Ближе к вечеру мы пошли в храм и сделали приношения Эбису и Хачиману, прося спокойного моря и победы над врагом. Пираты снабдили каждый корабль горном и амулетами, хотя Фумио смотрел на это с определенной долей скептицизма, постукивал по огненной руке и бормотал: «Вот лучший амулет, на мой взгляд!» А я с радостью молился любому богу, зная, что все они – всего лишь разные лица, придуманные людьми, и ни один не наделен неопровержимой истиной.
Луна, почти еще полная, поднималась над горами, когда мы отправились в Хаги. На сей раз Кенжи, я и Таку сели с Риомой в небольшую быструю лодку. Я оставил Зенко на попечительство Фумио, открыв происхождение мальчика и важность сохранности жизни сына Араи. Перед рассветом над водой начал густеть туман, окутавший наши корабли на подходе к спящему городу. Над заливом разносились крики первых петухов и звон колоколов из Токойи и Дайшона.
Я собирался направиться прямо в замок, не разрушая родного города, не заставляя клан Отори отмывать кровью кровь. Думал, если мы сможем сразу убить или захватить предводителей Отори, клан перейдет на мою сторону и не станет уничтожать своих же родных и близких. Так считали и уже присоединившиеся ко мне воины Отори. Многие молили, чтобы я позволил им принять участие в мести. Им всем пришлось пережить дурное обращение, оскорбления и вероломство. Однако я планировал проникнуть в замок тихо и тайно. Возьму с собой только Кенжи и Таку. Войско останется под предводительством Терады.
Старый пират пришел в восторг от возможности свести старые счеты. Я велел ему держать корабли вдалеке от берега до рассвета. Затем надо протрубить в горн и продвигаться вперед сквозь туман. Остальное – на его усмотрение. Я надеялся убедить город сдаться. В противном случае мы будем сражаться на улицах, пробиваясь к мосту, чтобы открыть ворота армии Араи.
Замок был построен на мысе между рекой и морем. Со дня усыновления я знал, что резиденция находится со стороны моря, где над водой поднимается огромная стена, по слухам, неприступная.
У Кенжи и Таку были захваты и другое оружие Племени. Я был вооружен метательными ножами, коротким мечом и Ято.
Луна зашла, и туман загустел. Лодка бесшумно подошла к берегу и пристала к стене с легким толчком. Один за другим мы прильнули к стене и стали невидимыми.
Вверху послышались шаги, раздался голос:
– Кто здесь? Назовись!
Риома ответил на рыбацком диалекте Хаги:
– Всего лишь я. Слегка заблудился в треклятом тумане.
– Слегка обалдел, хочешь сказать! – прокричал кто-то другой. – Катись отсюда! Увидим тебя, когда разойдется туман, пустим стрелу.
Плеск весел постепенно стих. Я шикнул тем, кого сам не видел, и мы начали взбираться. Получалось медленно. Стену дважды в день омывал прилив, отчего она покрылась морскими водорослями и стала скользкой. Дюйм за дюймом мы двигались вверх и наконец добрались. Там свистел последний сверчок по осени. Замолк. Кенжи засвистел вместо него. С дальнего края двора доносились голоса стражников. Рядом с ними горели лампа и жаровня. А дальше простиралась резиденция предводителей Отори, вассалов и их семей. Должно быть, они еще спят.
К моему удивлению, в охране было только два человека, но по разговору я понял, что все силы перекинуты к мосту и реке в ожидании наступления Араи.
– Скорей бы уж все началось, – проворчал один. – Терпеть не могу ждать.
– Он ведь знает, что в городе мало еды, – ответил другой. – Наверное, думает выморить нас голодом.
– Лучше пусть остается снаружи, чем появится внутри.
– Наслаждайся жизнью, пока можешь. Если прорвутся в ворота, здесь начнется кровавая бойня. Даже Такео убежал навстречу тайфуну, лишь бы не сражаться с Араи!
Я нащупал рядом Таку, наклонился к его уху.
– Ступай внутрь, – прошептал я. – Отвлеки их, пока мы нападем сзади.
Он вроде кивнул, послышались едва уловимые детские шаги. Мы с Кенжи крались следом. В свете жаровни мелькнула тень. Она спорхнула на землю и раздвоилась, молча и призрачно.
– Что это было? – воскликнул стражник.
Оба вскочили на ноги и уставились на два образа Таку. Это облегчило нам с Кенжи задачу, мы взяли на себя каждый по одному, беззвучно.
Стражники только что заварили чай, и мы выпили его, дожидаясь рассвета. Небо постепенно побледнело, сливаясь с водой в одно дымчатое пространство. Когда раздался звук горна, у меня волосы встали дыбом. С берега в ответ завыли собаки.
Дом тотчас пробудился, послышались звуки шагов, удивленные возгласы, пока не тревожные. Открыли ставни, растворили двери. Выбежала группа стражников, за ними – Шойки и Масахиро, в ночных сорочках, но с мечами.
Оба замерли, когда я возник с Ято в руке прямо из тумана. За мной появились первые корабли, горны трубили снова и снова над гладью воды, от гор по заливу шло эхо.
Масахиро шагнул назад.
– Шигеру? – ахнул он.
Старший брат побелел. Им померещился человек, которого давно убили. В руке якобы покойника был меч клана Отори, наводящий ужас.
– Я Отори Такео, внук Шигемори, племянник и приемный сын Шигеру, – громко произнес я. – Я обвиняю вас в смерти законного наследника клана Отори. Вы послали к нему наемного убийцу Шинтаро, а когда тот потерпел неудачу, вы сговорились с Йодой уничтожить Шигеру. Йода поплатился за это жизнью. Теперь пришел ваш черед!
Сзади стоял Кенжи с обнаженным мечом, Таку стал невидимым. Я не сводил глаз с людей передо мной.
Шойки попытался сохранять спокойствие:
– Ваше усыновление было незаконным. У вас нет права на имя Отори и ношение этого меча. Мы вас не признаем. – Он крикнул вассалам: – Убейте их!
Ято вздрогнул и ожил в моей руке. Я был готов к атаке, но никто не двинулся с места. Шойки изменился в лице, когда понял, что придется сражаться самому.
– Я не желаю раскола клана, – уверил я. – Все, что мне нужно, это ваши головы.
Я чувствовал, как Ято жаждет крови. Словно сам дух Шигеру вселился в меня и просил о мщении.
Шойки стоял ближе и лучше владел мечом. Он будет первым. Оба брата искусно сражаются, но они уже пожилые люди под пятьдесят и без доспехов. Я же был в расцвете физических сил, мою плоть закалили трудности и война. Шойки умер от диагонального удара по шее. Масахиро набросился на меня сзади, но Кенжи отразил его удар. Обернувшись к противнику, я увидел, как страх исказил его лицо. Он отступал к стене, уклоняясь от меча, защищаясь, но не нападая. Последний раз воззвал к своим воинам, но никто не сделал и шага.
Первые корабли были недалеко от берега. Масахиро обернулся назад, потом обратно и увидел, как на него падает Ято. Сделав последнее резкое движение, он перевалился через стену.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
