Костя меланхолично вздыхал, глядя как из полей перед ними вырастают серые стены города, выстроенные из разномастных валунов и камней, около двадцати метров в высоты, с башенками и зубцами, за которыми можно прятаться от стрел нападающих.
Вороты ведущие в город были сделаны из твердого, местами потрескавшегося дерева и обиты полосами кованого металла. Возле них стояли стражники, вооруженные алебардами, в серых домотканых куртках и штанах, с нашитыми на груди и спине полосами металла.
А еще у ворот стоял маленький человечек в богатой и яркой одежде, оказалось, что это чиновник, собирающий входную плату за въезд в город. Многие крестьяне расплачивались зерном и мясом, но у старосты нашлось пара медных монет с изображением короля, которые вполне удовлетворили клерка.
Дома в городе в большинстве своем были каменными сделанными как и крепостные стены из валунов, самые высокие имели три этажа, редко попадалось четыре.
Улицы были мощеными булыжником, но узкими, на многих из них не прошел бы человек с широкими плечами, только боком удалось бы ему протиснуться, и все эти маленькие улочки как ручейки выливались на широкий центральный проспект.
Выливались — это правильное слово, потому что по всем ним лилась серо-бурая вонючая жижа, в которой легко угадывалась фекальные стоки.
Все что потреблял город потом собиралось таким образом в небольшую речушку, протекающую через город. Проблему отходов здесь решили простым и очень эффектным способом, то есть не делая ничего.
Запах на улицах стоял гнусный, казалось, он пропитал здесь все и булыжники улиц, и стены домов, да и самих людей, идущих посредине, обязательно задрав голову вверх, чтобы своевременно заметить, как из окна на них начнут выплескивать помои.
По центральной улице они проехали всего-то ничего и свернули на узкую улочку, по которой едва смогли пройти телеги, она вывела к рыночной площади, на которой уже располагались пара десятков телег крестьян, приехавших раньше их.
Они выбрали себе место с хорошим обзором, поблизости от маленьких улочек, чтобы первыми попасться на пути горожан, и стали раскладывать свои товары.
Староста ушел, наказав Костику охранять обоз от мелких воришек, которых в этом городе огромное множество, заодно разъяснив кое-какие городские законы.
Мальчишек можно бить, как и воров постарше — на это здесь никто не обратит внимания, на рыночной площади действуют свои правила.
Здесь всегда находится наряд стражи, который в конфликтах встает на сторону селян из простых и всем понятных соображений — если те не будут возить в город пищу, то все городское население вымрет с голода. Поэтому бей всех, кто пытается у тебя что-то украсть, а потом сдавай стражникам, но при всем этом будь вежлив и обходителен с покупателями — этих трогать нельзя.
Костя пожал плечами, вытащил из кармана краюху хлеба и, привалившись к телеге, стал жевать ее, разглядывая горожан.
Ну, вот он добился своей цели, оказался в городе и… что?
Он здесь так же никому не нужен, как и в деревне. Да и городом это назвать вряд ли можно — население едва ли перевалит за десять тысяч, если судить по общей площади. Чего он ждал от этого убогого поселка городского типа, обнесенного для защиты от нападения стенами?
Получается, что прибыл сюда напрасно. Если останется, то нарвется на новые неприятности. Уж лучше в деревне, там тихо и спокойно, и его уже знают. Как там учил Никита — выберет себе девку, нарожает деток и будет жить, с тоской вспоминая свой мир…
Тут у Костика вдруг поднялись волосы дыбом, внезапно он почувствовал, как к нему приближается нечто очень опасное, сам не до конца понимая, что делает, юноша сделал шаг назад, прижался к телеге и потянулся за мечом.
Мимо проходивший паренек, видимо почувствовал то же самое, он так же вздрогнул и встал спиной к другой телеге, затравленно вертя головой в поисках неведомой опасности.
Их глаза встретились…
— Ты кто? — крикнул он прохожему. — Экстрасенс?
— Нет, и не знаю, что это такое, — покачал тот головой. — Скорее воин.
— Ты что-то чувствуешь? — Костя вздохнул. Он и сам не понимал, почему крикнул, и что хочет услышать. Да только этот парень был явно не дурак и держался очень уверенно, а еще неизвестно откуда он понял, что у того есть оружие. — Ведешь себя очень странно. Шел, шел, и вдруг скакнул к возу.
— Беду я чувствую, опасность! — паренек одетый по-походному, то же в кожаную куртку, домотканые штаны и рубаху, потянулся к мешку за спиной, оттуда, если приглядеться, можно легко было заметить рукоятку меча. — И она приближается…
— Может, стоит нам встать рядом? — Костик еще раз окинул взглядом площадь и наморщил свой лоб, недоумевая почему-то он чувствует доверие к этому парню, хоть в этом мире не верил никому. — Хоть я тебя и не знаю, но если ты прикроешь мне спину, а я закрою твою, то нам это не помешает. Враг может придти и не один.
— А если беда пришла за тобой, а не за мной? — спросил паренек, для себя уже видно решив, что такой напарник в бою его вполне устроит. Он был явно не трус, и не дурак. Решения принимал быстро и правильные. Видно было его раздумья, тоже решал, стоит ли ему доверять. — Не боишься? А если беда пришла за тобой? Но согласен — всегда хорошо, когда кто-то тебе прикрывает спину. Он быстро перебежал к возу и встал рядом.
— Ну вот мы и вместе, теперь осталось узнать, кто так нас напугал? — усмехнулся он, цепко и внимательно оглядывая рыночную площадь. Выглядели они, надо признать, довольно глупо, потому что были единственными, кто чего-то испугался, остальной люд занимался обычными делами, торговал, покупал, спорил, просто расхаживал меж рядов. — В любом случае мне не помешает твоя помощь, особенно если ты деревенский. У меня как раз в жизни трудный момент, надо куда-то деваться из города. Может, стоит отправиться в ваше село? У вас там как — хорошо?
Косте сразу понравилось то доверие, которое внезапно установилось между ними. Он молча повернулся, чтобы отслеживать правую половину площади, предоставив другую парню. Его слова он пропустил мимо ушей, решив, что тот над ним издевается, но подумав все-таки ответил.
— Меня зовут Костей, — сказал он довольно громко, чтобы перекричать мерный базарный гул. — Я действительно прибыл из одной деревни, потому что охранял обоз. Но я и там был чужой. У меня там ни родни по-настоящему, ни знакомых, так что возвращаться мне некуда. Думал, у вас в городе устроюсь…
На самом деле это было здорово! О таком напарнике, который понимает без слов, можно было только мечтать, особенно в тяжелом бою, когда шансов выжить немного, а паренек был именно таким, и Костя решил, ему следует с ним обязательно подружиться. Правда, выглядели они смешно, потому что находились не на поле боя, а на рыночной площади, где люди спокойно занимались своим делом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
