Эжен Лапуэнт тоже давал интервью — в Лозанне — и пытался отстаивать свою позицию. Этим же вечером телекомпания Би-би-си показала великолепный и волнующий фильм «Войны из-за слоновой кости» Филиппа Кейфорда; техническим консультантом картины был Джорген Томсен. На следующее утро та же телекомпания Би-би-си взяла интервью у Эллана, находившегося в Лозанне. Торговля слоновой костью подверглась обстрелу из всех калибров. Судя по откликам на программы, общественность горой стояла за введение запрета. Если бы эта публика еще имела право голоса по данному вопросу…
Мы до сих пор слабо представляли себе, как отреагирует сама конференция на предложение Танзании. Хотя не было сомнения, что многие делегаты стояли за запрет, южноафриканские государства, Гонконг, Япония и секретариат КИТЕС составляли вместе могучее лобби, и невозможно было предугадать, на какие политические кнопки они будут нажимать.
Нашим главным аргументом был труд «Система истребления. Трагедия африканского слона». Наша задача заключалась в том, чтобы красноречиво и доходчиво довести материал
