этим сказать? — моя рука с мечом напряглась, когда образ вскинул голову и посмотрел на меня немигающим взглядом.
— Он учится управлять людьми, — произнёс психопат почти шёпотом, от чего у меня мурашки пошли по телу, а затем его рука схватила лезвие моего клинка, и враг резко полоснул сам себя по шее.
* * *
Я не думаю, что Всеволод смог бы победить в этом бою без меня и отряда автоматонов. Хотя вернее сказать, что больше всего в нашу победу внёс Долговязый Джо. Он остановил самоубийцу, обвязанного гранами, и он же подавил последнее сопротивление чёртовых культистов. Конечно, нам помог Всеволод с его рельсотроном, и тем что он обездвижил главного говнюка. Но всё равно мы сделали много. И хотя мой допрос заражённой сущности ничего нам не дал, я получил от него глубокое моральное удовлетворение.
Судя по тому, что здесь происходило, Якунинцы, объявившие себя Орденом Феникса сошли с ума. И рэкет был их важным, но не самым главным делом. Они крали людей. И, судя по форме, даже своих бывших товарищей. Интересно, почему человек Всеволода из муниципалитета сообщил о рэкете, но не сообщил о похищениях в своём районе? Случайна ли эта ошибка, или это всё часть ловушки против моих людей? Этими вопросами займутся оперативники Всеволода.
В этом деле были и другие странности. Развороченного культиста мы, конечно, не собрали, да и собирать не стали, но проводя параллели с его дружками, я могу предположить, что причиной столь странной походки стали многочисленные опухоли по телу, которые присутствовали у всех трупов оказавших нам сопротивление врагов. Мы упаковали тела, чтобы передать их на исследование Михаилу и… Кукше. Странно, но одна из развороченных опухолей была насквозь пронизана тонкими металлическими нитями.
Наши потери оказались не так ужасны, как могло показаться с первого взгляда. Многие из моих гвардейцев оказалась раненными, и пара даже тяжело. Но ничего такого, с чем не смог бы справиться Михаил. Все раны были своевременно обработаны, осколки вынуты, а разрывы зашиты. С автоматонами дело обстояло хуже. Но на то они и автоматоны, чтобы пускать их в самую гущу событий. Долговязый Джо единственный из всех, кто мог ходить без посторонней помощи. Остальных разворотило так сильно, что их буквально пришлось собирать по винтику, используя огромное количество запасных деталей из запасов Кукши. Пять из десяти получили такие повреждения, что им пришлось восстанавливать электрические цепи, а Стасу снова проводить этот обряд «вдыхания разума», хотя я уже про себя окрестил это обрядом заражения.
В общем простая, кажется, операция отправила многих моих людей на койки зализывать раны. Мне же пришлось погрузится с головой в работу. Южно-Ениссейск восстанавливался темпами, которые сложно было представить. Мы буквально из мусора на улицах собирали себе рабочих. Но помимо автоматонов к нам постепенно стали приходить и люди. Жизнь в Красноярске была не сахар, и многие решили, что на территории воюющего со всем миром Рода будет гораздо больше шансов выжить, чем на мирных улицах медленно погружающегося в хаос города.
Вениамин Градов вышел на связь и сообщил, что нашёл всё, что мы просили купить, да и покупателей на наш полимер он тоже нашёл. Так что какие-то ресурсы и деньги у нас были. По крайней мере рабочим и гвардейцам, которые были не автоматонами, мы платить могли. Всё шло своим чередом, пока Кукша не сообщил, что прямо на нас движется огромная мобильная крепость Парамонова.
Я уже и забыл о старике. И думал, а где-то в глубине души надеялся, что и он забыл за нас. Много раз прокручивая в голове наши диалоги, я понял, что мне не нравится обращение этого старика. И хотя внутренний голос говорил, что так дела не ведутся, нежелание общаться с Кузьмой всё равно было сильно.
Глава 23
Как того требовал этикет, мы дождались, пока мобильная крепость Парамонова прибудет в окрестности Южно-Енисейска. Затем старик пересел на вездеход, и направился к нам. Мы же на процессии из багги выдвинулись ему на встречу, чтобы перехватить его на пол пути.
— Сынок! — воскликнул Парамонов, когда наша техника выстроилась друг напротив друга, и мы вышли встретить его.
— Сынок? — произнесла с недовольством Нина.
Широкими шагами дед преодолел расстояние между нами и заключил меня в объятия, как будто мы и правда были каким-то родственниками.
— А я всё гадал, продержишься ли ты тут без меня? — отечески произнёс он, покончив с объятиями и держа меня за плечи, видимо, чтобы я ненароком не убежал.
— Спасибо, жив и здоров, — ответил я, пряча боль от ушибленных рёбер, которая пронзила меня, в момент стискивая груди в объятиях.
— И это хорошо, хорошо, — похлопал он меня по плечу.
— Как ваши дела? — поинтересовался я для соблюдения приличия.
— У-у-у, — закатил глаза Кузьма. — Обложили по полной. Куда не сунусь, за всё приходится воевать. Глотки грызть своим врагам. А теперь таких много, все подумали, что Парамоновы сдались, слились. Но нет, они ещё удивятся, когда мы начнём наносить ответные удары. Ты представляешь, что мне сказал этот чёртов Рудин, когда я ему высказался по поводу атаки…
Парамонов всё говорил и говорил. Мне было уже сложно сосредоточится.
— … так что, когда я им сказал, что скоро наши рода объединяться, у них глаза на лоб полезли, — закончил дел, молодцевато ухмыльнувшись.
— Наши рода объединяться? — тут уже у меня полезли глаза на лоб. — А разве речь не шла просто об ответной помощи, оружием там или технологиями, — я обернулся к Валере. Тот поднял взгляд к небесам и просто с профессиональной увлеченностью рассматривал облака.
— Это если бы там приехал, пару гаек отвинтил, — заметил Кузьма. — А ты мне жизнь спас… ну и внучке моей. Я теперь у тебя навечно в долгу, — заметив мою задумчивость, старик схватил меня и повёл к своей машине. — Да не тушуйся, — громко проговорил он. — Сейчас закатим пир, а там поговорим о делах.
— Просто принц в сияющих доспехах, — отметила
