class="p1">Учитель попросила Диму, чтобы его родители зашли в кабинет сами, она предупредить охрану. Прошло немного времени, и они вошли очень быстро, взволнованные, особенно мама. Педагог рассказала им обо всем подробно с самого начала, особенно о том, как мальчик пошел.
Отец только промолвил:
– Каков подлец! А сын все правильно сделал! Таких сразу учить надо!
Мама же утирала слезы:
– Неужели случилось то, чего мы так долго ждали?
Оказалось, что последнее лечение, которое они проходили у какого-то суперзнаменитого специалиста, было самым успешным, и профессор пообещал, что мальчик сможет ходить, только ему нужен толчок. Видимо, сегодняшняя стрессовая ситуация и была той стартовой точкой, которая и сдвинула Диму с места.
– Дай-то Бог, дай-то Бог, – только и смогла сказать Наталья.
На этом этот длинный учебный день и закончился. Родители Димы довезли учителя домой, а мальчик спал рядом на заднем сиденье машины, уставший от всех переживаний.
Наталья еле поднялась к себе и, кое-как раздевшись, тоже легла отдыхать, хотя было совсем мало времени. Думать о чем-либо или делать что-то она уже не могла – слишком была вымотана. Миша был еще в клинике, ей никто не мешал.
Глава 34. Самый длинный день закончен
Проснулась женщина от звонка домофона. «Танюша пришла», – подумала она сразу, так как только она могла приходить в гости, остальные просто не знали адреса, как ни пытались выяснить, – учительница просто очень душевно однажды попросила администрацию не давать никому из родителей или детей эту информацию. Наталья поднялась и почувствовала себя совсем отдохнувшей, хотя спала совсем немного, не больше часа. Напряжение трудного дня спало, можно было действовать дальше. Запустив девочку, она включила чайник и стала готовиться к чаепитию – и сама перекусит, и девочку накормит. Инна на работе, да и готовить не очень любит, обходясь частенько полуфабрикатами. Таня маму понимала и многое уже научилась делать сама, к радости родителей.
Наталья достала палочку колбасы для Тани и последнюю – для себя и сделала заметку: «Надо еще принести», – больно она вкусная, не сравнить с магазинной, может, не такая мягкая, чуть более жесткая, но пахла она мясом и содержала только его, а не всякие добавки и прибавки непонятные. То же и сыр – мягкий, немного с кислинкой, больше похожий на брынзу, был очень вкусным.
Таня влетела в комнату, как ураган. Передвигаться спокойно, степенно она не могла по определению. Первый ее вопрос немного напряг:
– А где Мурзик? Я что-то его не вижу?
Пришлось женщине отвечать полуправдой:
– Знакомым в деревню отвезла, мышей половить да молочка деревенского полакать!
– Навсегда?! – ужаснулась девочка, которая любила кота не меньше хозяйки.
– Пока напрокат, а там посмотрим, может, и сам Мурзик захочет остаться!
– Ну ладно, только вам без него скучно будет!
Тут она обратила внимание на стол:
– О, колбаска, сырок, «ням-ням»! А это нам? Классно!
– Иди руки вымой да сядь за стол спокойно, никуда твоя колбаска с сыром не убегут!
Татьяна ушла в ванную, но плескалась недолго и вновь уселась за стол. Ее распирало желание поговорить, но она знала, что учитель придерживается правила: «Пока я ем, я глух и нем», – и пока терпела.
Утолив первый голод, она отставила чашку и стала тараторить:
– Нет, все-таки наш Иван Васильевич – царь! Как он сказал: «Встань и иди»! Тут и мертвый бы пошел! Это же чудо какое-то! Все просто прибалдели! Ой, то есть сильно удивились!
– Дима у какого-то знаменитого профессора лечился в последний раз, вот лечение и подействовало! Никакого чуда особо и не было! Просто сильное волнение и желание сыграли свою роль!
– Ну и это тоже, но тот, кто ждет и просит чуда, к тому оно и приходит! – заявила она безапелляционно!
А Наталья уставилась на нее в удивлении – а ведь и верно девочка сказала, она ждала и просила чуда, вот оно и произошло! Вот уж точно сказано: «Устами младенца глаголет истина!»
А Татьяна продолжала как ни в чем не бывало:
– А этот, холоп боярский, как вы думаете, что-нибудь понял?
– А что народ думает?
– Все по-разному, но в основном он нам не понравился, больно заносчивый! Но, может, и его проняло в конце!
– Посмотрим, посмотрим! Вы уже его пока не трогайте зря, посмотрим, что дальше будет!
– Это понятно, мы же не звери какие! – сказала девочка с улыбкой.
– Ну ладно, мне долго сидеть некогда, дел еще много! – и она, схватив колбасу, стала собираться домой.
Оглянувшись на учителя, она добавила уже спокойно и очень веско:
– А я всегда с Димой была и буду! И никакой он и не инвалид! А получше всяких разных в сто раз будет!
– Погоди, егоза, я с тобой выйду, прогуляюсь немного, а то голова болит. Да и в магазин надо зайти, – сказала Наталья.
Вечером приедет Миша, надо будет и его кормить, тут одной колбасой с сыром не отделаешься, да и барыне запас сделать надо, раз так пока проблемно ей находиться в больших помещениях. Да и понятно это, после ограниченной провинциальной однотипной жизни прошлого попасть в толпу современного города – не всякий выдержит.
Татьяна пританцовывала в нетерпении, пока Наталья одевалась, а потом полетела впереди. Она не стала ее задерживать, махнула рукой – беги, не задерживаю, – а сама пошла медленно, наслаждаясь морозным воздухом. Вообще зима стояла многоснежная, с метелями, но относительно теплая, сильных морозов не было.
Увидела магазин тканей, решила в него зайти. Набрала там крючков для вязания и одежды, кнопок, спиц, стразов, мелких бусинок, разной другой красоты. Увидела мелкие разноцветные пуговички и, вспомнив, что в то время они были костяными, только темными, а не цветными, набрала их целую россыпь. Были там и поделочные камни для отделки костюмов, тоже взяла, больно уж они завлекательно блестели. Купила еще и материала на платья для барыни и Машеньки – красивого переливающегося атласа бледно-зеленого и темно-зеленого цвета, будет одежда в одном стиле.
Целый мешок разных остатков тканей отдала Ирина Васильевна – ее снабжали неликвидом с ткацкой фабрики. А на мешочки для игр как
