ряд гнилых зубов. У меня замутило в животе, я зажмурилась и пошла вдоль столов к барной стойке, которая назло была в другом конце помещения. Исцарапанные, исколотые, порезанные, как помоечные коты, бандиты провожали нас взглядом. Что это были бандиты, сомнений не оставалось, у интеллигентных людей не бывает поводов так красиво расписать себе лица шрамами. Да и столько видов ножей и пистолетов интеллигенты хранят в коллекциях, развешивая их по стенам, а не запихивая по три ножа за пояс.
— Простите, — обратилась я к бармену, — у вас не найдется комнаты на ночь и ужин на двоих.
— Садись, — кивнул бармен в зал и ушел в подсобку.
Я огляделась, ища место подальше от продолжающих разглядывать нас головорезов и присмотрела столик в углу рядом с двумя более-менее прилично выглядящими людьми. К нему я и потащила Тима.
— Приличное место? — зашипела я на него, когда мы сели.
— С таким названием, — сконфузился он, — должно было быть приличное заведение.
К нам подошел хозяин и поставил две сковородки с дымящимся картофелем и поджаренным беконом. У меня приятно защекотала в носу и я жадно сглотнула слюну, понимая, насколько голодна.
— Простите, — остановила я хозяина, — а почему ваше заведение называется «Золотой Глобус»?
— О, это интересная история, — расплылся в улыбке тот, — мой дед грабил дилижансы и однажды ему попался глобус из чистого золота.
— Понятно, — зло посмотрела я на Тима, — вы его теперь храните как память?
— Нет, конечно, распилили и продали. А на эти деньги дед купил таверну.
— Интеллигенция, значит? — хмыкнула я, приступая к картошке.
Глобус глобусом, а готовили здесь просто шикарно. Ни один повар графини даже не званых обедах не готовил так вкусно. Картошка, жареная на сале, с перцем и чесноком, обильно посыпанная зеленым луком, свен меня подери, я не ела ничего вкуснее.
— Завтра мы взорвем тюрьму и вытащим Вальтера, — раздался приглушенный шепот у меня за спиной.
— И где ты собрался брать взрывчатку?
— У хозяина в подсобке бочка пороха. Я сам видел.
— Как ты ее забрать хочешь? Тебя пристрелять раньше, чем успеешь до нее дотронуться.
— Не важно, Вальтера нужно спасать. И королевство тоже. Вообще, не место здесь для разговоров, пошли на улицу.
Скрипнули стулья, и мужчины за моей спиной встали и направились к выходу. Я выждала минуты две, с сожалением отодвинула от себя сковородку и последовала за ними. Застала я их прямо перед входом. Оба стояли и боялись пошевелиться, подняв руки, будто на них было наставлено ружье. Перед ними сидели голодные Фиц и Радиус, пуская слюни и жадно поглядывая на кусок хлеба в руках у одного из мужчин.
— Не бойтесь, — обнадежила я их, — но вот хлеб лучше отдать.
Хлеб тут же выпал из рук, тигр и пудель бросились делить добычу.
— В-ваши?
— Да. Я сразу извинюсь, но подслушала ваш разговор в таверне.
Мужчины насторожились и отступили на шаг назад.
— Вы из полиции?
— Нет. Но у нас одна цель. Нам тоже нужно освободить друзей. А у вас, я вижу, есть план. Мы можем помочь друг другу.
Наступила пауза, меня разглядывали с ног до головы, потом они переглянулись и утвердительно кивнули.
— Если тигр тоже с вами, можно обсудить.
— Я позову Тима, — обрадовалась я.
— Нам не нужны лишние люди, — насупился один из мужчин.
— Он дрессировщик, — заступилась я за друга, — без него тигр не работает.
И тут же скрылась за дверью, чтобы никто не передумал. Быстро вытащила Тима на улицу, где ждали наши заговорщики.
— И какой у вас план?
Мужчины отошли от таверны так, чтобы никто не мог нас слышать и заговорили.
— Мы хотим вызволить нашего друга, он верой и правдой служит королю, пока не появился новый советник. Теперь Вальтер сидит в тюрьме, а этот гад хочет занять место короля.
— Мы должны спасти друга. И короля! — с жаром поддержал его второй. — Нельзя допустить, чтобы этот мерзкий Краут занял трон!
— Краут? — мы с Тимом переглянулись. — Леон Краут?
— Вы его знаете?
— Он засадил наших друзей в тюрьму.
— Тогда есть шанс, что все они в Темной башне.
— Темной? — переспросила я, не надеясь услышать ничего хорошего.
— Башня, куда сажают особо опасных преступников. В общем тех, кто стал неугодным нынешнему режиму.
— То есть Крауту, — кивнул его приятель.
— Лута, — Тим приобнял меня за плечи, — боюсь, что в таком положении дети могли оказаться там же.
— Дети? — встрепенулись мужчины. — Зачем Крауту дети? Он, конечно, жесток, но ему проще вышвырнуть детей на улицу, чем возиться с ними.
Я замялась. Конечно, тайна уже давно перестала быть тайной, но стоит ли рассказывать первым встречным. Ведь и Тиму я так и не рассказала о том, почему именно дети пропали.
— Если вы обещаете помочь найти не только вашего друга, но и детей в тюрьме, я вам расскажу.
Все трое выжидательно смотрели на меня. По мере моего рассказа лица их менялись, взгляд Тима стал более напуганным, а мужчин ожесточенным.
— Мы должны освободить Валента и ваших друзей за три дня, — обеспокоенно перебирал манжет пальто один из мужчин. — Иначе дальше будет поздно.
— Что поздно?
— Через три дня состоится большое заседание. На нем должны присутствовать все советники короля, в том числе и мы. Должен быть назначен новый главный советник. Боюсь, если им станет Леон Краут, он распустит Совет и наберет только угодных ему людей. Король и сейчас слушает только его, а если рядом не будет никого, кто мог бы сказать хоть слово против, влияние на короля будет полным. И тогда даже страшно подумать, что может произойти.
