И задернул полог, так что я не могла теперь видеть что происходит снаружи, только слышать. Ну что делать, стала слушать. А толку то, человек молчал, тсареш по видимому еще просто не доехали до нас. Меня начинало понемногу трясти от нетерпения... Ненавижу ждать. Внезапно я почувствовала формирующееся ментальное заклинание. Не поняла...
Все, ждать дальше не могу. Я решительно отодвинула полог и громко крикнула:
- Эй, это кто здесь расколдовался?! Вы кто такие?!
Собственно последний вопрос был риторическим. На дороге, где-то в ста шагах от нашего каравана остановился десяток пограничной стражи тсареш. Все как положено, наары в казенной сбруе, островерхие шлемы-шишаки, кольчуги, прикрытые накидками в цветах Лсос, красное с золотом... Впереди десятник, у него края накидки обшиты золотой тесьмой, а на груди символ семьи вышит, четырехугольный с острым основанием щит разделенный вертикально на две половины, правое поле красное, левое - золотое. Герб на груди самый простой, значит младший...
Практически одновременно с моим криком формирующееся заклинание рассеялось. Вот уж не знаю, то ли десятник почуял ментальную защиту человека и понял, что ему она не по зубам, то ли мой крик его остановил, то ли он вспомнил таки зачем он здесь и смог удержать эмоции под контролем. Человек же тихо зарычал... Нет, он очень громко подумал, что тихо зарычал, настолько громко, что я явственно это рычание услышала. Хотя на самом деле не раздалось не звука. Когда он повернулся ко мне, глаза у него были ну очень злые... Я прямо таки почувствовала, как мне прилетел оччень увесистый подзатыльник. Однако майор вместо того чтобы стучать по моей голове вытащил меня из фургона и усадил слева от себя. А сам соскочил на землю и встал чуть впереди... Ой, по ходу он по настоящему разозлился...
- Десятник дорожной стражи Северного края Тертиум Тенебра, семья Лсос, - десятник заставил своего наару сделать один шаг вперед и представился, - назовит....
- Десятник, мне расценивать попытку подчинить моих слуг как нападение? - решила сразу начать с наездов я. В конце концов, я сторона пострадавшая, можно же несчастной раненой девушке немного расслабиться.
- Мне доложили о нападении на караван в этих местах, - Вампир оставался безупречно вежливым, лицо сохраняло каменную невозмутимость, однако внутри себя он наверное был взбешен. Ну и плевать, раз сразу не напал - значит все нормально.
- Я обязан проверить. Назовитесь и предъявите документы и талисман стражи. - продолжил тсареш.
- Вот талисман, - я вытянула левую руку. И повелительно приказала человеку: - Покажи ему бумаги.
В конце концов, человеку можно на меня злиться, а мне на него нет? Какого демона спрашивается. И вообще, я не выспалась, плечо опять болит, на козлах с раненой ногой сидеть неудобно и кушать опять хочу. Майор снова беззвучно, но так что я очень отчетливо расслышала, зарычал, по затылку снова как бы рука ударила, но на этот раз мне показалось, что меня еще и по заднице ремнем вытянули. Упс, наверное я увлеклась... Пора тормозить...
Майор вытащил из кармана свернутую в трубочку подорожную и протянул в сторону тсареш. Десятник подъехал ближе и буквально вырвал бумагу из руки человека. На его лице отразилась брезгливость. Ну это нормально, это он еще вежливый и сдерживается, наверняка указания получил от начальства. Вампир изучил бумаги и стал чуть любезнее, а после того как представилась и вовсе стал образцом вежливости... Ну для данной ситуации конечно. Дальше пошли стандартные вопросы, кто напал, сколько погибло, сколько уцелело. Попросил показать выживших, ну как майор и просил, позвала. Правда из-за того что сидела я на передке головной повозки, сама никого так и не увидела. Ну дальше, как мне и велели, стала мягко намекать, что мол людям вкалывать надо, тсареш не возражал. Тут я опять не удержалась и, когда приказывала людям дальше делами заниматься, попросила Стингера притащить мне чего-нибудь поесть. Демон, вот Хаос свидетель, майор на месте подпрыгнул. Хотя глаза утверждали, что он по-прежнему стоял в расслабленной позе с абсолютно равнодушной мордой. Ну а я продолжала дальше болтать с десятником. И тут как-то к слову пришлось упомянуть папиного приятеля. Вот тут вампир стал не просто вежливым, он начал уже откровенно передо мной унижаться, как будто перед кем то из своих высших. И еще, он явно испугался... Ой, я предполагала, что папин знакомый не последнее лицо в семье, но чтобы настолько...
А потом майор увел десятника смотреть на трупы. Я осталась одна... И грустно задумалась... Вот с чего меня так занесло. Эти ребята никогда не общались раньше с местными тсареш и вряд ли понимали, что хоть я им и хамила, но в данном случае ничем не рисковала. И тут я попыталась представить себя на их месте. Я попала неизвестно куда, не знаю ничего, у меня за спиной не стоит клан самых грозных воинов континента... Демон... Ой... Наверное надо будет извиниться... На их месте я бы сжалась от страха под ближайшим кустом и тихо скулила бы, нападая на все живое, что приближалось ко мне... Мне стало невыносимо грустно, как бывает, когда обидишь хорошего человека, причем несоизмеримо нанесенной обиде... А тут еще и обида была надумана мной в приступе раздражения. Нет, извиняться придется не наверное, а точно...
От грустных мыслей и приступов самобичевания меня отвлек толчок кулака в поясницу. Вслед за этим из-под полога высунулась тарелка с кашей. Ну вот, еще и это... Я подхватила тарелку и стала пережевывать пищу без какого-либо аппетита, продолжая самоуничижаться. Ведь прекрасно слышала, что ребята распланировали каждый свой шаг, что у каждого человека была своя роль, которую он согласно их плану должен был выполнять, а тут я со своим дурным настроением и капризами... Нет, майор меня точно пришибет. И будет прав.
Внезапно совсем рядом под чьими то сапогами скрипнул песок. Ой, майор вернулся, а я и не заметила. Вот только теперь он стоял ко мне спиной, облокотившись на борт повозки.
А еще где-то через половину малой стражи вернулся десятник. Ну и отправил нас своей дорогой, навязав правда нам в сопровождение двух своих воинов, Венантума и Сердента. Ну, отказаться, не вызвав подозрений было уже нельзя, хоть я и поломалась... Хотя насколько я знаю тсареш держаться они от нас будут шагах в двухстах. Ну не любят они людей, точнее любят, но немного в другом смысле и только в нем, ну то есть гастрономически.
Люди еще где-то с малую стражу изображали сборы и мы наконец тронулись. Майор уселся рядом со мной на козлы и тихонько поддернул поводья, заставляя харру тронуться. Как это делается я ему вчера показала. Ну вот поехали. Только вместо облегчения, я испытала чувство стыда. Ну как когда мои шутки над соклановцами заходили слишком далеко и переставали быть смешными, а превращались уже в откровенное унижение. Надо было извиняться перед человеком, да и не перед ним одним, а мне было стыдно...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
